Близняшки в подарок - Ксения Богда

я долго думаю? – Толкаю его в бок, когда прохожу мимо.

Кирилл охает, но я не успеваю отойти на безопасное расстояние. Меня хватают поперек талии и притягивают к своему телу. Дергаюсь в попытке освободиться.

И вот как у него постоянно так быстро получается меня вывести из себя и потом вести себя как ни в чем не бывало, пока я внутри взрываюсь и разрабатываю план по его уничтожению?

– Спрячь зубки, милая, – шепчет Кирилл, наклонившись к уху.

Не могу сдержать дрожи в теле, потому что стоит сделать вдох, как легкие наполняются его запахом, от которого голова кругом идет.

– Какая я тебе милая?

Снова предпринимаю попытку вырваться из захвата, но добиваюсь обратного эффекта.

На талии ощущаю каждый палец руки Кирилла, которая стискивает меня.

– А как мне тебя называть? – продолжает Кирилл испытывать мою выдержку.

И он побеждает. Коленки превращаются в подобие желе, и, если бы не его рука, я бы стекла уже к его ногам.

– По имени, – сдавленно выдаю, допуская еще одну оплошность.

Поворачиваю голову к нему и вздрагиваю, не ожидая, что его лицо окажется так близко ко мне. Сглатываю при виде усмешки, которая показывает ряд белых зубов.

– Яна? – тихий голос Кирилла будоражит кровь.

Перевожу взгляд на его глаза и неуверенно киваю.

– Как скажешь.

Кажется, между нами стало еще меньше расстояния. А меня окончательно парализовывает, и я не могу отойти от него. И уже прикрываю глаза в ожидании… Что-то я точно ожидаю от этого несносного парня! Но несчастное хныканье кого-то из близняшек моментально выводит меня из чувственного плена, и я отталкиваю настойчивые руки Кирилла.

– Вовремя, блин, доча, – недовольно бормочет Кирилл.

А я на мгновение замираю. Кажется, только что он впервые произнес слово «дочь» вслух.

Подхватываю Машку и морщусь.

– Ой, кому-то пора поменять памперс.

Тащу племяшку в ванную.

– Трусиха! – раздается вслед крик Кирилла.

Я выглядываю из ванны и улыбаюсь.

– Можешь сделать это сам. – Киваю на Машку.

Кирилл тут же меняется в лице и мотает головой:

– Думаю, я еще не созрел для такого подвига.

– Ну тогда и не умничай. – Захлопываю дверь и приступаю к водным процедурам.

Выхожу с Машкой на руках, замотанной в полотенце, и до меня доносится приглушенный голос из коридора.

– А где Аня?

– Вышла. Чем могу помочь? – Кирилл не очень-то дружелюбен.

Напрягаюсь и направляюсь в сторону коридора, но вовремя вспоминаю, что Машка у меня на руках после ванны и без штанов.

– А вы кто?

Снова не могу распознать голос.

– Муж, – отрезает Кирилл.

Отчего мне хочется долбануться лбом о стену?

– А-а-а-а, понятно. Тогда вот, передайте.

– Спасибо.

Хлопок – и в дверях появляется Кирилл с моим телефоном в руках.

– А-а-а-а-а… – От шока только могу рот открывать.

– Тебе передали. – Оскал вызывает табун мурашек на коже. – А что ж ты не сказала, что телефон у нас Ванечка чинит?

– А это имеет значение?

Подхожу, выхватываю свою вещь из пальцев Кирилла и закидываю в стоящий на полу рюкзак.

– Я же предупреждал, кажется, – заводится Кирилл.

Делаю глубокий вдох. Вот не хватает нам сейчас опять выяснять отношения с ним из-за этого всего!

– А я сказала, что ты никто мне, чтобы указывать. Не зли меня, Кирилл!

– Ну сейчас я твой муж. – Как ни в чем не бывало пожимает плечами, а я только могу сильнее стиснуть зубы. – Так что, боюсь, ты осталась без поклонника.

И столько сожаления в голосе, что я почти верю. ПОЧТИ!

Прохожу в комнату и слышу, как Кирилл идет за мной.

– Кстати. – Кирилл осматривает сумки. – Ты на войну, что ли, собралась?

Закатываю глаза:

– Кирилл, это дети, им в любой момент может понадобиться все что угодно. И то, я боюсь, что что-то забыла.

Надеваю на Дашку трусики и застегиваю боди. Отпускаю в вольное ползанье и прислоняю палец к подбородку, проматывая мысленно, что я упаковала в сумки.

– Так купить можно. – Опять заводит старую пластинку.

– Зачем покупать то, что есть тут? – задаю резонный вопрос, и Кирилл замолкает.

– Так вот, – отмирает Кир, – по поводу ДНК.

– И что с ним? – Продолжаю сборы, прислушиваясь к словам парня.

– Не получится ничего.

Замираю с курточкой кого-то из близняшек в руках и выгибаю бровь:

– В каком смысле?

Кирилл обхватывает шею и наклоняет голову, болезненно морщится.

– В смысле, что ДНК не покажет, что ты не их мать.

– Кирилл, мне не стало яснее. – Раздражаюсь оттого, что он решил напустить интриги, а мне и так сейчас хватает головоломок.

– Ну вы же с сестрой идентичны внешне.

Киваю в ответ.

– Вот, – продолжает Кирилл, – это значит, что и ДНК у вас на сто процентов совпадет.

Врастаю в пол и пялюсь на Кира. Он в это время неторопливо подходит к окну и смотрит во двор.

– Кир, – не выдерживаю и зову его.

Оборачивается ко мне, вопросительно выгибая бровь.

– А, ну так вот, значит, с девчонками у тебя ДНК тоже совпадет.

– Да быть такого не может! – пораженно выдыхаю и обессиленно опускаюсь в кресло.

– Чудеса генетики, сам вот в лаборатории узнал, – хмыкает Кирилл, пока до меня пытается дойти информация.

– То есть ДНК покажет, что я их мать? – последнее слово превращается в жалобный писк.

– Пять баллов за сообразительность, – щелкает пальцами Кирилл.

– А как же тогда?

Кирилл прячет руки в карманы джинс и пожимает плечами.

– Да никак, я же сказал, что верю.

Прищуриваюсь, на что Кирилл вопросительно выгибает бровь.

– Но узнавал в лаборатории.

– Исключительно ради любопытства. Просто спросил, если у матери детей есть близнец, можно как-то