Эта чёртова love - Виктория Осадчая

Когда окажешься изнасилованной? Или когда твое тело найдут в канаве?

— Не думаю, что он на такое способен.

— Солнце, Чикатило, между прочим, был очень примерным семьянином.

— Не нагоняй жути.

— Расскажи все своему Вершинину. Нельзя спускать все на тормоза.

Я согласилась. Но по телефону, опять же, не хотелось его тревожить. А после как-то случая не представилось.

И вот Павлуша здесь. Смотрит. Нет, не просто смотрит. Он прожигает взглядом. И я это чувствую спиной, на которой по-хозяйски лежит рука Назара. Это его территория, и он имеет право. Я дала ему эти права.

После утомительного часа ожидания, который сопровождался лёгкой музыкой, фуршетом и общением с незнакомыми мне людьми, которые хотели отхватить у моего парня кусочек внимания, началось шоу.

Сначала световое, потом представляли дорогие модели, которые будут занимать почетное место на подиуме, а затем концерт с несколькими знаменитостями.

— Смотрю, ты прекрасно вписываешься в это окружение, — меня подхватила начальница, когда Назара обступили какие-то люди.

— Ну, такое себе, — не согласилась я. — Хотя шампанское классное, — отпила глоток из своего бокала. Кажется, это третий.

— Согласна, — усмехнулась Саша. — Твой мужчина, кажется, тоже чувствует себя не в своей тарелке.

— Не поверишь, но он абсолютно домашний котик.

— Понимаю. Я привыкла к такому пафосу, а вот муж мне достался тоже домашний. Он лучше с детьми дома, чем на вечеринку выберется. Иногда это жутко бесит, но чаще всего понимаю, как мне повезло. Надо попудрить носик.

— Идем, я с тобой.

Саша рассказывала о своей семье. Кстати, не скажу, что мы с начальницей были в очень близких отношениях, потому что работала я в салоне чуть больше полугода, но язык общий давно нашли. А теперь вот меня вдруг на повышение пихнули, сразу через несколько ступеней. О работе сегодня не хотелось говорит. Поэтому трепались, как нормальные девушки о шмотье, мужчинах и отношениях.

Едва я вышла мы туалета, как путь преградил Паша. Достал всё-таки.

— Эм, — Саша вопросительно посмотрела на мужчину, а потом на меня, — проблемы?

— Нет! — постаралась я натянуть улыбку. — Просто знакомый.

— Уф, меня зовут, — отсалютовала Саша, видимо, решив, что я хочу остаться наедине со знакомым.

— Да-да, иди, — согласилась я, чувствуя, как трясутся поджилки.

— Просто шикарно сегодня выглядишь, — отвесил мне комплимент.

— Есть ради кого стараться, — сказала мягко, давая понять, что на него никто не пытался произвести впечатление.

— Ты волнуешься.

— Нет, — соврала.

— Я вижу, как пульсирует артерия на этом прекрасном горлышке, — он протянул руку, но я отшатнулась.

— Я просила не нарушать моего личного пространства.

— Что здесь происходит? — голос негромкий, но такой вкрадчивый, что у меня мурашки по спине пробегают.

— Просто решил поздороваться, — улыбается Павлуша, как ни в чем не бывало. Словно это не он секунду назад смотрел на меня, как удав на кролика.

— Не удачное место. Я просил тебя держаться от нее подальше, — от этого тона становилось не по себе. Словно я сейчас видела и слышала не своего соседа, который буквально недавно клялся мне в любви. Другая сторона монетки, которая мне ещё не выпадала. И я знала почему. Потому что она не говорила ни о чем хорошем. Ее видели соперники на поле, когда он мчался, круга все на своем пути. А я всегда удивлялась, как с таким характером Назар играет в хоккей.

— Ничего криминального, Вершинин, — поднял Паша примирительно руки. — Мы просто немного подружились. Вот и все!

Б***ь, эта гнида сделала это специально. Я уверена. Потому что он догадывался, что Назар ни о чем не знает. И ведь я ни о чем не рассказала. А в глазах Вершинина, это ведь настоящее преступление. Чего ослушалась. И не важно кто виноват. По крайней мере, я не рассказала во время.

— Видишь, как я рад этой новости, — сверкнул взглядом, а затем протянул мне раскрытую ладонь, куда я незамедлительно вложила свою. И? Я знала, что мы не вернёмся в зал. Так и есть! Меня утащили на улицу, а там к парковке. Он не говорил. Делал все молча. И это было красноречивее любых слов. Он зол.

— Не молчи, Назар. Накричи на меня, обзови, если хочешь, но на молчи, — попросила я. Тишина давила, когда мы ехали.

— А что это изменит? Хотя нет. Я задам вопрос. А может два. Сколько раз вы встречались.

— Это пятая встреча.

— Он тебе причинял вред?

— Нет. Только пару раз хватал за запястье, когда я пыталась сбежать, — и тишина. Через пару минут снова осмелилась заговорить. — Я бы справилась, если что.

— Не справилась, — заверил он.

— Я смогла бы, — неуверенное, но последнее слово должно оставаться за мной. Я так себя приучила.

— Знаешь, я даже не хочу тебе предлагать попробовать.

— Я не маленькая девочка, Назар, — вскипаю, но тут же утихаю, понимая, как это звучит по-детски.

— Я знаю, — голос его тоже тихий. Прочищает горло, чтобы продолжить. — Но создаётся впечатление, что я тебе совсем не нужен, раз ты во всем можешь разобраться сама. Я тебе, конечно, благодарен, что ты пытаешься меня уберечь от своих проблем, но я тебе изначально дал понять, что готов разделить с тобой все. Но ты как будто меня не слышишь. Забралась в раковину, и талдычишь, как трехлетний ребенок «Я сама». Мне льстит, что в меня влюблена такая сильная и независимая девушка. Но я сдаюсь. Бесполезно бороться, когда делаешь шаг навстречу, а от тебя убегают, воздвигают стены, прячутся. За эти два месяца я так и не смог добиться твоего доверия.

— Я тебе доверяю, — в горле встаёт ком. Он несправедлив. Это неоправданные обвинения.

— Возможно.

— Ты меня бросаешь? — догадка бьёт хлыстом.

— Нет! Я тебя слишком сильно люблю, чтобы отказаться. Но я знаю, что эти отношения в итоге ни к чему не приведут.

— Если ты так скептически настроен, зачем вообще было все начинать?

— Ты сейчас абсолютно не права, Лисичка, — возражает он. И даже это его «Лисичка» звучит не так, как раньше.

Как он не понимает, что я не привыкла быть слабой. Мне нельзя надеяться на окружающих, потому что к этому можно привыкнуть. А потом окажется, что никто кроме меня самой мне помочь не сможет. И я бы могла сказать, что в случае с Назаром это не так…Но он прав…Я не доверяю ему на столько, чтобы переложить часть ответственности на его плечи. ОН ПРАВ! Но, черт, как же не хочется в этом признаваться.

Глава 12/2

Назар Вершинин

Я в который раз убедился, что нихрена не разбираюсь в женщинах, а особенно в их желаниях. Можно было