Линн Мессина - Дизайн мечты

Ник медленно кивнул, продолжая переключать радиостанции.

— Что ты собираешься делать с землей?

Я пожала плечами. Мне стало одиноко и грустно. Человеку всегда нужна мама, и с годами это желание не притупляется. Единственное, что меняется со временем, — наше отношение к такой потребности.

— Я собираюсь ею владеть, — ответила я. — Наслаждаться нечестивым актом обладания. Как для любого нью-йоркского обитателя бетонной ячейки — не пойми превратно, я люблю свою ячейку, — мысль о том, что я единолично и безраздельно владею клочком земли, кажется очень заманчивой. Может, я открою там колонию художников или построю бревенчатую хижину из собственноручно спиленных деревьев — понятия не имею. Теперь все возможно. Я землевладелица.

Машина впереди замедлила ход, и Ник включил поворотник, меняя полосу. Дорога оказалась на редкость свободной, мы ехали быстро, миновав уже двенадцатый съезд с шоссе. Еще столько же, и будет штат Делавэр.

— Перерыв на перекус, — объявила я, дотянувшись до сумки с припасами на заднем сиденье. — Итак, что желаете на завтрак? «Голдфиш», «Читос», картофельные чипсы или «Ореос»? Я начну с «Ореос», затем съем «Читос» и закончу хорошей стопкой картошечки.

— Как, а «Золотые рыбки»?

— Оставлю на ленч.

— Мы же вроде собирались остановиться на ленч на полдороге!

— Верно. Но я проголодаюсь задолго до этого.

— А где это?

— Что «это»?

— Половина дороги?

— Не знаю.

— Ты же обещала сказать мне, как только у нас будет карта!

— Забыла посмотреть, — созналась я.

— Ну посмотри сейчас.

— Ладно. — Я открыла бардачок. — А ты пока высматривай «Уолл-март» или «Таргет».

— Зачем? — Пальцы Ника по микрону поворачивали круглый регулятор настройки, из динамиков вырывались краткие отрывки музыки и разговоров, действуя на нервы.

— Нам нужна палатка. Какой кемпинг без палатки? Да, и еще. — Запустив руку в его почтальонскую сумку от Армани, я вытащила первый попавшийся компакт-диск. — На вот, поставь. Слышать не могу, как ты радио слушаешь.

Глава 5

На ленч мы остановились в Динвидди, штат Виргиния. Нику приглянулось кафе «Дрёма» на стоянке грузовиков, оказавшееся, впрочем, обычной придорожной забегаловкой, где подают истекающий жиром жареный картофель, нарезанный кольцами лук, пропитанный маслом до прозрачности, а недожаренные гамбургеры можно смело ставить в меню как бифштексы с кровью. Не такого стола требовала моя душа — где привычные нам, южанам, жареные зеленые помидоры, кукурузные оладьи и овсянка? — но все же то была добрая сытная пища, оставляющая едока с довольной улыбкой на округлившейся физиономии. Я показала Нику сразу оба больших пальца и не стала жаловаться, когда он не изменил своей привычке ловить невесть что в радиоэфире Динвидди. Даже при наличии любимого компакт-диска Нику все равно требовался разноголосый звуковой винегрет.

Мы вновь пустились в путь и ехали по I-85 почти час, когда впереди показался «Уолл-март», огромное приземистое безобразное сооружение. Расположившись на бескрайней бетонной равнине, словно выступ скальной породы в пустыне, строение казалось наглым оскорблением солнцу. Вот что бывает, когда практические соображения ставят во главу угла, а дизайн плетется в хвосте. Бункеры из шлакоблоков и коробки из гофрированной стали — все, что вы получите, если не умеете разумно сочетать полезность и практичность с красотой. К счастью, универсам не претендовал на новизну или шедевральность, оставаясь просто местом, где можно купить палатки и мебель из ДСП, и это до некоторой степени примирило меня с его внешним видом. В конце концов, нельзя же ожидать красоты везде, куда упадет наш взор. Глаза не могут все время сиять восхищением или растроганно увлажняться при виде безупречных линий и гениальной простоты чужих идей.

Войдя в магазин, Ник взял металлическую тележку. Он уже несколько часов переваривал мой план и успел накатать свой список покупок, куда не входили крекеры и палатки.

— Нам понадобится туалетная бумага, — сказал он, энергично шагая мимо книжных витрин. Бумажные товары имелись в изобилии, но не те, которые он искал. — Вернее, тебе понадобится туалетная бумага. Мужчины могут и листьями обойтись, — добавил он с самодовольной улыбкой. Иногда у Ника прорываются шовинистические заявления, связанные с биологическим превосходством. На этот раз я не стала заводиться, ядовито заметив:

— Надеюсь, ты не начнешь метить территорию?

— Нет, буду мочиться на деревья без всякой сверхзадачи.

Мы шли мимо ярко-красных помидоров, налитых початков кукурузы, яблок голден делишес, выглядевших в оправдание названия золотистыми и вкусными, — именно такие отделы делают маркет «супером».

Ник увидел, что я залюбовалась кукурузой, и протянул мне пластиковую корзину:

— Возьми несколько початков. И положи сладкого перца и грибов, раз уж подошла к овощам. Я пока поищу хот-доги, булочки и приправы.

Я приняла корзину, озадаченно глядя на Ника. Он явно собирался устроить барбекю.

— Ты хоть понимаешь, что участок абсолютно не освоенный? Там нет ни ямы для барбекю, ни угля!

Он вручил мне свой список:

— Пункт номер четыре.

Разумеется, куда же Ник без нумерации.

— Хибати-гриль[27].

— Номер пять.

— Уголь.

Он протянул руку, и я вернула лист.

— Теперь, не обсуждая более мой грандиозный план, отвечай: тебе к хот-догам горчицу?

Я кивнула и проводила взглядом Ника, катившего проволочную тележку.

Хотя в овощном отделе толпились покупатели с маленькими детьми, двигаться было легко. Внутренние помещения магазина оказались просторными, и планировка оставляла достаточно места разминуться тележкам. Я радовалась новизне, вспоминая «Кристедс» на Четвертой Западной улице — настоящий ночной кошмар из вгоняющих в клаустрофобию узеньких проходов и заветренных червивых фруктов, где разочарованные и раздосадованные покупатели с трудом прокладывают себе дорогу, кое-как протискиваясь и задевая друг друга несообразно большими пластмассовыми корзинами.

Набрав всяких овощей, я отправилась искать Ника, который стоял в отделе игрушек, с глубоким ужасом разглядывая витрину с настольными играми. При виде меня Ник улыбнулся почти с облегчением:

— Выбирай, «Монополия» или «Скраббл»?

— «Скраббл».

Ник бросил коробку в тележку и покатил дальше. Следующая остановка была напротив спальных мешков.

Примерно через час мы стояли в длинной очереди к кассам. В наших тележках было куда больше добра, чем палатка и фонарь. С набранной провизией можно было без проблем прожить в пустыне дней сорок.