Я тебя заколебаю! (СИ) - Созонова Юлия Валерьевна

Тут Араньев криво усмехнулся, присев на корточки рядом с этим уродом. Снова вытащив телефон Ксюши, он набрал ещё один знакомый до последней цифры номер и, дождавшись недовольного «Слушаю», заявил:

- Через пять минут у моего дома. На машине. Жду.

Слушать стенания собственного напарника он не стал, тут же отключившись и переведя холодный нечитаемый взгляд на скулящего парня. И спокойно, даже почти вежливо поинтересовался, схватив несчастного за подбородок и сознательно давя пальцами на наливающийся синяк:

- Спрашиваю один раз, урод. С вами кто-то ещё был? Ну?!

Из глаз парня покатились слёзы. Но возвращаясь к вопросу о том, жалко ли ему этих придурков, Араньев мог точно и совершенно спокойно сказать - нет. Каждый сам кузнец своего счастья и если они решили идти таким путём…

Что ж, тогда не стоит удивляться, что и спрашивать с них будут соответствующе.

- Я. Жду.

Его голос звучал мягко, даже спокойно. И на лице было самое, что ни на есть миролюбивое выражение. Только вот амбал почему-то судорожно сглотнул и побледнел ещё сильнее, с трудом выдавив из себя:

- Н-н-нет… М-мы… М-мы просто проверить… Должны были. Пр-р-рипугну-уть…

Дальнейшее блеяние можно было не слушать. И Араньев не смог сдержать почти беззвучного выдоха полного облегчения. В груди разлилось приятное, обжигающее тепло щекотавшее нервы и согревающего его изнутри.

Всё-таки знать, что милому, ершистому Ксюшушонку ничего не угрожает, Вене было просто жизненно необходимо. Хотя бы потому, что у него на неё были очень уж многообещающие планы на ближайшие лет двадцать точно. А может и чуточку больше, как знать?

Подняв голову, Араньев без труда нашёл одно из окон квартиры девушки. Хмыкнул, увидев мелькнувшее в нём лицо Ксюши, и уже куда миролюбивее заметил, отпустив подбородок парня:

- Не врёшь. Уже плюсик в карму. Правда, тебе он не поможет… Но всё же…

- Иди на… - вдруг выплюнул амбал и попытался откатиться в сторону. Его напарник так и вовсе успел прийти в себя и даже дать дёру. Только кто ж ему дал-то, м?

Ещё в народе говорят, что есть такой закон – закон подлости. И сейчас, Веня с удовольствием наблюдал его, так сказать, материальное воплощение. Когда слишком прыткий бандит умудрился прыгнуть, ни много ни мало, а на капот въехавшей во двор машины.

Очень знакомой машины, к слову. Остановившейся аккурат возле его подъезда и благополучно доставившей невезучего парня обратно, в цепкие руки Араньева.

- Я не вовремя? – озадаченно протянул Степан Игнатов, открыв дверь и высунувшись со своего водительского места. Сбитый им мужчина медленно сполз с капота прямо на асфальт. И распластался там, даже не пытаясь снова подняться.

- Да нет, - хмыкнул Веня, поднявшись и стряхнув с колен невидимые глазу пылинки. После чего рывком дёрнул отползавшего от него парня за здоровую руку, помогая встать на ноги. И толкнул в спину, в сторону машины напарника. – Ты, Стёпа, точен как часы. Китайские. Ловящие всего одну радиостанцию и та – «Доброе утро, Вьетнам!». Ну да ладно, - хмыкнув ещё раз, Араньев запихал свою добычу на заднее сиденье простенькой лады, четырнадцатой модели и хлопнул по крыше машины. – Грузи второго и пристегни их браслетами. Нас ждёт незабываемая экскурсия по замечательным местам.

- И почему мне кажется, что речь идёт о морге? – страдальчески вздохнул Степан. Впрочем, этот праздный интерес не помешал Игнатову споро упаковать в наручники валявшегося на тротуаре придурка и отправить его составлять компанию товарищу.  

Усевшись снова за руль, он повернул ключ зажигания и философски вздохнул, выворачивая руль:

- Вот скажи мне, Араньев… Почему в любой непонятной ситуации мы едем в морг? Не то, чтобы я имел что-то против… Там такая душевная, приятная атмосфера. Но всё-таки, почему именно в морг?

- Потому что там проще всего избавиться от трупов, - невозмутимо откликнулся Веня, набирая сообщение с телефона Ксюши. Его собеседник желанием общаться не горел, но на высказанную просьбу всё-таки ответил согласием.

И это позволило, наконец-то, переключиться, выдохнуть и сосредоточиться на том, что ему предстояло провернуть. Причём провернуть так, чтобы собственное начальство об этом даже не догадалось.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Во всяком случае, пока что.

Центральный городской морг был тих и по-своему уютен. А ещё встретил их внезапно слишком уж счастливыми санитарами и сонно моргающим начальником. И выглядел этот самый начальник так, что желание шутить и спорить с Хариной Евгенией Сергеевной умерло от одного её убийственного взгляда. Честное слово, Веня мог бы поклясться, что слышит звук забиваемых в крышку гроба гвоздей.

Искренне надеясь, что это не он дал повод для такого «позитивного» настроения.

Смерив их компанию нечитаемым взглядом, Харина широко зевнула и бросила Вениамину тяжёлую связку ключей. Потерев переносицу, она тихо буркнула, крепко вцепившись пальцами в литровую кружку с кофе:

- Кабинет номер семнадцать, дальше по коридору. С экспертами я договорилась, но сильно не шумите. Звукоизоляция тут ни к чёрту… В последнее время.

Сделав большой, жадный глоток, девушка зажмурилась, явно поймав свой личный, мазохистский кайф. И хрипло выдохнула, приоткрыв один глаз:

- Подтереть за собой не забудьте. Чтоб не как в прошлый раз. Лады?

- Не вопрос, - спокойно откликнулся Араньев и кивнул головой напарнику, пропуская его с добычей вперёд. Дождавшись, пока они скроются в коридоре, он отобрал у вяло пискнувшей подруги кружку. И подозрительно уточнил, принюхиваясь к содержимому этой бадьи:

- Ты когда спала в последний раз?

- Полчаса лицом в бумаги считается? – Харон вздохнула и провела рукой по волосам, взлохматив их ещё больше. Бледнее обычного, мрачная, как ангел Апокалипсиса, она выглядела неожиданно…

Хрупкой. И Веня точно знал, что это уже повод начать беспокоиться. Харон никому и никогда не позволяла видеть себя слабой и, тем более, уставшей.

- И куда твой недо труп смотрит? – неодобрительно цокнув языком, Веня пресёк попытку отобрать у него кружку с кофе (судя по запаху, изрядно разбавленного виски).

- Надеюсь, что в сторону симпатичных девиц, с грудью третьего размера и хоть каким-то наличием мозгов, - флегматично пожала плечами Женька, безуспешно давя рвущийся наружу зевок. – На меньшее менять такую выдающуюся меня я не согласна.

- Шутишь, значит ещё не всё потеряно, - кивнув своим мыслям, Араньев покрутил на пальце связку ключей. – Значит, есть шанс, что до Ксюши ты доберёшься в целости и сохранности.

- Что, даже не боишься, что я этого милого зомбика заражу своим ядом? – Харина слабо улыбнулась, поморщившись и разминая шею пальцами. – Грёбанный остеохондроз, мать его за ногу… Ладно, Веник. Я уже даже шутить не смешно начинаю. Мелкий оккупировал дедушку с бабушкой, Жмур в делах. Так что, пожалуй, и, правда, пойду я…

Выдержав небольшую паузу, она остро глянула на Араньева и вздохнула, снова запустив пальцы в растрёпанные тёмные пряди:

- Девочку сегодня привезли, семи лет. Задохнулась метаном вместе с матерью и отцом.  Сам понимаешь…

- Иди уже, - сжав плечо подруги, Араньев толкнул её в сторону открытого настежь кабинета заведующего моргом. Дождавшись, пока Харон соберётся и выключит там свет, закрывая дверь на ключ, он отсалютовал подруге той самой бадьёй с кофе и отправился следом за напарником.

Что-то ему подсказывало, что этим двум крутым парням сегодня не повезло. Не повезло подкараулить их с Ксюшей у подъезда, не повезло попытаться от него сбежать…

И Веня был твёрдо уверен в том, что это ещё не конец их полосы «везения».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ксения Шолохова

- Ксения Игоревна, я там это… - заглянувший в комнату Ванька Барсаев смущённо потёр затылок и выдал, переминаясь с ноги на ноги. – Бутеры сделал. И чай заварил. Будете?

Я машинально отметила, что выглядит он лучше, чем вчера. Бледный конечно, вон бисеринки пота со лба стирает и стоит, сжимая пальцами дверной косяк. Но на щеках уже есть лёгкий румянец, да и энтузиазма хватит на нас двоих.