Дороти Шелдон - Хищник и озорница

— Не уходи, — прошептала Дженнифер, когда Мартин поднялся.

Он вынул один пакетик и помахал им перед ее глазами.

— Ну разве я не предусмотрителен?

— А я разве того не стою?

Он опустился рядом с ней на мат и провел рукой между ее ногами.

— Ты достойна самого лучшего. И, по-моему, готова получить награду.

— Ничего не имею против. — Дженнифер широко раздвинула ноги и улыбнулась.

Мартин сделал глубокий вдох. За что мне такой невероятный подарок? — подумал он, совсем забыв, что подарок исчезнет с наступлением осени. Будущего не существовало, как не существовало вообще ничего, кроме обнаженной красавицы, лежащей рядом с ним на упругом гимнастическом мате.

— Согни колени.

Дженнифер послушно выполнила его просьбу, и Мартин, наклонившись над ней, коснулся головкой своего члена влажной горячей женской плоти.

— Мартин… пожалуйста… — простонала Дженнифер.

— Пожалуйста — что? — Он знал, чего хочет Дженнифер, но ему важно было услышать это от нее.

Она тихо вздохнула.

— Пожалуйста, возьми меня.

Она резко подалась ему навстречу и замерла, ощутив его в себе. Мартин медленно двинулся дальше, вбирая наслаждение сантиметр за сантиметром и вглядываясь в изумленно раскрытые глаза Дженнифер.

— Взять? Как? Вот так?

Мартин стиснул зубы, сдерживая бешеный ритм бьющейся в висках крови. Ему мешало больное плечо, он не мог наклониться над Дженнифер, не мог ощутить жар ее тела.

— Нет. Вот так. — Она обвила его ногами и приподняла бедра, открывая перед ним полный доступ в манящие глубины.

Мартин не заставил себя просить дважды. Дженнифер вскрикнула.

— Эй, ты в порядке?

— Это… восхитительно.

Глядя в сияющие, удивительно чистые глаза Дженнифер, в которых застыло восторженное удивление, Мартину ничего не оставалось, как поверить ей.

— Я уже забыла, как это бывает, — прошептала Дженнифер. — Нет, не забыла — со мной никогда не было ничего подобного.

Мартин хотел приподняться, но Дженнифер сильнее обхватила его талию ногами, не желая выпускать его из себя. Мартину ничего не оставалось, как снова податься вперед, и на этот раз проникновение получилось более быстрым, но глубоким. Дженнифер застонала, прикусив губу.

— Нам надо сменить позу… твое плечо… — выдохнула она, заметив, что Мартин поморщился.

— Думаю, с этим мы справимся.

То, что Дженнифер в такую минуту думает о его комфорте, приятно удивило Мартина. После развода его отношения с женщинами ограничивались сексом. Но Дженнифер не была обычной женщиной, и он понял это с первого взгляда. Сейчас она лишь подтвердила его правоту.

Они переменили позу. Мартин лег на спину, а Дженнифер устроилась сверху. Покачивая бедрами, она ждала, когда он будет готов принять ее.

Ждать пришлось недолго.

— Дженнифер! — выдохнул Мартин, когда она, почувствовав его готовность, резко опустилась.

Игры закончились. Теперь уже Дженнифер задавала ритм, поднималась и опускалась, принимая в себя Мартина, овладевая им, заставляя принимать ее правила. Мартин принял их без колебаний. Проникая в горячую влажную женскую плоть, слыша ее прерывистое дыхание, он кусал губы, чтобы сохранить контроль над собой, и дрожал от напряжения.

Они двигались синхронно, удивительно быстро поймав нужный обоим ритм. Дженнифер чувствовала, что вот-вот потеряет силы, а вместе с ними и способность воспринимать что-либо, кроме наслаждения, волны которого поднимались все выше и выше.

Она выкрикнула его имя и откинулась назад, и в этот момент Мартин, ощущая близкую кульминацию, в последний раз вошел в нее.

Такого оргазма не испытывали еще ни он, ни она. Дженнифер, обессиленная, лежала на Мартине и чувствовала, как дрожь продолжает сотрясать его еще не расслабившееся тело. Оба тяжело дышали и молчали, опустошенные и потрясенные.

Первой пришла в себя Дженнифер. С усталым вздохом она шевельнулась и, соскользнув на пол, положила голову на здоровое плечо Мартина. Он провел ладонью по пышным каштановым волосам Дженнифер и подумал, что, возможно, недооценил ее дух авантюризма. Заниматься любовью на полу? Вряд ли такое отнесешь к числу самых незабываемых приключений, а ему хотелось, чтобы с Дженнифер случилось именно такое.

— Нам, пожалуй, пора вставать, — с усмешкой сказал он. — Но мне понравилось когда ты была сверху.

Ее теплые губы прижались к его щеке.

— И, знаешь, я думал, что у тебя возникнет куча возражений, — продолжил Мартин.

— По поводу чего?

— Ну хотя бы по поводу отсутствия мебели…

Дженнифер рассмеялась.

— Главное, что здесь есть ты. Этого вполне достаточно. За один вечер ты дал мне так много…

— Много чего?

Мартину действительно хотелось это знать, ведь коротенькое слово «секс» не могло вместить значимость того, что произошло между ними.

Дженнифер вздохнула и придвинулась к нему поближе.

— Это же ясно. Знаешь, у меня никогда еще не было настоящего свидания с мужчиной.

Мартина удивило признание.

— Я думал, ты встречалась с другими мужчинами.

— Встречалась. Один или два раза. Иногда одиночество становится совершенно невыносимым. Но те встречи… Мне приходилось подстраиваться под рабочий график, времени не хватало, все происходило в спешке. В общем, лучше после этого не становилось. А сегодня ты устроил для меня настоящее свидание. Такое, о котором мечтает каждая женщина.

— Расщедрился на мороженое. Ничего особенного, — пробормотал Мартин, понимая, что дело совсем в другом.

Он много думал о том, куда повести Дженнифер. Ему хотелось, чтобы она запомнила это место, чтобы оно стало для нее чем-то памятным. Идею подсказал иллюстрированный репортаж в журнале. В самом посещении «Айскрим Парк» было что-то легкое, привольное, ненавязчивое и вместе с тем многозначительное.

— Все было особенным, — возразила Дженнифер. — И ты это знаешь. — Она приподнялась и посмотрела Мартину в глаза. — Ведь знаешь, да?

Конечно, он знал. И дело, черт возьми, не в так называемом свидании. Мартин знал, что такое любовь. Любовь, приведшая к браку с женщиной, которая предала его. Он знал, что такое случайные связи. Их у него было не так уж много, но Мартин понимал, чего они стоят. Произошедшее здесь, в этом зале, отличалось от всего того, что случалось с ним до сих пор. Будучи полицейским, Мартин не умел и не любил врать себе. Ни в том, что касалось личной жизни, ни в том, что относилось к профессии. Поэтому он понимал — сегодня они занимались не сексом, это была любовь.

Секс — всего лишь один из видов человеческих отношений. Любовь — это все отношения, сплетенные в один клубок.