Вкус музыки. Ванильный - Катарина Каррас

мне стало интересно – с кем, но потом сразу же нахлынуло безразличие.

Остаток месяца пролетел быстро. С Игорем мы виделись практически каждый день. В университете для публики я все еще встречалась с Мишей, которому пришлось все объяснить. Он выглядел очень шокированным, даже облокотился о стену коридора.

– Игнатова, ну ты даешь! – восхищенно протянул он. – Мне же никто не поверит, если я расскажу, что знаком с Никой. Дашь автографы? – Я утвердительно кивнула. – Где-то у меня был маркер, сейчас поищу.

Вдруг он стрельнул взглядом в сторону и увидел двух однокурсниц, пытающихся подслушать наш разговор. Осторожно взглядом указал на них мне, пытаясь не выдать себя.

– Мне нужно, чтобы ты взяла его в руку, оценила, удобно ли он лежит в ладони, – начал импровизировать он, нарочно говоря громче и обнимая меня. Я увидела, как глаза однокурсниц становятся круглее, а я еле сдерживала смех. – Он, кажется, немного не в рабочем состоянии, но я слышал, что если его кончик взять в рот и смочить слюной, то он снова будет в порядке на некоторое время. И мы как раз успеем сделать то, что планировали, в какой-нибудь аудитории за партой, чтобы тебе было удобно.

Одна из подслушивающих девушек покраснела и начала тянуть вторую за руку.

– Вам всем нужно от меня только одно, – трагично вздохнула я, вызывая его полуулыбку. – Да, если смочить его слюной, то он будет работать минут пять, может, десять, я всегда так делаю. Нам хватит столько времени?

Девушки поспешно ретировались, и, как только они исчезли из поля нашего зрения, мы расхохотались.

– Возьму я твой маркер, найди его только мне, и подпишу все, что надо, могу и без парты обойтись, привыкла уже, – смеялась я, вытирая слезы, и после перешла к серьезному разговору, уже не опасаясь быть подслушанной.

– Миш, суть в том, что… Нужно продолжать изображать парочку, потому что, если Игоря увидят на свидании сначала со мной, а потом с Никой, то могут быть проблемы.

– Сама же только что видела, что я в игре, – пожал он плечами. – В стенах универа толпы бегающих за мной девиц мне ни к чему. Да и девушки пока на примете нет, поэтому будем прикрывать друг друга. Кстати, познакомишь с вашей второй девчонкой?

– С Эллой? Да без проблем, хоть завтра. А в Китае так вообще поближе познакомитесь.

– В каком Китае?

– В общем, тут такое дело… – немного замялась я и быстро ввела его в курс последних событий.

Мишка просиял.

– За это я готов пожизненно быть твоим прикрытием в универе! Элла мне очень нравится, вся такая яркая и полная жизни. И сама знаешь, давно хотел поехать в Китай снова, а в такой компании просто грех не съездить.

– Звучит так, будто остальные девушки вокруг тебя являются исключительно зомби, Нестеров, – засмеялась я.

В день отлета у всех происходила суматоха. Обнаружились кое-какие неполадки с нашей техникой, которую заранее отправили в Китай, и нам пришлось в аэропорту делать заявку с помощью принимающей стороны на часть техники: пока долетим, все должны привезти и установить.

Оксана сильно нервничала перед столь долгим полетом. Вскоре Артем не выдержал и отвел ее в аэропортную «Шоколадницу», после которой она немного успокоилась. Миша и Элла общались, пытаясь найти общий язык, и насколько я могла судить, им это удавалось, судя по довольному виду Эллы и восхищенному взгляду Мишки.

Я листала соцсети, оповещая мирно сидевшего рядом Мэтта, иногда стрелявшего взглядом в сторону Эллы, о происходящих в мире новостях. Алекс и Макс о чем-то переговаривались, при этом Макс часто начинал барабанить по воздуху и Алекс кивал в ответ на это – возможно, они придумывали новый мотив песни.

На дисплее с новостями о Китае, которые я собиралась начать читать, выскочило оповещение о входящем сообщении.

Игорь:

Я буду скучать, принцесса. Возвращайся быстрее.

Наташа:

Я тоже буду скучать.

Глава 14

POV Игорь

Игорь готовился к переговорам с канадцами двое суток и в ночь перед этим практически не спал, выстраивая логическую цепочку убедительных аргументов к каждому пункту будущего договора.

От стука стеклянных дверей он поднял глаза и увидел перед собой Вику. Она присутствовала на протяжении всего процесса и не сводила с него взгляда, оставляющего неприятные липко-режущие следы на коже. Парень поморщился.

– Если ты не принесла кофе, то можешь проваливать, – произнес он, опуская взгляд на бумаги. Услышал ее смех и нахмурился.

– Ты такой властный, Король, мне нравится.

Он промолчал.

– Наигрался с ней – и хватит. Возвращайся ко мне, я соскучилась за месяц без тебя.

– Это не игры.

– Интересно, кого ты пытаешься обмануть: себя или меня?

Она села на стол и закинула на него ноги в туфлях, нарочно принимая соблазнительную позу. По ее мнению, соблазнительную: он же посмотрел на это с равнодушием в синем взгляде и тут же вернулся к бумагам.

– Как тебя учили этикету, если ты не знаешь, что сидеть на столе, а тем более закидывать ноги в обуви на него – это нарушение правил? – не глядя на нее, произнес он.

Она перестала томно улыбаться и спрыгнула со стола. Цокая каблуками по плитке, подошла к нему, наклонилась и раздраженно прошептала:

– Ты думаешь, что был святошей-мучеником со мной в отношениях? А как тебе то, что твоя драгоценная Ника, с которой ты носишься, обманывает тебя?

– Убирайся.

Мозгом брюнет понимал, что эта женщина скажет что угодно, чтобы повернуть ситуацию в свою пользу, но сердце затопила ярость.

– Что ты знаешь о ней настоящей? – словно издеваясь, продолжала Вика.

Узел в груди ослабел, и с языка чуть не сорвалось «больше, чем ты», но он сдержался. Видимо, она всего лишь хотела намекнуть на то, что Ника и Наташа – одно и то же лицо. Но как она узнала?

– Пошла отсюда, Романовская. Никогда больше не приходи ко мне с непроверенными фактами.

Королев знал ее как облупленную: после такого укола она выдаст то, о чем не хотела говорить. Однако ей удалось удивить его. Она скривила лицо, развернулась и ушла, в дверях бросая на прощание:

– Захочешь узнать – позвони.

Игорь ослабил галстук. Ложь. Везде ложь и попытки оболгать других людей. Вика поймала его на удочку: он понимал, что со стороны Наташи ничего нет, но обида и злость душили, пытаясь заставить совершить что-то опрометчивое. Он глубоко вздохнул: главное – успокоиться и не навредить отношениям