Принц криминальной империи - Екатерина Орлова

Как будто почувствовав, что происходит действительно нечто из ряда вон, молча вскакиваю с матраса и начинаю собираться. Переодеваюсь, даже не обращая внимание на присутствие в палатке Артура. А он бесконечно кому-то звонит.

— Понял. Хорошо. Мы будем без связи пару-тройку дней. Потом я вас сам наберу. Ладно. Договорились. С ней все хорошо. Я же обещал. До связи.

— Артур, что происходит? — спрашиваю дрожащим голосом.

Почему-то эта накаленная обстановка причиняет дискомфорт. Сразу вспоминается, как убили Илью. Я навсегда запомнила ту гнетущую атмосферу в доме, от которой до сих пор мурашки по коже.

— Сима, — произносит он и подходит ко мне. Берет за плечи и заглядывает в глаза. — Я знаю, что ты у меня девочка строптивая и своевольная, но сейчас время стать послушной. Сейчас внимательно. Ты сядешь на мой мотоцикл и терпеливо проедешь со мной туеву хучу километров максимум с парой остановок. Я знаю, что с непривычки будет очень тяжело, но ты выдержишь. И, пожалуйста, побудь хорошей девочкой эти несколько часов, пока мы не доберемся до места. От этого зависят наши жизни.

— Артур, что происходит? — повторяю свой вопрос дрожащим голосом.

— Все женщины вашей семьи с детьми сейчас за границей. Тебя туда отправлять опасно, поэтому я везу в то место, где нет ни связи, ни людей. Там будем только мы с тобой. Неподалеку останется охрана, но к нам они без острой необходимости не сунутся.

— А папа? — хриплым шепотом спрашиваю и чувствую, как на глаза наворачиваются слезы.

— Твой папа тоже в безопасности.

— Ты расскажешь, что случилось?

— Доедем до места и расскажу, малыш. Ты мне доверяешь?

Я молча киваю. Боюсь открыть рот, потому что могу начать плакать от страха и волнения.

— Умница, — ласково говорит Артур. — Я не подведу. Только слушайся и делай так, как я говорю.

Снова киваю. А Артур, подавшись вперед, нежно касается моих губ своими. Этот легкий, едва ощутимый поцелуй странным образом успокаивает.

Мы заканчиваем сборы за пару минут. Артур постоянно разговаривает по телефону, даже когда мы идем к байкерам. Прерывается на секунду, чтобы поговорить с их президентом, жмет ему руку и, взяв мою ладонь в свою, прижимает плечом трубку, продолжая разговаривать. Во второй руке у него седельная сумка.

Сев на мотоцикл, крепко прижимаюсь к Артуру и осматриваюсь. Я очень завидую тем беззаботным сонным людям, которые выползают из своих палаток, чтобы походкой зомби потащиться на рынок пить кофе, завтракать и обсуждать впечатления от первой концертной ночи. А еще адски сожалею, что завтра, когда будут выступать хедлайнеры фестиваля, я, скорее всего, буду уже далеко.

Мы медленно выкатываемся на дорогу и потихоньку добираемся до выезда с фестиваля. А потом, проехав по грунтовой дороге, буквально врываемся на трассу.

Дальше я теряю ход времени. Мне кажется, мы едем бесконечно, останавливаясь только пару раз, чтобы сходить в туалет, выпить воды, кофе и заправиться. Потом снова садимся на байк и мчим по трассе до самого вечера.

Когда диск солнца становится темнее и постепенно начинает снижаться, мы въезжаем в огромный лес. Настоящий, необлагороженный, дикий. Артур умело везет нас по невидимой дорожке между деревьев и кустов. Мы двигаемся все глубже в лес и все выше над уровнем моря, как будто взбираемся на какую-то гору.

Я никогда не была здесь. И, надо сказать, это место немного пугает. Только мое теперь уже безграничное доверие к Артуру заставляет прижиматься к нему сильнее и слепо верить в то, что он защитит меня, а не разделает на кусочки в какой-нибудь заброшенной хижине и не бросит мои останки на съедение диким животным.

Я вздрагиваю, когда Артур останавливает мотоцикл как раз возле такой хижины. Она не ветхая и покосившаяся, какой я ожидала ее увидеть. Вполне себе нормальный сруб, даже не старый. Но тишина оглушает, а уханье совы где-то в недрах густых зарослей деревьев наводит такой страх, что кожа покрывается мурашками.

— Слезай, — командует Артур, и я спускаюсь с подножки. После такой дальней дороги ноги адски дрожат. — Сейчас разместимся, и я оставлю тебя на полчаса. Надо встретиться с моими людьми, забрать провизию и убедиться, что территория под охраной.

— Не надо, — качаю головой. — Пожалуйста, не оставляй меня здесь одну.

— Сима, максимум, кто постучится в эту дверь, — белка или олень. Так что тебе бояться нечего. К тому же дом напичкан оружием. Как холодным, так и огнестрельным. Только меня не замочи, когда я вернусь.

Взяв меня за руку, Артур заводит в хижину. Она довольно скромная, но здесь есть все необходимое, включая большую кровать и даже кофемашину.

— Ванная, — говорит Артур, открывая одну из дверей. Я прямо залипаю, глядя на роскошную ванну на ножках. Аж скулы сводит, так сильно хочется погрузиться в нее. — Ты так смотришь, будто готова уже сейчас нырнуть туда. Горячая вода есть, — добавляет, проходя дальше и включая котел, висящий на стене. — Должна быстро нагреться. Можешь принять ванну, пока я буду отсутствовать. Только пены, боюсь, здесь нет. Но есть гель для душа и все необходимое, — говорит, показывая мне все средства для тела и полотенца, аккуратно сложенные на открытой полке у стены. — Я тебя запру. Никому не открывай. На столе в кухне оставлю волыну. Пойдем, покажу, как пользоваться.

Артур выводит меня на кухню, там открывает люк в полу и спускается вниз, а через пару секунд возвращается с двумя пистолетами. Один убирает себе за пояс сзади, а из второго высыпает на ладонь патроны. Засовывает магазин обратно и объясняет, как пользоваться этим видом пистолетов. Он терпеливо показывает и дает мне пощелкать без патронов.

— Завтра будем учиться стрелять. Но ты все равно должна иметь возможность себя защитить, пока меня не будет.

— Ты же вернешься? — спрашиваю его, ловя взгляд.

Артур возвращает патроны в магазин, ставит пистолет на предохранитель и, положив его на стол, берет меня за плечи.

— Я никогда не оставлю тебя, поняла? Нет нужды даже спрашивать об этом.

— Артур, скажи только одно… Кто-нибудь из моей семьи… То есть, кого-нибудь убили? Ты поэтому не хочешь рассказывать мне, что происходит?

Глава 32

Серафима

Артур рывком прижимает меня к себе и целует в макушку.

— Все живы, малыш. Я сказал тебе правду. И привыкай, что я всегда так буду поступать, даже если тебе не понравится то, что я могу сообщить.

— Ладно, — судорожно вздыхаю и обвиваю его талию руками.

Спустя минут десять звук мотоцикла Артура стихает между деревьев, а я направляюсь в