Нелюбимая для босса (СИ) - Романовская Ирина

— Довольно! — от ослепляющей меня ревнивой ярости я не замечаю как повышаю голос до крика. Редкие утренние посетители ресторана с опаской оглядываются в сторону нашего столика. — Это простой вопрос, Денис! «Да» или «нет».

Титов вновь не отвечает. Я встаю с места и собираюсь покинуть это заведение.

— Куда? — Босс ловит моё запястье.

Горячее прикосновение отдает холодом. Кожа будто попала на мороз. Мгновенное обморожение. Атрофия нервных окончаний. Больно.

Тяжело признаваться самой себе, что я настолько сильно ошиблась в человеке. Крупно облажалась в первом мужчине, которому при этом открылась на максимум.

— Подальше от тебя. — Стряхиваю мужскую ладонь со своей руки и ухожу. — Трус, — кидаю я напоследок Титову не оборачиваясь.

Хорошо, что ресторан, в который привез меня босс находится всего в паре километров от работы. Есть время прогуляться и выпустить пар. Хотя бы мысленно.

— Трус, гад, осел, мошенник, подлец.

Я иду по тротуару и громко обзываю своего босса разнообразными нехорошими словами. Не смотрю по сторонам и не обращаю внимания на прохожих. Все равно кто и что подумает обо мне сейчас. Пусть считают меня сумасшедшей или умалишенной, лишь бы не трогали.

— Козел, вор, обманщик, осел! — продолжаю я.

Вдруг звонкий голос мальчишки врывается в мой ругательный мир.

— Осел уже был.

Я поворачиваю голову в сторону и вижу школьника лет тринадцати, который быстрым шагом равняется со мной.

— Чего?

— Осел вы уже называли, тетенька, — повторяет спокойно парень.

Можно было бы пропустить мимо ушей замечание какого-то малолетки, но последнее слово срабатывает на мне как красная тряпка для быка. Школьник обозвал меня ужасным словом «тетка». Не девушка, ни женщина, а именно «тётка».

— Какая я тебе тётенька, а?

Мой разгневанный тон сразу выдаёт всю гамму кипящих внутри чувств. Парень с первых букв понимает, что его ждёт, если он продолжит идти рядом.

Перспектива отхватить от прохожей подзатыльник не прельщает мальчишку, поэтому он крепче хватается пальцами за лямки рюкзака, висящего на спине, и за секунду срывается с места. Уносится от меня вприпрыжку, периодически оборачиваясь и весело хохоча.

Меня хватает ровно на десять метров бега. Дальше приходится резко тормозить. Интенсивная пробежка при повышенной температуре тела — плохая идея. Я задыхаюсь от нехватки воздуха. Тяжелая отдышка мешает нормально дышать. Упираюсь руками в колени.

Ещё и голова начала кружиться.

— Влада, с тобой все нормально?

Обеспокоенный голос босса быстро приводит меня в чувство. Действует как ушат ледяной воды на распаренный организм. Открывается второе дыхание, запускаются дополнительные генераторы.

Выпрямляю спину и приподнимаю повыше подбородок.

— Со мной все отлично!

Как я на работе досиживаю до обеда одному Богу известно. Голова периодически кружится, а на лбу проступают капли пота. Мое тело дрожит от холода, хотя в рабочем кабинете температура всегда выше двадцати четырёх градусов.

А еще мне мерещится, что каждый мимо проходящий сотрудник агентства смотрит на меня с жалостью и сочувствием. Кажется, что каждый кто стучится в дверь бухгалтерии знает, что сегодня меня бросил Денис Юрьевич.

Когда наступает время обеденного перерывая, я порываюсь пойти в кафетерий, чтобы поесть горячего супа. Надеюсь, что мне станет полегче от питательной жидкости. Но на первом повороте меня заносит в сторону. Я едва не падаю на пол. Алла и Галина Сергеевна успевают вовремя подхватить меня под руки, спасая меня от разбитой головы.

— Владочка, да ты вся горишь. — Прохладная ладонь главного бухгалтера по-матерински прижимается к моей голове. — Тебе срочно надо в больницу.

— Нет! Никаких больниц, — тихо отвечаю я.

— Тогда домой мигом. И не сопротивляйся. Я настаиваю на этом. Сейчас вернемся в кабинет, я наколочу тебе жаропонижающего. Выпьешь и мы вызовем для тебя такси. Хорошо?

Лекарства из аптечки главбуха не облегчают мое состояние. Я по-прежнему стираю бумажным платочком бегущие из носа сопли и проступающий пот со лба.

— Такси приехало. Тебя проводить? — Алла обеспокоенно смотрит на меня.

— Я сама, не волнуйтесь. Правда. Я нормально доковыляю до машины. — Мои слова не убеждают коллег, поэтому приходится немного приврать. — От лекарства полегче стало. Спасибо за помощь.

— Позвони как доберешься до дома. Хорошо?

Я киваю в ответ. Осторожно надеваю пальто на плечи. Каждое резкое движение или поднятие рук отдает сильной пульсацией в висках.

Холодный морозный ветер дарит мимолетное облегчение, когда я выхожу из агентства. Верю, что дома мне станет легче. Надо просто нормально поесть, выпить чая со смородиной и облепихой и хорошо поспать.

Этот ужасный день тогда быстро пройдет. И простуда уйдет вместе с ним. Я забуду все как еще один страшный сон. Он не сможет повлиять на меня. Не сможет изменить меня. Это будет легко.

О подлецах не стоит горевать, они не заслуживают наших мук. Не нужно тратить на таких мужчин свое время и нервы.

— Все так и есть. Все так и будет. Я справлюсь, я смогу. — Повторяю я себе как мантру.

Осторожно спускаюсь по ступенькам к такси, стоящему у ворот.

Краем глаза справа черный седан привлекает мое внимание. Поворачиваю голову и зависаю на пару секунд. Я глазею на спину Дениса, пока она не скрывается в темном салоне машины.

В груди горит синим пламенем. Сердце будто предупреждает, что все мои установки полетят к чертям собачьим.

Забыть этого красавца будет ой как не просто.

Глава 35

Влада

В беспроводных наушниках играет любимая песня. Я двигаю бедрами в такт зажигательного ритма и продолжаю пылесосить пол в квартире. Впереди у меня еще мытье посуды и разгрузка стиральной машины.

Я осталась в квартире сама, пока остальные члены семьи поехали на осмотр очередной квартиры. Инга надеется, что в эту они наконец смогут переехать. По фотографиям она в хорошем состоянии и за нее просят приемлемую цену. Папа предлагал и мне присоединиться к просмотру, но я последний момент отказалась. Решила побыть несколько часов в одиночестве и спокойно заняться уборкой. Люблю делать домашние дела, когда никто не мешается под ногами и не подсказывает как делать лучше.

Песня прерывается, робот монотонным голосом сообщает о новом входящем звонке. Жму пальцем на правый наушник и сбрасываю звонок. Мне даже не надо смотреть в сотовый, я и так знаю, что это в очередной раз звонит Титов.

Не хочу с ним разговаривать. Не хочу знать, что ему в этот раз от меня нужно. Я все сказала Денису еще тогда в ресторане. Пока он не разлюбит свою бывшую, ко мне пусть даже и не думает подходить ближе, чем на два метра!

Вновь включаю прерванную песню и с удвоенным энтузиазмом продолжаю уборку. Вожу пылесосом по пять раз на одном и тот же месте. Чтобы ни соринки, ни пылинки не осталось на полу.

Все движения резкие и рваные. Лишь бы не думать, только бы не возвращаться в прошлое в теплые и крепкие объятия босса. Достаточно того, что я продолжаю работать в его агентстве. Каждый раз болезненно сжимается сердце, когда приходится с Денисом сталкиваться в стенах агентства. Я постоянно прячу глаза в пол и в ускоренном темпе бегу мимо него. Боюсь вновь оступиться, боюсь вновь посмотреть в его глаза.

Это просто невыносимая ноша — любить человека и знать, что в то же самое время его сердце, его мысли всецело заняты другой девушкой. Безответная первая любовь — самая большая несправедливость, придуманная вселенной.

Пару раз Денис пытался перехватить меня на лестнице между этажами в здании агентства. Но я как маленький ребенок моментально закрывала глаза и затыкала уши. Не хотела ничего слышать. Не хотела ничего нового знать ни о нем, ни о его любви.

По моим щекам вновь текут слезы, когда я вспоминаю те горячие прикосновения его ладоней к моей пояснице. Соленые капли падают на свежевымытый пол в коридоре.