Белым по черному - Жанна Даниленко

построек и буйством красок. Здания в современном архитектурном стиле, с неповторимым индивидуальным колоритом. Они словно манят и взывают гостей и жителей столицы ощутить всю полноту современного градостроительства и архитектурных решений. Нечто подобное можно увидеть разве что в Эмиратах.

В ожидании рейса Михаил с Натальей успели прогуляться около Байтерека и даже подняться на смотровую площадку, а потом поужинали в ресторане, после которого отправились обратно в аэропорт, а далее самолётом в Актау.

В отель «Rixos Aktau» прибыли далеко за полночь, и тут выяснилось, что номер забронирован один.

— Как один? Нас двое! — объяснял Михаил молоденькой девушке на ресепшн.

— Я вижу, но номер был забронирован заранее, люкс на одного человека — Фадеева Михаила Александровича.

— Неужели ничего нельзя сделать?

— У нас нет второго свободного люкса, — с виноватой улыбкой отвечала та. — Но в гостиной стоит широкий диван, и я могу дать вам ещё один комплект постельного белья, а ванные комнаты две, раздельные.

Михаил сгоряча позвонил Анжеле и только потом сообразил, что она в больнице с матерью. Дальше его мысли переключились на совсем другие проблемы, потому что мама его незаменимой помощницы лежала в четырёхместной палате, а Анжеле, которая сидела на стуле рядом с кроватью, было голову некуда положить всю ночь.

Он больше ни с кем не спорил, взял пластиковый ключ и, позвав жестом Наталью, отправился вдоль по коридору в сторону номера, всё ещё разговаривая по телефону то с одним собеседником, то с другим; вошёл в люкс, показал Наталье на диван и скрылся в спальне, громко закрыв за собой дверь и повернув ключ в замке.

Глава 19

У входа в аудиторию Олю поджидала Людка.

— Поговорить надо, — тихо, с мольбой в голосе произнесла она.

Оле стало её жаль, выглядела та откровенно неважно, ни высокомерия, ни надменности не осталось.

— О чём нам говорить? Я за последний месяц, без общения с тобой, жить спокойно стала, — ответила Оля.

— И не скучаешь совсем? — горечь и какая-то безысходность сквозили в словах бывшей подруги.

— А не важно, скучаю или не скучаю. Ты мне всё сказала, и даже не о поступках твоих я говорю, а о словах последних. Я услышала, оценила и перевернула страницу жизни, где подругой тебя считала. Пойдём в аудиторию, лекция скоро начнётся.

— А я не смогла. — Люда говорила шёпотом, глядя куда-то в пол, а когда подняла глаза, то Оля увидела в них слёзы. — Плохо мне без тебя. Ты бы меня простила, а…

— Считай, что простила.

Оля не могла себя понять, но сейчас она верила Людмиле и радовалась её раскаянию. Как камень с души упал. Нет, к прежним отношениям они не вернутся и многое не забудется. Просто отпустила обида, дышать легче стало. Теперь Людка больше не враг. Просто одногруппница, такая же как все.

После лекции Людка опять оказалась рядом с Олей.

— Как живёшь-то? С этим у тебя складывается, или как? Прикинь, я тут как-то на статейку наткнулась, и там про него тоже было. Пишут, что один из самых завидных женихов России.

— Мне это не интересно. Не надо говорить со мной про Мишу. — Оля пыталась уйти от темы, которую она не собиралась обсуждать ни с кем, тем более с бывшей подругой.

— Ну, извини, я ведь так, просто чтобы поддержать разговор. А почему не спросишь, как у меня?

Оля поняла, что у Людки в жизни что-то опять случилось и ей требуется помощь. Ну, плечо для поддержки — так точно. Да и выговориться, видимо, очень надо.

— Как у тебя?.. Люда, мне сложно говорить с тобой. — Внутренняя борьба у Оли зашкаливала, ненависть и обида прошли, а Людка-то была своей. Оля боялась попасть под её влияние снова, но и оставить бывшую подругу без помощи никак не могла.

— Но ты же простила. Значит, вернулись к прежним отношениям. Так?

— Нет, не так. Просто простила, а вот подругами, как раньше, вряд ли мы будем.

— Кто тогда, если не ты? — Люда расплакалась и повисла у Оли на шее. — Я не могу без тебя. Оля же обняла её и согласилась выслушать.

После занятий в парк пошли. Взяли чипсы и колу, расположились на лавочке.

— Так что у тебя не так, а, Люд?

— Да запуталась я. Я ж с Олегом встречаюсь, а тут с Игорем переспали, а они друзья.

Она как-то жалостливо посмотрела на Олю, достала из пачки сигарету и закурила. Оля чувствовала, что Людка недоговаривает что-то, но спрашивать и выпытывать, как раньше, не стала.

— А ты кого из них любишь? — просто спросила она.

— С дуба рухнула, что ли? — возмутилась Людка. А потом подумала, хихикнула и произнесла: — Игорь выгодней, он богаче. Если б мне с ним обломилось, я б и замуж за него пошла, только его папаша теперь пасёт. На путь истинный наставляет. Я же в папашины планы не вписываюсь. Ему другая невестка нужна.

— Какую помощь от меня ты ждёшь? — спросила Оля.

— Мне бы отца найти, вот какую. Твой Михаил к любой информации доступ имеет. Попроси, приласкайся да спроси. Тебе он не откажет.

— Миши нет в городе. Да и зачем тебе отец? Люд, если он столько времени тобой не интересовался… Оля недоумевала.

— Вот пусть и ответит за всё, за все мои прожитые годы. Тебе не понять, ты любимица у папочки. Сделаешь?

Оле казалось, что Людка сейчас расплачется, и её стало по человечески жаль. «Вот и всё, вот и простила, месяца не продержалась», — думала она.

— Попробую. А дальше что?

Людмила закурила следующую сигарету.

— Я решу, что дальше, когда узнаю, кто он, — жёстко произнесла она.

— У матери спросить не пробовала?

— Молчит она. Так поможешь?

— Постараюсь, но не обещаю. Не представляю даже, как можно что-то узнать. Столько лет прошло. Я с Димой поговорю, может быть, он помнит. Они дружили же с Региной, в одном классе учились.

Люда улыбнулась и кивнула.

— Хорошая идея. Иногда соображаешь, Громова. Ладно, пошли домой. Ты только расспрашивай аккуратно, меня не выдавай. Типа самой интересно.

— Да поняла я.

Они вместе спустились в метро и вместе вышли на «Первомайской».

— Пока, до завтра! — Оля подняла ладошку кверху.

— Я рада, что мы снова вместе.

Людка стукнула её по ладошке, развернулась и побежала к своему дому. А Оля посмотрела ей вслед и направилась к своему. В WhatsApp её ждало сообщение от Миши: «Заяц, я уже в Баку. Сил нет, как скучаю. Из Актау писать не получалось, звонить тоже. Мероприятия заканчивались слишком поздно,