Джейн Грин - Джемайма

Я уже и забыла, какое приятное это ощущение. Я уже не испытываю желания сметать все на своем пути. На завтрак съедаю маленькую тарелочку хлопьев. О сэндвичах с беконом вообще забыла! Запах жареного бекона все еще манит меня, но мне как-то удается не поддаваться искушению.

— Можешь представить, что меня показывают по тедевизору? — Бен уже витает в облаках, в мире телекамер и писем от фанаток. — Невероятно.

— Никогда не понимала тех, кто мечтает работать на телевидении, — я в изумлении смотрю на него. — По-моему, нет ничего хуже.

— Почему?

— Во-первых, можешь забыть о личной жизни. Куда бы ты ни пошел, все узнают тебя и просят автографы.

— Так это же здорово! — улыбается Бен.

— Во-вторых, — я закатываю глаза к потолку, — журналисты не дадут тебе покоя. Думаю, тебе не надо объяснять, сам знаешь. Как только ты попадаешь на телеэкран, становишься общественной фигурой. И отныне газеты имеют полное право копаться в твоем грязном белье.

— Хочешь сказать, что мне есть что скрывать?

— У всех есть секреты, — смотрю в потолок и думаю, что мне самое место на телевидении. Я, наверное, единственный человек во всем мире, у которого нет никаких секретов. Ни одного скелета в шкафу. — И потом, необязательно быть извращенцем или маньяком. Вспомни, сколько раз ты открывал воскресные таблоиды и видел, как чья-нибудь бывшая подружка или приятель раскрывают секреты бурной сексуальной жизни со звездой. Я бы с ума сошла, если бы про меня написали такое. Всякие странные леди Ди, которых ты встречал раз в жизни, поспешат поделиться опытом общения с тобой. Слетятся как мухи на мед.

— Об этом я не подумал, — отвечает Бен. — Мне кажется, никто из моих бывших на такое не способен.

— Ради денег люди на все готовы.

— Господи, да если кто-нибудь захочет предложить моим бывшим девушкам кучу денег, чтобы они рассказали о нашей сексуальной жизни, ради бога! Не думаю, что им удастся выяснить что-то интересное.

Я заливаюсь краской, можете поверить? Стоит Бену упомянуть о сексе или просто произнести слово «секс» и я краснею. Неважно, что совсем недавно мы сидели и вместе смотрели жесткое порно в Интернете.

— Ладно, — говорю я. — Такое обычно происходит если люди вдруг просыпаются знаменитыми без всякой на то причины. Не думаю, что пресса будет охотиться за журналистом Лондонского Дневного Телевидения.

— А за диктором Би-би-си?

— Ты что, хочешь стать диктором?

Бен изображает экстаз и стонет.

— Я бы продал душу дьяволу, чтобы попасть на Би-би-си.

Я поражена.

— Ты темная лошадка, никогда бы не подумала.

— Ты еще многого обо мне не знаешь, — игриво заявляет Бен и с аппетитом приступает к еде.

— Так-так, — щебечет Джеральдина, протискиваясь за наш столик. — Джемайма рассказывает тебе о своем новом бойфренде?

— Джеральдина!

Заткнись! Не хочу, чтобы Бен узнал о Брэде, хотя, с другой стороны, если он поймет, что другой мужчина находит меня привлекательной, может, начнет смотреть на меня в новом свете. Может, все рассказать?

— Что? — спрашивает Джеральдина.

— О каком бойфренде? — Бен в недоумении.

— О спасателе Малибу из Интернета.

— Нет, — отвечает Бен, — первый раз слышу. Не могу поверить. Джемайма Джонс, ты что, подцепила мужчину по Интернету?

— Не совсем. Я просто зашла в «Кафе Лос-Анджелес» и начала болтать и переписываться с этим парнем, Брэдом.

— Брэд! — смеется Бен. — Типичное американское имя.

— Брэд совершенно неотразим, бесподобен! Я точно говорю, — уверяет Джеральдина.

— Ты откуда знаешь? — спрашивает Бен.

— Он прислал фотографию, — отвечаю я и жалею, что мы вообще об этом заговорили. По мне, знакомиться по Интернету — все равно что отвечать на объявления в газете «Ищу спутника жизни».

— И, — торжествующе добавляет Джеральдина, хрустя капустным листком (без салатного соуса!), — сегодня после обеда она ему позвонит!

— Молодец, — рассеянно говорит Бен, смотрит на часы и подпрыгивает на месте.

Я тоже смотрю на часы и понимаю, что ему надо спешить, иначе опоздает на собеседование.

— Извините, девочки, — говорит он и встает из-за стола. — Нужно бежать.

— Удачи, — кричу ему вслед.

— Удачи? — Джеральдина непонимающе уставилась на меня. — Удачи в чем?

— О, он сегодня берет у кого-то интервью, — молодец, Джемайма, умница, что не проболталась.

— Когда ты собираешься позвонить спасателю Малибу?

— Не знаю, — драматично вздыхаю. — Это может плохо кончиться. Не уверена, что хочу лгать ему.

— Подумаешь, — говорит Джеральдина. — Что ты теряешь?

Она права. Я понимаю, что она права. Мы вместе поднимаемся наверх. Джеральдина рассказывает о своем новом кавалере по имени Саймон, инвестиционный банкир и ездит на великолепном мерседесе. Сегодня они идут в ресторан.

— Итак, — приказывает она, усевшись своим крошечным задом на мой стол. — Снимай трубку и звони

— Не могу, — с улыбкой произношу я.

— Джемайма! Звони!

— Нет, — я решительно качаю головой.

— Честное слово, ты меня поражаешь. Почему нет?

— Потому что… — я делаю драматическую паузу. — Потому что в Калифорнии сейчас шесть утра. Не думаю, что он будет в восторге.

— О, — отвечает Джеральдина. — В таком случае я вернусь сюда в пять часов и прослежу, чтобы ты ему позвонила. Договорились?

Я киваю головой.

И точно, в пять часов Джеральдина тут как тут — направляется к моему столу. Как будто будильник поставила.

— Хорошо, хорошо, — смеюсь я и поднимаю трубку. — Звоню, — набираю номер, совершенно не осознавая, что делаю. Смеюсь над Джеральдиной: она корчит мне гримасы и исчезает за дверью.

— Спортивный клуб «Би-Фит», — раздается в трубке голос с американским акцентом. — Доброе утро, чем могу помочь?

— Доброе утро, — отвечаю я и думаю: боже мой, что же я делаю? — Можно Брэда к телефону?

— Конечно, мэм. Кто его спрашивает?

— Это Джема… — останавливаюсь на полуслове. — Это Джей-Джей.

— Подождите, пожалуйста.

Я жду и уже вот-вот собираюсь повесить трубку, как кто-то подходит к телефону.

— Доброе утро, — произносит приятный женский голос. — Чем могу помочь?

— Здравствуйте. Можно поговорить с Брэдом?

— Кто его спрашивает?

— Это Джей-Джей.

— Минутку, пожалуйста.

— Алло? — низкий, сексуальный мужской голос с калифорнийским акцентом.

— Брэд? Это я. Джей-Джей.

— О боже, ты позвонила! Не могу поверить! Как хорошо что ты позвонила. Мне так приятно.

— Спасибо, — не знаю, что еще сказать.

— Я только что пришел на работу. Вот это сюрприз.

— У нас пять часов вечера, я как раз собираюсь домой.