Памела Робертс - Подвиг любви

— Деб, ты должна обратить на себя внимание, — строго сказала подруга. — Так не годится, милая. Ты должна есть..

— О, Анджи, — прошептала Дебби. Глаза ее тут же наполнились слезами. — Мне бы надо заботиться о тебе… у тебя сейчас такой ответственный период в жизни. А я…

— Ну-ну, Деб, малышка, успокойся. Я в полном порядке. Посмотри на меня. — Анджела повернулась боком, продемонстрировала ей свой упругий живот. — Вот видишь! Так что обо мне волноваться нечего. Мой парень в полном порядке.

Дебби слабо улыбнулась.

— Парень? Ты уверена?

— На все сто. Только мальчишка может так толкаться и пихаться. Вот-вот, гляди!

И действительно, Дебби заметила движение ее живота и снова улыбнулась. Ободренная успехом Анджела решила, что пришло время поговорить с ней о самом главном.

— Я вчера разговаривала с Юджином… — начала было она, но тут же замолчала.

Дебби подняла руку, словно защищаясь.

— Пожалуйста, прошу тебя, Анджи, не надо, — прошептала она. — Не говори мне о нем ничего.

— Но, Деб…

— Нет! — с такой мукой в голосе выкрикнула та, что Анджела немедленно отступила.

— Ну хорошо, только успокойся. Как скажешь.

Все. Молчу. Но ты должна есть хоть немного.

— Я никому ничего не должна, — ощетинилась Дебби.

— Ты этого не знаешь! — рявкнула потерявшая терпение Анджела. ;

— Брось, Анджи, — неожиданно ровным, хотя и полным горечи тоном ответила Дебби. — Я отлично поняла тебя. Нет, милая, даже этого утешения мне не отпущено. Хотя, полагаю, должна почитать себя счастливицей.

— Ты хочешь сказать… — Старшая подруга заглянула ей в глаза, пытаясь определить, правильно ли разобралась в ситуации.

— Именно. Я не беременна, если ты это имела в виду.

— О, Деб, я даже не знаю, что тут можно…

— Ты можешь поздравить меня с тем, что моя безответственность не имела дурных последствий, — все с той же горечью произнесла Дебби.

— Деб, послушай, я искренне желаю тебе только хорошего… — попыталась зайти с другого бока Анджела.

— В таком случае прекрати этот разговор. Мне и так тошно, поверь.

Анджела поняла, что продолжать, по крайней мере сейчас, бессмысленно.

Наверное, Юджин все же прав, ожидая, пока у него появятся какие-то результаты. Не похоже, что Дебби готова принять его с распростертыми объятиями.

Проклятое воспитание, мысленно выругалась она. Каким же надо быть прямолинейным, негибким человеком, чтобы не делать различия между относительно невинным обманом отчаянно влюбленного парня и грязной корыстной ложью?

Великий Боже, помоги ему! Сделай так, чтобы он нашел вора и реабилитировал себя в ее глазах! — молилась про себя Анджела. Юджин нравился ей, она прекрасно понимала, что лучшего мужа подруге не найти — верного, любящего, заботливого. И совестливого! Видела бы Деб, как он терзается из-за того, что натворил…

Несмотря на невеселые раздумья, Анджела все же преуспела в том, чтобы заставить Дебби немного поесть. Когда они вернулись на рабочие места, на ввалившихся щеках молодой женщины даже заиграл румянец.

Впрочем, длилось это недолго.

В половине четвертого возникло небольшое затишье. И Дебби воспользовалась им, чтобы в очередной раз проверить свою кассу. В последние дни это превратилось у нее в какую-то манию — постоянно пересчитывать деньги, сверяя их с поступлениями и выдачами.

— Анджи…

Анджела повернулась и тут же все поняла.

Потому что Дебби даже не побелела — она позеленела.

— Сколько? — шепнула она.

— Две восемьсот, — одними губами ответила Дебби.

— Сколько?! — почти закричала Анджела.

Несчастная молодая женщина только кивнула: мол, ты не ослышалась.

— В чем дело, молодые леди? — раздался сухой и скрипучий голос мисс Паркинс.

Дебби бросила на подругу быстрый взгляд и поняла — на сей раз путей к отступлению нет.

— У меня недостача, мисс Паркинс, — еле слышно призналась она.

— Что?! — Начальница посмотрела на нее, проверяя, действительно ли мисс Старк произнесла эти слова, и негромко сказала:

— Соберите все документы и деньги и немедленно пожалуйте в мой кабинет, мисс Старк.

Она окинула взглядом зал и удалилась в свою «крепость», не забыв, однако, зайти в кабинет менеджера.

— Не бойся, девочка, все будет в порядке, попыталась ободрить Анджела. — И обязательно расскажи о двух предыдущих случаях, слышишь? — Дебби только криво усмехнулась в ответ, заново лихорадочно пересчитывая деньги. Я клянусь тебе, все будет хорошо! — настойчиво повторила она. — Обязательно. Вот увидишь. Верь мне, Деб!

Та кивнула, поднялась с места и с видом агнца, ведомого на заклание, направилась в кабинет руководства. А Анджела, немного подумав, заперла свою кассу и бросилась на улицу к ближайшему телефону-автомату. Набрав номер, который за последнюю неделю выучила наизусть, торопливо произнесла:

— Юджин, это Анджела. Это случилось снова.

Две тысячи восемьсот. Деб сейчас у мисс Паркинс. Менеджер прошел туда же. Я велела ей рассказать и о предыдущих случаях. Поторопись. И она повесила трубку.

Анджела отсутствовала не более трех минут.

Усевшись на свое место, она стала с нетерпением ожидать возвращения подруги. Но тщетно.

Потом в банк начали прибывать незнакомые ей мужчины в деловых костюмах — явно представители головного офиса.

Дебби сидела, опустив голову, в более просторном кабинете мистера Бригса, куда все трое недавно перешли, и монотонно повторяла:

— Я не знаю, как это могло случиться. Я не брала этих денег. И не представляю, кто мог взять деньги из моей кассы.

— Это сделали вы, признайтесь! — в очередной раз ткнув в нее пальцем, заорала мисс Паркинс.

— Сделайте одолжение, мисс Паркинс, не повышайте голос в моем кабинете, — спокойно произнес мистер Бриге и обратился к Дебби:

— А вы, мисс Старк, пожалуйста, еще раз расскажите, как обнаружили исчезновение денежных средств. Особенно уделите внимание тому, почему решили подвести баланс в середине дня.

Дебби устало вздохнула и приступила к своему печальному повествованию в третий раз.

— Как я уже говорила, это произошло не впервые. Я не досчиталась ста долларов в кассе чуть больше двух месяцев назад… Это была последняя неделя работы миссис Марлоу. Среда или четверг… Нет, точно, среда. День был ничем не выдающийся, большинство клиентов приносили или снимали суммы в пределах пятидесяти долларов. Только один принес тогда восемьсот долларов, а еще одна дама — пятьсот. Помню еще пожилого господина, которому я выдала четыреста пятьдесят долларов. Тогда я подумала, что, наверное, обсчиталась. Поэтому никому ничего не сказала и внесла свои деньги. С тех пор я стала втрое внимательнее проверять и пересчитывать купюры. Но около двух недель назад, в тот день, когда попросила у вас, мистер Бриге, разрешения уйти пораньше, я обнаружила, что в кассе не хватает уже двухсот пятидесяти долларов. Я побоялась сказать об этом, потому что… потому что понимала, что меня в лучшем случае уволят, а в худшем… — Она махнула рукой. — В общем, я внесла и эти деньги, и потом…