Выбери меня, девочка - Анастасия Пырченкова

обоих, только с Асатиани, меня просто запрет до самой свадьбы.

Но от этого не лучше!

В обморок что ли грохнуться?

Тем более, мое состояние сейчас очень к нему близко было.

Ведь Дамир и ответа дожидаться не стал, направился исполнять сказанное.

В проеме остановилась Ирина, с беспокойством глядя на меня.

— Все очень плохо, да? — только и поинтересовалась.

И на этот раз я не стала врать или уходить от ответа, согласно кивнув.

— Жди здесь, я все решу.

Ира ушла, и потянулись мои минуты томительного ожидания. Минуты две, не больше. Далее я не выдержала и отправилась вниз, в кабинет Дамира. Да и… какая разница, где тот меня прибить решит за свершенное? Да и вдруг у Иры правда получится сгладить ситуацию?

Надеюсь…

— Ты же не серьезно собрался просматривать камеры в стремлении уличить свою сестру непонятно в чем? — интересовалась девушка в момент моего приближения.

Остановилась неподалеку, чтобы никто не видел, но было хорошо слышно.

— По ее словам уличать ее не в чем, так что это просто для всеобщего спокойствия, — невозмутимо отозвался Дамир.

— То есть, серьезно, — постановила его жена. — Дамир, ты совсем охренел что ли?! — рявкнула следом.

Да так громко, что я вздрогнула. Ни разу до этого мгновения не слышала, чтобы она до такой степени повышала голос. Да еще срывалась на мат.

— Неужели ты настолько не доверяешь собственной сестре? Настолько не уважаешь ее?

— Причем здесь доверие и уважение? Я же не собираюсь подсматривать, как она переодевается. Я просто хочу убедиться, что Ильяс вел себя достойно, — привел очередным доводом Дамир.

Правда вышло не столь уверенно, как до этого.

— То есть, не только сестре, но и другу не доверяешь? Шикарно! А мне? Мне ты тоже не доверяешь? Тоже вечерами смотришь, что я делала дома и с кем? Да? Тоже?

— Не говори глупостей! — в голосе брата послышалась мрачность.

— Ага, все-таки сам признаешь, что это все глупость? — подловила его девушка.

Я даже восхитилась, как легко и играюче она это с ним провернула. Вот и Дамир оценил и не сразу нашелся с ответом.

— Она сказала, что ничего не было, значит ничего такого на записи я не увижу, не понимаю, что тебя так задевает.

— Действительно не понимаешь или не желаешь понимать? Слушай, а если у нас будет дочь, ты к ней вот так же будешь относиться? Знаешь, в таком случае, я лучше вообще не буду тебе детей рожать! Ни сыновей, ни дочерей! Потому что им нахрен не сдался такой отец!

Я даже рот неосознанно открыла, слушая ее речь. И позавидовала. Я бы так точно не смогла. Даже вполовину.

Неудивительно, что ответом на такую тираду стал громкий звон разбитого стекла о стену. Кое-кому явно не понравились последние слова жены.

Пожалуй, пора возвращаться обратно в комнату. Пока мне до кучи не прилетело. Уже за подслушивание.

— Значит так, — нисколько не прониклась вспышкой ярости мужа Ирина, — ты либо удаляешь все записи за выходные, не глядя, а затем вообще выключаешь все камеры, либо я сваливаю. А то сейчас ты за личной жизнью сестры подсматриваешь, завтра — за моей, послезавтра — еще за чьей-нибудь. А я не желаю ходить по дому, постоянно думая, а не видит ли мой муж, как я задницу себе чешу во время готовки.

Зажала рот ладошками, чтобы не засмеяться. Так ярко и смешно в моей голове нарисовалось обозначенное.

— И вообще не желаю жить с оглядкой на камеры и собственное поведение, — продолжала возмущаться Ирина. — Дома я хочу отдыхать, а не мучиться мыслями о том, что мой муж увидит сегодня вечером обо мне в записях. Так что удаляй записи и отключай камеры, Дамир. Сейчас же!

Дальнейшие минуты три в кабинете стояла тишина. Не знаю, что там происходило, но я решила больше не испытывать судьбу. Ушла обратно в комнату. Вовремя. Почти следом за мной туда вошла и Ира.

— Все, дыши глубже, записи удалены, камеры отныне отключены, — оповестила с мрачной усмешкой. — Но в следующий раз постарайся все же больше так не рисковать. Неизвестно, когда Дамир их вновь обратно подключит. А он подключит, не сомневайся. Перестраховщик хренов, — заворчала, но по-доброму с нотками любви и нежности.

А я…

Обняла ее.

Со всей переполняющей меня к ней благодарностью.

— Спасибо, — шепнула со слезами.

— Пожалуйста, — отозвалась девушка с улыбкой в голосе, обнимая в ответ. — Но давай ты в следующий раз будешь осторожнее, ладно? На Дамира я еще могу повлиять, а вот на остальную твою семью… сама знаешь. Едва ли меня вообще станут слушать.

Ну да, русская, не невинная, до свадьбы с Дамиром жить в одном доме начала. В глазах моей матери абсолютно падшая и недостойная избранница для ее сына. Мне же оставалось только мечтать о такой свободе выбора, как у нее.

— Ладно, побегу я, — отстранилась. — Меня Дамир в душе ждет.

Сперва сказала, затем ойкнула и виновато улыбнулась.

— Как же сложно с вашими законами, — вздохнула. — Ладно, побегу я, в общем. А ты отдыхай и ни о чем не волнуйся, — еще раз обняла меня и ушла.

В коридоре послышался щелчок закрывшейся двери в ванную комнату. Я же решила последовать совету — спать легла. Обо всем остальном потом подумаю, если придется.

Глава 18

“В субботу в девять”, — светилось на экране мобильного в разделе сообщений.

Уже пять дней.

И все эти дни я смотрела на эти слова и думала о том, что не хочу никуда ехать с Тенгизом. Все, чего мне хочется, сбежать и забыть все. Одной. Стереть прошлое и продолжить жить без его груза. Потому что это невыносимо. Невозможно так кого-то любить, когда и дышать удается с трудом, и от одной только мысли все нутро скручивает в потребности пойти и найти причину своего состояния, чтобы хоть на мгновение перестало снедать разум опостылевшее чувство безнадежности. Настолько необъятное, что позавчера я почти решилась. И наверняка бы совершила глупость, не приди Ирина в тот момент домой.

Она мне вообще в последнее время виделась настоящим ангелом-хранителем. А самое главное, я знала, что она догадывается обо всем, но молчит, за что я ей была вдвойне благодарна. Не готова я была обсуждать