Элейн Ричардс - Магнат

Она шевельнулась и выгнулась всем телом, как пробуждающийся фавн, и Джефф изумился, что с ним всегда случалось при виде столь поразительно гибких и совершенных форм. Она была смугла, по-девичьи очаровательна и напоминала своим телом сказочного эльфа. Он иногда грезил наяву, расставляя мысленно этих чудо-девочек как на витрине и подолгу рассматривая их, собранных вместе. Их возраст приходился на тот короткий период в жизни женщины, когда она может заставить петь и играть кровь в жилах мужчины. Период, когда формируется женская грудь и с голубиной нежностью и теплотой опускается в ладони мужчин, когда завитки волос между длинными ногами светятся, как янтарь… Он любил этих девчушек, потому что не было в них даже намека на какое-нибудь уродство, дурной запах или обрюзглость. Конечно, прежде всего он любил их за то физическое совершенство, к которому стремился всю жизнь, которым на короткое время одарила его судьба, но он сам все растерял. Уродство и старость, которые он ненавидел в женщинах, были доказательствами его собственного банкротства, и он пользовался услугами этих нимфеток, чтобы сохранить хоть какие-то иллюзии. Но это никогда не срабатывало.

Все эти мысли за считанные мгновения пронеслись в его голове. Он стоял рядом с кроватью, когда глаза девушки, поморгав, широко раскрылись. Она улыбнулась, состроив рожицу, будто роза, свертывающая свои лепестки, когда на них попадает раствор соли.

— Привет, — сказала она.

На одно мгновение, крайне неприятное для него, он почувствовал ненависть к этому прелестному созданию за ее совершенство, которое подчеркивало его несостоятельность, и пожелал ее смерти.

Но он только спросил:

— Ты любишь яйца?

После чего вновь стал относиться к ней как к подарку судьбы в этот холодный и беспросветный день.

Так как дорожно-транспортное происшествие случилось на Парк-авеню в Нью-Йорке, его свидетелями оказались наблюдательные бизнесмены и любопытные туристы. Полиция смогла по показаниям свидетелей составить полное и детальное описание происшедших событий. По словам очевидцев, случилось следующее.

Транспортные потоки, которые, огибая громадину «Пан-Америкен билдинг», двигались в противоположных направлениях, были, как обычно, очень плотными, особенно много было желтых машин такси. На светофоре Сорок девятой улицы включился красный свет, и множество автомобилей, затормозив, остановилось, сбившись по обеим сторонам перехода в плотную массу. День был ясным, солнечным, но очень холодным. Толпа людей двинулась по переходу через широкую магистраль.

Внезапно за несколько домов от перекрестка раздался громкий и настойчивый сигнал автомобиля, а затем пронзительные крики. Те, кто в этот момент смотрел в том направлении, ясно видели синий «бьюик», который со скоростью сорока миль в час прорезал беспорядочно застывшую массу автомобилей и разбросал их в разные стороны. Пешеходы начали разбегаться. «Бьюик» внезапно резко свернул в сторону и, выехав на тротуар, сбил белокурую девочку, которая испуганно бежала за своей матерью, а затем мужчину среднего возраста в дорогом пальто и в шляпе. Девочку, как тряпичную куклу, отбросило в водосточную канаву, и передние колеса машины проехали в дюйме от ее головы. Зацепив крылом мужчину, «бьюик» протащил его несколько десятков футов, пока он не соскользнул под колеса; автомобиль переехал его искалеченное тело, вернулся на проезжую часть и стал набирать скорость. Грузовик, проезжавший перекресток, ударил «бьюик» в заднее крыло, но после этого врезался в бордюр, и его отшвырнуло на пешеходный переход.

В протоколе было записано, что смерть мужчины наступила непосредственно на месте происшествия. Девочку вместе с матерью отправили в больницу. Быстро установили личность ребенка: это была Петти Ройтер, племянница Джона Бурка, президента Юго-Западной энергетической корпорации. Девочка и ее мать направлялись в музыкальный салон радиоцентра. После операции, которая продолжалась три часа, ребенок оставался в критическом состоянии, но врачи надеялись, что девочка выживет.

Личность погибшего также установили: это был Мартин Каллаган, адвокат, занимавшийся делами о взыскании налогов, контора которого находилась как раз на Парк-авеню.

Пресса, естественно, подняла шум вокруг несчастного случая с Петти Ройтер, так как компания ее дяди была в центре внимания всех программ новостей. Объектом интереса также оставались изнасилование и жестокое убийство писательницы Сью Риган в техасском городе Пэррише. Вместе с ней был застрелен ее любовник, судебный следователь. Журналисты связали убийство Сью Риган со смертью Люка Эвери и особо подчеркивали тот факт, что Сью работала с Эвери над сенсационным материалом, грозившим публичным разоблачением большому бизнесу с его притязаниями на власть. Упоминались Хейги, так как именно они стремились прибрать к рукам Юго-Западную корпорацию. Племянница Джона Бурка, Люк Эвери, Сью Риган, Хейги, Юго-Западная… Связь была очевидной, но недоказуемой. Никто не осмелился бы дать официальные показания против Хейгов. Никто не хотел получить исполнительный лист за клевету. А могло ведь случиться и худшее.

То, что Хейги в рекламных целях пожертвовали крупные суммы на оборудование и заработную плату персоналу Медицинского центра Гроувского университета в Пэррише, наиболее оснащенной новейшей аппаратурой больницы в стране, не имело никакого значения для семьи Петти Ройтер. Люди смеялись над такой фальшивой и корыстной благотворительностью.

Водителя «бьюика» удалось задержать: это был Энди Каплан, продавец детской одежды из Атланты. Машина была арендована, а Каплан объяснил, что он устроил вечеринку, которая затянулась на всю ночь и прихватила утренние часы. В номере гостиницы, который снимал Энди Каплан, полиция увидела нескольких заспанных проституток по вызову, подтвердивших, что ночь была веселой и бурной. Каплан был обвинен в создании аварийной ситуации, в непредумышленном убийстве, в управлении автомобилем в состоянии алкогольной интоксикации, в опасном для окружающих злостном нарушении правил дорожного движения. В конце концов его освободили из-под стражи под залог в пять тысяч долларов. Джон Бурк решил не вмешиваться. Но семья Мартина Каллагана поклялась организовать судебное расследование.

В своем частном офисе Джон Бурк, один, без свидетелей, разговаривал по телефону с Рубеном Хейгом. Бурк — коренастый мужчина в летах, с густыми каштановыми волосами и с тяжелыми веками, нависшими над красными воспаленными глазами, был одет в темно-синий костюм и, казалось, готовился тотчас же, несмотря на поздний час, заняться делами.