Секс-бойфренд моей дочери (СИ) - Алексеева Дана

- Не понял… - не сразу замечаю я мужчину с ней за столом, сидящего ко мне спиной. – Что здесь делает отец?

Сразу мрачнею, предчувствуя неладное. Не смог образумит меня, решил действовать через мою невесту?

Я приближаюсь, закипая изнутри.

Они о чем-то разговаривают, не замечая меня. Рука папы тянется вперед и мягко ложиться на её ладонь.

Какого хрена…

Глава 40. Люба

То, чего я больше всего боялась, произошло.

Ян нашел меня и начал выяснять прошлое, которое оставило свои плоды в настоящем.

- Люба, у меня есть дочь?

Я усмехаюсь на его вопрос, прочищаю горло и четко проговариваю правду, которая ему не понравиться. Но мне собственно плевать на его чувства ровно так же, как было ему на мои восемнадцать лет назад.

- Нет, Ян. Это у меня есть дочь. А про твои дела я не знаю и знать и не хочу.

Откидываю прядь волос назад и стараюсь не смотреть на своего бывшего. А если и смотрю, то очень холодно и безэмоционально – так, как он заслужил.

- Не будь такой жестокой, Люба. Столько времени прошло, а ты до сих пор зла на меня… Я не знал, что у меня есть ребенок, ты кричала, что обязательно сделаешь аборт.

- И что с того, Ян? Сделала- не сделала, тебе какая разница. Свою ответственность ты снял уже в ту секунду, когда узнал о ребенке. Ничего общего у меня с тобой не осталось.

- Я хочу увидеть ее. Она уже совсем большая… И сама вправе решать, с кем ей общаться или нет.

- Алиса с детства знает, что разговаривать с чужими дядями опасно.

- Ничего ей не сказала, да?

- Что ее отец редкостный козел и бросил ее? Нет, не сказала. По документам ты ей никто, Ян.

- А ты и вправду изменилась, Люба. – вздыхает он и сканирует меня пристальным взглядом.

- Что есть, то есть… - хмыкаю я и беру в руки кружку, в котором остывает напиток.

- Но все такая же красивая. – приглушено добавляет он. – Ты знаешь, я ведь тогда искал тебя. Но ты как сквозь землю провалилась…

- Для чего искал, если не секрет? – не скрывая издевку, спрашиваю.

- Любил тебя.

- Тогда зря искал. Ты самый настоящий трус, Ян. А я трусов не люблю.

- Не надо так резко. Я не оправдываю себя, я был негодяем и неправильно поступил тогда. Сейчас я это понимаю, хоть и не вернуть все вспять…

- Верно подмечено.

- Но Бог дал мне сына. Артура. Он мне не родной, но стал таковым, когда моя сестра разбилась… Это был мой шанс на исправление. Я взял его под опеку и воспитывал как мог.

- Ему нужна была мать, я думаю…

- Не спорю. Но после тебя, я никого не любил по-настоящему…

- Ох, Ян, перестань! Ты не любил меня, все пустое… Не могу даже слышать.

- Я отвечаю за свои чувства, не надо их оскорблять. Это больно, Люба. А ты любила меня?

- Зачем спрашиваешь?

Ян выжидательно молчит. И меня жутко смущает его проникновенный взгляд. Здание кофе превратилась в какую-то комнату откровений.

- Сейчас это неважно. Что было то прошло.

- Я знаю, что любила… - он накрывает мою ладонь своей, и я вздрагиваю.

 Зачем он это делает? Не знаю, сколько я смотрю на наши слившиеся руки, но в эти секунды сквозь меня проносятся мгновенья прошлого, где мы с Яном были вместе.

Да, я любила его. Это была юношеская первая влюбленность. Он старше меня, все знает, всему учит… С ним было все в первый раз, и я никогда не смогу этого забыть.

Но это лишь воспоминания о чувствах.  Сами чувства выветривались годами и наконец, от них не осталось ни следа, ни запаха.

Я одергиваю руку и хочу сказать, чтобы этот человек не питал иллюзий насчет меня, но меня перебивают. Очень неожиданно, что чуть не попрыгиваю на стуле.

- Папа, что ты здесь делаешь? – гремит над головой знакомый, очень недовольный мужской голос.

Как я могла не заметить, что к нам подошел Артур? Надеюсь, он не видел, как Ян трогал мою руку…

- О, Артур… - как ни в чем не бывало расплывается он в приветственной улыбке отец. – Вот зашел проведать вас, Люба сказала, что ты должен подойти, ждем только тебя.

- И давно ты наведываешься в это кафе?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Артур со скрипом шаркает по плитке стулом и садиться рядом со мной, с вызовом уставившись на отца, как на врага народа.

- С этого прекрасного дня. – тут Ян подмигивает мне, отчего вызывает больше возмущенных морщин на лице Артура. – Собственно, мне уже пора, не буду вам мешать…  Люба, с вами я думаю, мы еще продолжим беседу, но чуть позже.

Мое лицо покрывается красными пятами от двузначности заявлений Яна. Мы молча провожаем его сверлящими взглядами, и после того, как его спина скрывается за дверью кафешки, тишина уже становиться настолько звенящей, что невыносимо.

- Может, объяснишь? – с претензией в голосе поворачивается ко мне Артур.

Он жутко бесится, хоть и пытается это скрыть. Его вздувшиеся ноздри и напряженные скулы жестко выдают его.

- Что ты хочешь услышать? – сохраняю спокойствие насколько это возможно и отпиваю из кружки.

- О чем ты так мило… любезничала, - не говорит, а выдавливает из себя последнее слово. – с моим дорогим отцом?

Все-таки он видел наши руки… Вот черт.

- Ни о чем таком, о чем тебе нужно переживать.

Его неоправданная ревность давит на меня, а я отвыкла от того, что могу принадлежать к кому -то настолько, что должна отчитываться за каждый шаг и разговор.

Продолжаю поедать своей кекс под пронизывающим взглядом Артура, который буквально пыхтит в лицо от негодования.

- Мой отец против нашего брака. Об этом он мне сказал вчера. Вот мне и интересно, что он хотел от тебя сегодня?

- Чем же он аргументировал свое решение, если не секрет?

- Не секрет. – Артур откидывается спинку стула и разводит руки в стороны. – Он сказал, что ты не любишь меня. Не чувства держат тебя рядом со мной.

Шоколадный кекс начинает горчить во рту, и я закашливаюсь. Запиваю чаем образовавшийся комок и понимаю, что Артур должен узнать правду. Больше ходить вокруг не имеет смысла.

Я не знаю, что задумал Ян, но его запрет на брак и сегодняшние проснувшиеся нежности в словах не сулят ничего хорошего для меня и для Артура.

- Он предлагал тебе денег, возможно… Или что-то еще? – не сдается Артур и выдвигает предположения.

- Нет, Артур… Ничего такого он не предлагал. Он в курсе, что я откажусь в любом случае.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Вытираю салфеткой губы, и смяв ее в комок, выкидываю в тарелку вместе с последними сомнениями перед правдой.

- Даже так… тогда что же?

- Он просил. Хочет увидеться с Алисой.

Слежу за реакцией Артура – он удивляется, приподнимая брови, а потом усмехается, отрицательно тряся головой.

- Мой отец неисправим… Он же курсе, что она беременна, что ему надо от нее?

Пока Артура не занесло в другую степь, я быстро возвращаю его в в суровую реальность, от которой, к сожалению не скрыться:

- Все просто. Ян – родной отец Алисы.

Глава 41. Люба

Вот кажется и все. Должно полегчать, когда с губ слетела правда.

Артур, не изменившись в лице, по-прежнему смотрит на меня, не моргая.

Я сказала это вслух или нет?

- Мне послышалось? – обретает дар речи он и разгоняет мои сомнения.

- Нет.

Ох, как же он обескуражен! То состояние, когда тобой овладевает ступор.

- То есть, мой отец - это отец Алисы и твой бывший муж? – уточняет он, не веря во все сказанное.

- Мы не были женаты, а в остальном все так.

Сохранять нейтральный тон очень сложно. Артур в шоке. Я в растерянности от мысли, как он будет реагировать дальше.

- Люба, я сплю?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Я тоже хотела бы, чтобы это все был только сон… - вздыхаю и поджав губу, отрицательно мотаю головой.

- Да как так-то… Как может быть такое вообще? – его глаза бегают в поисках зацепок и ответов. - Ты знала об этом раньше?