Джон Кейн - Актриса года

Глава 21

Огромный белый шатер, который воздвигли в своем саду Дэвисы, в центре достигал высоты пятидесяти футов. Нагреватели, установленные внутри, исправно нагнетали теплый воздух, чтобы легко одетые кинозвезды, продюсеры и адвокаты, явившиеся на прием, чувствовали себя комфортно. Но этот воздух вздул верхнюю часть шатра, точно гигантский шар, и в центре купола образовалось большое розоватое пятно. Сверху это сооружение напоминало гигантскую женскую грудь, неведомо откуда прилетевшую на лужайку у особняка Марвина и Барбары Дэвисов.

Впрочем, Серджио Фалуччи мало занимало, как смотрится шатер с вертолетов, пролетавших над имением Дэвисов по направлению к бесплатной скоростной автостраде под номером 405. Директор-распорядитель «Рейвенос милз» — самой престижной в Голливуде фирмы — поставщика продуктов и деликатесов, — он распоряжался огромным штатом из двухсот поваров, официантов, метрдотелей, лакеев, а также мальчиков — парковщиков автомобилей. Сейчас 18.45, через пятнадцать минут начнут прибывать гости, и Серджио чувствовал, что или его хватит удар, или он просто свихнется.

— Лина! — рявкнул он в закрепленный у рта микрофон, отчего казалось, что у него не одна, а две пары усов. — Ты меня слышишь? Миссис Дэвис хочет знать, где крабы в мягких панцирях.

— Можешь передать ей, что в данный момент отошли от берегов Мэриленда и пребывают в зимней спячке, — ответила Лина Плац, шеф-повар по рыбным блюдам. — Зимой они именно этим занимаются.

— Но она хочет видеть их на столе! — еще громче рявкнул Серджио. — Здесь! Сегодня!

— Могу принести снимок, если это ее устроит, — насмешливо ответила Лина. — До апреля ни одной твари подать не смогу. Клешни у них сейчас твердые, совсем как член у Чарли Шина!

Серджио сердито пробурчал что-то в ответ и, выйдя из шатра, направился к особняку Дэвисов. В холлах и вестибюле выстроились целые шпалеры живых цветов, в гостиной в огромном камине, сложенном в готическом стиле, пылали эвкалиптовые поленья. Три сотни гостей. Их предстояло обнести коктейлями и hors d'oeuvres[32] на первом этаже дома, а затем препроводить в шатер, где их ждали обед и развлекательная программа. На тележках выстроились блюда с икрой, семгой и холодной спаржей, обернутые в пластиковую пленку. На столах возле баров размещались ряды бутылок с шардоне, каберне, совиньоном и шампанским «Кристалл» — все эти напитки предназначались к обеду. На ступеньках у входа разместился джаз-банд из трех музыкантов — им предстояло заиграть, как только в воротах появятся первые гости.

Это будет поистине грандиозный прием, подумал Серджио, если миссис Дэвис забудет наконец о своих крабах.

Конни нервно заерзала на заднем сиденье лимузина и, ища поддержки, взяла Морти за руку. После своего неудачного похода в «Барниз» она ожидала отказа в приглашении. Но его не последовало, а не появиться на приеме у Дэвисов было равносильно отказу появиться на концерте перед президентом. И тогда она может окончательно распрощаться с «Оскаром». Нет уж, лучше она поедет и войдет с высоко поднятой головой. Возможно, проявленное мужество позволит получить несколько дополнительных голосов академиков. В случае с Хью Грантом это сработало, возможно, сработает и для нее. И Конни решила посетить прием, к которому тщательно готовилась, а для поднятия духа даже выпила в ванной два бокала мартини с водкой.

Морти первым нарушил царившую в машине тишину. Громко пукнул, а затем заметил:

— Все из-за этого салата с яйцами на ленч. — И поморщился.

Вот он, Морти, во всей своей красе! Нажрется деликатесов, а потом начинает рыгать и выпускать газы, как заведенный. Тем не менее она была страшно благодарна Морти за то, что он не погнушался появиться с ней в свете после скандала с кражей. А что касается Дэвисов, так те, учитывая интересы своих знаменитых гостей, позаботились о том, чтобы не допускать средства массовой информации на территорию, за исключением одного фотографа и одного журналиста, освещавшего светскую хронику в «Лос-Анджелес таймс». А потому завтра ни в какой «Хард копи» не должно появиться снимка посрамленной Конни, выходящей из лимузина.

Пока Морти смотрел в окно, Конни полезла в сумочку от Шанель, честно приобретенную несколько лет назад, и начала шарить в поисках фляжки. Но тут пальцы ее нащупали конверт, который она перед самым уходом достала из почтового ящика и, не распечатывая, сунула в сумочку. И вот теперь наконец она его вскрыла и обнаружила внутри коротенькую, напечатанную на машинке записку:

«Дорогая сучка!

Почему бы тебе не перестать воровать сумочки и не начать снова петь? Или ты окончательно потеряла голос после многочисленных отсосов?»

Господи Иисусе! Наверняка какой-нибудь злобный распсиховавшийся поклонник. Но где он раздобыл ее адрес? Ежегодно она платила тысячу долларов фирме по обеспечению безопасности, и все ради того, чтобы ее адрес и номер телефона были исключены из всех справочников. Только этого не хватало!.. Дрожащими руками Конни поднесла фляжку ко рту и отпила большой глоток водки. В этот момент лимузин въехал в ворота имения Дэвисов.

Пройдя мимо джаз-банда, Конни оказалась в просторном вестибюле. И тут же увидела Курта Рассела и Голди Хоун. Они держались за руки.

— Курт, Голди! — пробасил Морти.

Курт Рассел затряс ему руку.

— Морти, Конни, чертовски рад видеть вас!

— Поздравляю, Конни, — улыбнулась Голди. — Надеюсь, победишь именно ты!

— Спасибо, — выдохнула Конни. — Думаю, что уж во всяком случае Эмбер Лайэнс не проиграю.

— Да куда ей! — воскликнул Курт. — Совсем еще соплячка. Всем нам годится в дочери.

— Ну, если б она была моей дочерью… — хихикнула Голди. — Я бы упекла ее в тюрягу, вот что!

Повисла неловкая пауза. Курт Рассел нервно переступал с ноги на ногу. «Сейчас наверняка спросит, как мне понравилась тюремная кормежка», — подумала Конни.

— Ну, — улыбнулся Курт, — уже решила, в каком будешь платье?

— Пока нет, — пробормотала Конни. Ее так и сжигало желание снова залезть в сумочку, вытащить заветную фляжку и глотнуть водки, чтобы чувствовать себя увереннее.

— Почему бы тебе не заскочить в бутик и не отхватить что-нибудь эффектное прямо с вешалки? — предложила Голди.

«Именно этим я и занималась в „Барниз“», — подумала Конни. От ее внимания не укрылось, как крепко сжимает в руке сумочку эта белокурая кинозвезда. Ее так и подмывало сказать: «Не бойся, Голди, не украду!»

— Что тут пьют? — весело осведомился Морти и снова пукнул.