Устоять невозможно - Слава Доронина

с отцом около двух часов, рассказала ему о свежих новостях и пообещала, что на выходных принесу ему что-нибудь вкусненькое, на что он сказала, что его навещала сегодня тетя Люся и принесла пирогов. Просил меня больше отдыхать и сказал, что выгляжу я не важно. Шутя уточнил точно ли я летала на Кубу и случаем не перепутала самолеты?

Рядом с папой все проблемы казались и не проблемами вовсе. Я смотрела в его светлые глаза и понимала, что я не одна и все то мелочи — и новая встреча со Смоловым, и завтрашние переговоры, и последующая встреча с Денисом. Ме-ло-чи! Взяла отца за руку и прижала его слегка шершавую руку к щеке, улыбаясь в ответ.

Домой я вернулась поздно, сбросила с себя всю одежду, снова перекусила чем-то несуразным и быстрого приготовления, приняла душ и легла в кровать. Думала не засну, а в итоге едва коснулась подушки, провалилась в сон и спала до утра, пока будильник не запищал на всю квартиру.

Сохранять самообладание на рабочем месте оказалось очень и очень непросто. Сегодня, так же как и вчера, я вздрагивала от каждого телефонного звонка и подсознательно ждала какого-нибудь подвоха со стороны мужчины. С трудом верилось, что Смолов вот так просто спустит ту мою выходку на тормозах. Я прекрасно помнила все наши разговоры на острове, и как он сам говорил, что привык добиваться поставленных целей. Как и понимала, что нравлюсь ему… Ничуть не меньше, чем он мне. Битый час я сидела над какой-то бумажкой, а сама вспоминала, как он спас меня от негодяев, как целовал на берегу моря, вдавливая мое тело в белый песок, и нашу последнюю встречу, когда я показала свой крутой нрав. Но только в тот момент я думала, что это наша последняя встреча и тех больше никогда не будет, а значит и соблазна тоже… Но я просчиталась. И теперь в глубине души желала, чтобы цели мужчины относительно меня тоже изменили свой расчет. Может быть я переоценивала свою значимость в ее глазах? А таких дурочек как я у него было великое множество и он забыл обо мне на следующее же утро? Наверное он пленил бы любую от восемнадцати до шестидесяти лет. Имелись все задатки, особенно, когда он снимал с себя маску заносчивого гавнюка. Может и в самом деле присмотрел кого-то получше вчера на общей планерке, потому и не давал о себе никак знать?

В кабинет постучали и на пороге появилась Лена.

— Подготовь мне отчётность по двум поставщикам. Всю информацию и номера договоров скину сейчас на почту, — огорошила я девушку.

Но сегодня я была не в состоянии работать. Никак не могла собрать себя в кучу. Думать о работе и Смолове было равносильно тому, как спать и бодрствовать одновременно. То есть несовместимо от слова совсем.

— Хорошо, — кивнула Лена. Света только что звонила, просила меня напомнить вам о сегодняшних переговорах.

Значит никого не присмотрел…

Только я и так помнила об этих переговорах. Забудешь тут. Я даже встала сегодня пораньше и тщательнее собиралась на работу, долго выбирала наряд, а в итоге все равно была недовольна своим внешним видом. Круги под глазами частично скрыл консилер, а что скроет неуверенность в себе? Смолов порой так смотрел на меня, что хоть в несколько слоев одежды облачайся, а все равно будешь чувствовать себя под его пристальным взглядом голой. Ну почему он так действовал на меня? Что за проклятый магнетизм?

— Яна Александровна, все нормально? — Лена вопросительно заглянула мне в лицо.

— Все в полном порядке, — я натянула дежурную улыбку. — Проблемы с отцом, — отмахнулась я.

Сегодня я хотела его навестить, но не уверена, что успею. В любом случае позвоню и навещу завтра. Ещё Денис обещался заехать… Насыщенный на события день. Можно притвориться больной и уехать домой, как вариант. Эта идея показалась мне очень заманчивой, но всегда ведь не будешь сбегать от проблем?

— В половине четвёртого Влад будет ждать вас внизу.

— Хорошо, я поняла. Спасибо, — отозвалась немного резким тоном.

Столько лет работала, вроде бы должна чувствовать себя уверенно, а теперь все было наоборот.

В половине четвертого я накинула на плечи пальто и вышла из офиса. Влад, наш водитель, который возил предыдущего босса уже ждал внизу. Я забралась на заднее сидение и мужчина, слегка обернувшись в мою сторону, поздоровался:

— Как дела? — спросил Влад.

Машина плавно тронулась с места, а я выдохнула от осознания, что момент пытки и казни был немного смещен. Одна мысль о том, что я сейчас снова увижу Смолова вызывала внутри трепет и беспокойство.

— Все хорошо, — сдержанно ответила я.

За пару дней мой рот устал от приклеенных ненастоящих улыбок. Хотелось выдержать эту пытку с переговорами и ехать домой, чтобы перевести дух и заставить себя не думать о Смолове. Но не уверена, что у меня это получится. О нем в последние время я только и делала, что и думала.

Мы немного поговорили с Владом на общие темы и я отвернулась к окну. Через двадцать минут машина подъехала к огромной многоэтажке в центре города.

— Удачи, — Влад слегка повернулся и ободряюще улыбнулся.

Да уж… она мне точно пригодится.

— Спасибо. Пока, — попрощалась и вышла на улицу.

Холодный ветер ударил в лицо. Я засунула руки в карманы пальто, оглядываясь по сторонам и сразу заметила Смолова. Он стоял на противоположной стороне дороги. До встречи с ним я совсем не обращала внимания на мужскую красоту, а его видела и млела. Один взгляд синих глаз их-под опущенных ресниц чего стоил. Роман стоял с ровной осанкой и с кем-то разговаривал по телефону. Втянув в себя воздух, я направилась к мужчине. Сколько не оттягивай неизбежное, а мне… нравилось его общество. И характер его порой невыносимый тоже нравился.

— Привет, Яна, — он поздоровался и перевел на меня взгляд, когда я приблизилась.

Положил телефон в карман своего пальто и улыбнулся. От вчерашнего надменного тона и высокомерного вида не осталось и следа. Будто мы не уезжали с острова. И в этот момент я поняла, что капкан захлопнулся, а острые лезвия впились мне глубоко в кожу. Пульс подскочил и наверное, мои щеки покрылись багровыми пятнами, пока я с сомнением глядела в его красивое лицо. И хотя он по-прежнему улыбался, в его глазах нельзя было прочесть ничего.

— Переговоры? — выдохнула я.

Мы стояли посреди улицы и смотрели друг на друга. Тело забила слабая дрожь, но вовсе не от промозглой погоды и ветра, а