Верю-не-верю. Я тебя люблю - Зоя Анишкина

всех богов этого мира помочь человеку, за жизнь которого готова теперь отдать многое.

Наблюдаю, как из здания неспеша выходят ещё люди. Все те же в масках. Они подходят к Игорю и осматривают его. Проверяют карманы и оставляют без средств обороны.

Шмонают, вытаскивая оружие и несколько ножей. Ещё что-то тёмное достают, скорее всего, магазины. Он же так готовился, предполагал, что может понадобиться все что угодно.

Возле особняка густая растительность, и когда они начинают тащить его к зданию, он пропадает из виду. Я же пытаюсь достать ещё один ноут, пробиться к другим ракурсам, камерам.

Может, мы чего-то не учли, и я смогу рассмотреть его. Тело Игоря обмякло, и он практически недвижим. Но я уверена, что он жив. Абсолютно уверена, что никто не стрелял в него.

Не видно крови, не видно, чтобы они обращались с ним как с человеком, чьи часы сочтены. Можно сказать, что они даже проявляют осторожность, хотя и небрежность присутствует.

Один изогруппа отделяется и активно жестикулирует. Его перехватывают, и я точно понимаю, что они заинтересованы в том, чтобы он был жив.

Но тем не менее они тащат его в особняк. Зачем? Сжимаю руки в кулаки, и ногти до крови впиваются в ладони.

Я подскакиваю к монитору ближе и до рези в глазах пытаюсь понять, куда его тащат. Кто и сколько этих людей здесь. Считаю, раз за разом получая новую цифру.

Больно и обидно. Душа разрывается. Он ехал спасать брата, но тот справился без его помощи. Наверняка это моя вина. Он не должен был ехать так рано, но я отпустила, подтолкнула…

Я тут же стала отслеживать Макса и Аду, но довела их до выезда из города, а дальше все. Камеры кончились, и ребята умчались, не зная, что Игорь остался в беде.

Наверняка тот, кто в особняке, сейчас в бешенстве. Он точно решит отыграться на Игоре. Как же хорошо, что с Максимом они почти не похожи. Может, этот кто-то и не знает его, а может…

Может, он возьмёт его в заложники и будет требовать возвращения ребят. Это снова поставит их под угрозу. Одним словом, надо срочно действовать, но как…

Если я приеду в особняк, меня просто схватят, и я стану одной из десятка невольных участниц. С какого же края зайти…

И тут я заметила движение. На подъездную дорожку к дому пряток медленно подъезжал уже знакомый лимузин. Он остановился, и в этот момент из особняка выволокли отца.

Он отбивался, что-то кричал и всячески хотел вернуться, но… Но его насильно усадили в машину, и та поехала. И я точно видела куда.

Сама ехать в особняк я не могу, но знаю, кто способен познакомить меня с тем, кто всем заправляет внутри.

Глава 39. Игорь

Я ощутил воду на лице и открыл глаза, отплевываясь. Вокруг было темно, но я точно был в комнате не один. Со злостью стиснул руки в кулаки.

Как я мог так опростоволоситься? Как мог потерять бдительность и не заметить опасности… Но звук с буксом отъезжающего авто отвлекал, заставлял гадать, не Максим ли это?

Как понять, где искать его в особняке? Теперь никак. Теперь ко всему прочему я ещё и заложник. Поднялся с холодного пола и сел. Помещение скорее напоминало пыточную или специально оборудованную комнату.

Взглянув по сторонам, понял, что, скорее всего, попал под второе. На стенах висели приспособления для сексуальных игр особой направленности. Свет бил прямо в глаза, и я готов был поспорить, что оттуда кто-то следит за мной.

Я встал. Никогда больше рядом видно не было. Никакой охраны или наемников. Никого. Подумал о Еве.

Надеюсь, она сдержит обещание, уедет из этого города, как только поймёт, что никаких вестей нет. А пока… Пока я попробую вырваться отсюда сам и вытащить брата.

Да даже эту дуру южную, если она ещё жива. Хотя, если Макс влюбился… Сейчас, когда в глаза ярко светил прожектор, а незнакомец проверял меня на прочность, трудно было в чем бы то ни было разобраться.

Именно в этот момент мне почему-то вспомнился наш разговор с Марком Быстрицким, одним из моих лучших друзей. Тогда я предложил ему бросить все.

Оставить его Лизу и поехать на поиски сестры. Но тогда он упрекнул меня в том, что со своей Евой я бы такого не сделал. Поэтому, пожалуй, да, Адалину сбрасывать со счётов не стоило.

И вот я стою, пытаясь привыкнуть к яркому свету. Пока получается не очень. Глаза болят, и в них уже начинают мелькать яркие пятна. Отвожу взгляд и делаю шаг вперёд.

– Не стоит.

Холодный голос разрезает тишину, слышится стрекот ламп. Незнакомец словно оттягивал момент, когда проявить себя. Будто ждал ошибки с моей стороны. Я выпрямился и, не глядя наверх, ответил:

– С чего это?

Складывалось ощущение, что сейчас вокруг начинают работать шестеренки. Что они плавно двигаются, потихоньку включая сложный и совсем мне пока непонятный механизм.

И вот в этот момент действительно кто-то позади яркого света давал отмашку. Игра началась. Но в ней сразу же непонятно, к чему это вообще…

– С того, что пока тебе лучше находиться на виду. Двигаться и тем более предпринимать попытки к выходу из круга опасно для жизни. Поверь на слово.

Вот в этом как раз и не сомневался. Только понять не мог одного…

– Слишком много внимания тому, кто просто зашёл на территорию особняка по ошибке.

Блеф был слабым, знаю. Но чтобы прощупать почву, что расползалась подо мной, стоило с чего-то начать. Я посудил, что простое враньё будет самым верным в данном случае.

Послышалось хмыкание. Будто моя уловка не то что не сработала. Совсем не удивила. Человек по ту сторону света рассмеялся. У меня мороз по коже прошёл от этих звуков.

Складывалось ощущение, что он наконец-то достиг цели и не думал прятаться. Обычно люди контролируют эмоции, но не в этот раз. Он и