Карен Брэйди - Такой прекрасный, жестокий мир

– Что вы предлагаете? Лишить Нью-Йорк фруктов? – спросил представитель администрации порта Нью-Джерси и – как и все остальные – отказался встретиться с ней.

Фиретто до сих пор скрывался, правда, арестовали еще пару торговцев стероидами. «Большое дело», – подумала Сара, с раздражением бросая карандаш на стол. И в этот момент зазвонил телефон.

– Привет, Сара, это я, – сказал Джей.

– Ты телепат? Я как раз завидовала, что тебе досталось самое интересное.

– Если честно, завидовать особенно нечему. Послушай, я не могу долго говорить. Пинто экспортирует не только стероиды, он еще руководит торговлей кокаином в местных трущобах. Речь идет о многих миллионах долларов. Господи, наркодельцы тут выше закона. У них есть даже личные армии.

– Отлично. – Сара попыталась перекричать помехи на линии. – Есть доказательства отмывания денег?

– Доказательства – слишком сильно сказано. Я наткнулся на ряд компаний по торговле недвижимостью. Может, одна из них замешана, может, три или четыре, а может, и все. «Альмейда», «Борболета», кто их знает, но публиковать пока нечего. И нет оснований для судебного преследования Пинто.

Джей горько засмеялся. Сара засмеялась в ответ, пытаясь скрыть свое разочарование, но Джей уловил его.

– Эй, у меня есть кое-что для тебя. И это дорого стоило мне… вернее, Джейкобу.

– Что?

– После приличной взятки таможенному чиновнику я выяснил, что Пинто контрабандой провозит кокаин в США. Надо отдать должное его гениальности. Один груз смешали с гипсом и заформовали в украшения для ванных комнат. Последнюю партию смешали со стеклопластиком, из которого сделали собачьи конуры.

– Ты их видел?

– Нет, конечно. Их уже отослали. Я уверен, что Пинто дает гораздо большие взятки, чем я, но самое интересное… – Джей сделал паузу для большего эффекта.

– Продолжай, – нетерпеливо сказала Сара.

– …то, что эти собачьи домики были посланы твоему старому дружку Ронни Фиретто, и я думаю, что знаю теперь, где он скрывается. Мой таможенник показал мне адрес, по которому ушел последний груз.

Сара потянулась за отброшенным карандашом.

– Продиктуй мне адрес.

– Я прилетаю следующим рейсом, тогда и поговорим.

– Джей!

– Сара, я тебя знаю. Ты сейчас же отправишься к этому ублюдку, а я буду виноват в твоей смерти. Билл никогда не простит меня.

– Ладно, – неохотно согласилась Сара. – Поговорим позже.

Билл, в одних белых спортивных трусах, завтракал на веранде. Он не замечал Сару, и она остановилась в дверях, любуясь его загорелым мускулистым телом. Они занимались любовью почти всю ночь, но в ней снова вспыхнуло желание.

– Доброе утро, – сказала она, садясь к нему на колени.

– Доброе утро, соня. – Билл взъерошил ее спутанные волосы. – Хорошо спала?

– Минут пять, – зевнула Сара, наливая себе апельсиновый сок. – М-м. Как здесь тихо!

– Ты упустила лучшую часть дня. Еще час, и нагрянет толпа отдыхающих. Из-за шума моторных лодок ты и себя не услышишь. Думаю, это плата за жизнь в таком красивом месте.

Сара обвела взглядом озеро, пристань, заросшие соснами берега.

– Наверное, – согласилась она, ухватив складку кожи на талии Билла. – Ты толстеешь.

– И ты тоже. – Его рука скользнула под ее халат, но нашла лишь упругий живот. – Черт, ничего.

– Поищи получше, – прошептала Сара, и его рука двинулась к ее груди. – О, как хорошо. Ты не хочешь закончить завтрак в постели?

– Замечательная идея, – шепнул он ей на ухо. – И попрошу Мэри подать его.

– Только если завяжешь ей глаза. – Сара вскочила. – О Боже, совсем забыла. К нам же едет Стюарт Харгривс. Вот и весь завтрак в постели.

– Сара, неужели обязательно было приглашать его? Из-за твоей работы мы почти не бываем одни. Если бы я не знал, как безупречен твой вкус, то заподозрил бы тебя в любовной связи с Джеем.

Сара засмеялась.

– Но у нас с Джеем действительно любовная связь. Это скрашивает мне те одинокие вечера, которые ты проводишь на матчах. Я – не единственный трудоголик в семье.

– Итак, налицо два очень занятых человека, подчиняющихся рабочему распорядку. Тем более меня нельзя винить за нежелание делить тебя с каким-то английским политиком.

– Но мы все равно не одни. Бедная Мэри не спит по полночи, прислушиваясь к каждому скрипу кровати. И следит за мной, как ястреб. Она считает меня авантюристкой.

– Вовсе нет. Мэри сказала мне, что ты ей нравишься.

– Ну, лучше бы она сказала это мне. Знаешь, я побаиваюсь ее.

– И я тоже, – со смехом признался Билл. – Это часть ее обаяния. Раз уж мистер Харгривс приезжает, мы могли бы сосватать его с Мэри. Они примерно одного возраста.

Мэри просунула голову в дверь.

– Сара, тебе звонят.

– Думаешь, она меня слышала? – испуганно прошептала Сара.

– Да, – мрачно подтвердил Билл.

– Надо будет поговорить с ней.

– Обязательно, или не получишь вечером яблочный пирог, – поддразнил Билл.

– Я тебе отомщу.

Сара ущипнула его и побежала к телефону.

– Я только что очень мило поболтала с Мэри.

«О Господи», – подумала Сара, узнавая голос матери. Мнение Джун об отношениях дочери с Биллом не сильно отличалось от мнения домоправительницы, правда, Джун не стеснялась выражать его вслух.

– Мама, я очень рада тебя слышать.

– Ну, ты слишком занята с мужчиной, чтобы самой позвонить мне.

– Его зовут Билл. – Впервые в жизни Сара говорила таким резким тоном с матерью, и ей это совсем не нравилось. – И если бы ты приняла его приглашение, то своими глазами увидела бы, как мне повезло.

– Ты прекрасно знаешь, что я и близко не подойду к самолету, – упрямо сказала Джун. – Ты могла бы заполучить любого. Почему ты выбрала мужчину, годящегося тебе в отцы?

Сара не хотела спорить, но мать невольно задела ее за живое. Билл был очень заботлив, и Сара знала себя достаточно хорошо, чтобы понять, как сильно это ее привлекает. Ей отчаянно не хватало в жизни зрелого мужчины. С Биллом она чувствовала себя в безопасности. И он был невероятно страстным в постели, но и это она не могла объяснять матери.

– Давай не будем снова обсуждать это. Да, мам, сегодня к нам приезжает Стюарт Харгривс. Помнишь, я говорила тебе, что встретилась с ним в посольстве? Правда, здорово?

– Не понимаю, зачем тебе видеться с ним, – раздраженно сказала Джун. – Сара, с тех пор, как ты живешь в Америке, ты стала общаться с совершенно неподходящими людьми.

Член британского кабинета министров и лучший спортивный комментатор Америки – неподходящие люди? Что происходит с матерью? Может, начинает сказываться возраст?

– Мама, я люблю Билла, и мне жаль, что ты настроена против него. Это так на тебя не похоже.