Честное врачебное - Лена Поллина

стакан наливаю и таблетку запиваю. После разговоров с мамой у меня почти всегда начинает болеть голова.

Вот кто делает лоботомию без петли. Просто мысленно сверлит мозг.

— Может такая тебе и нужна, а, Вадюш? Она-то точно кусаться не будет. Пойдет за тобой на поводке куда бы ты ее не повел и детей нарожает… - голос мамы отдается где-то в области сердца. То от неожиданности подпрыгивает и ударяется о ребра.

Я давлюсь водой.

Она сейчас что, серьезно?

— Мам…

— Да что мам… Устала я от концертов уже. Сделай так, что бы твои женщины не испортили тебе репутацию. Мне без разницы, кто будет твоей женой. Лишь бы ты был накормлен, в выглаженных рубашках и… счастлив.- Поднимается с дивана и направляется к двери.

— И знаешь что, сынок… Внешность очень обманчива. За этой толстой броней яркой роковой соблазнительности скрывается хрупкая девочка. Подумай, достаточно ли в тебе симпатии к Веронике? В противном случае ты рискуешь разбить ей сердце! Поверь, я знаю о чем говорю…

Мама выходит из кабинета громко цокая каблуками.

Устало падаю на диван и глаза закрываю.

Блядь! Я же только настроился на рабочий лад! Я целую неделю давил в себе все чувства к этой хорошенькой мажорке, а мама своим визитом вновь посеяла во мне зерно сомнения.

Не то, что бы я всегда и во всем слушал маму… Нет! Если бы я ее слушал, то не был бы женат на Олеське. Потому что у этих двоих не заладилось с самого начала. И то, что Леська стала часто звонить моей маме говорит только о об одном: у моей жены отчаяние. Она таким образом либо правда хочет прекратить все отношения, либо пытается склеить то, что мы с ней разбили.

Веронику я не смог вытравить. Это факт. Я это понял, когда увидел ее сегодня в приемке.

Думаю о ней постоянно.

Вот об Олеське почему-то не думаю, а об этой…

Жру себя за эти мысли. Мудаком чувствую…

Сегодня у нас с Никой операция в клинике назначена.

Ей еще не сообщал об этом. Потому что сам пока не принял окончательного решения. Хочу к минимуму свести наши встречи и общение.

Пытаюсь вырастить между нами стену суббординации.

Чувствую же, как сердце тарабанит, когда ее вижу.

Как у влюбленного подростка ведь, ей Богу…

— Вадим Андреевич, можно Вас отвлечь от важных мыслей. – в кабинет вплывает Вера и начинает кошачьим голосом ласкаться об мои уши.

Что-то нужно, по любому.

— Что хотела, Вер? – собираю растекшееся по дивану тело в приличную позу.

— Я слышала, что Вы собираетесь ехать на конференцию, хотела попроситься с Вами.

Вера смотрит на меня щенячьими глазами. А я пытаюсь понять, зачем ей это? Не думаю, что эта женщина наукой интересуется. Тут скорее другое… Хочет ехать со мной в одной машине два часа?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я зарегистрировал четверых, Вер. Конференция уже на днях. Поздновато ты с предложением.

— М-м-м….- расстроенно тянет Вера. – А… Женихова едет?

Так…Понятно….

— Женихова едет. Для нее все и затевалось. Думаю не стоит говорить чья эта идея, участвовать в конференции?

— Понятно. – раздраженно фыркает медсестра и идет к выходу.

Я внимательно наблюдаю за ее движениями.

— Вера! – устало потираю подбородок и слова взвешиваю. - У меня к тебе личная просьба будет.

Девушка поворачивается и растерянно смотрит на меня. Глаза ее начинают странно сиять, на губы улыбка ползет. И она туда же…

— Не задирай больше Веронику. Я же вижу, что ты ей даешь самую сложную и грязную работу. – смотрю на сотрудницу строго. Что бы понимала, что прощать такие выпады и закрывать глаза за явную несправедливость я больше не буду.

Вера глаза щурит. В них мелькает обида и…злость.

— Неужели все это правда? Вы с ней спите, да?

Поддаюсь слегка вперед и приколачиваю девушку взглядом.

— Вера, Вы забываетесь…

В кабинете повисает тяжелое молчание.

— Ты мне дорога, как сотрудник. Но покрывать твое самоуправство я не собираюсь! К Веронике должно быть такое же отношение, как ко всем практикантам. И больше никаких сплетен о наших с ней отношениях. Это больница, а не проект Дом-2. Здесь мусолить нечего. Мы не любовь строим, а жизни спасаем. Я понятно изъясняюсь?- бровью веду и серьезным взглядом по Вериному лицу пробегаюсь.

— Куда уж понятнее, Вадим Андреевич. – обиженно выплевывает, мысленно посылает меня и Веронику ко всем чертям и уходит громко хлопнув дверью.

Не думал, что можно перед начальником так характер показывать.

Видимо я слишком лояльный шеф, раз выслушиваю такие капризы.

К кабинету ползут голоса.

Встаю с дивана и щелкаю чайником. Выпью кофе, отпущу практикантов и…все-таки возьму Веронику на операцию. Надо уже закрыть этот вопрос. Это всего лишь очередная операция. Такая же, как все предыдущие. Только ассистировать мне будет не Соня, Вера или Марина, а моя мажорка…

Будет хорошая прокачка моего профессионализма.

Завариваю кофе и на диван сажусь. Практиканты рассаживаются по стульям, складывая возле меня свои дневники.

Начинаю, как всегда по порядку проверять сделанную работу. Скоро наконец-то это закончится…

— Вадим Андреевич, а можно вопрос? – раздается мальчишеский голос.

Я голову поднимаю и в фокус ловлю парня, который ждет от меня комментарий.

— Да. Слушаю Вас.

— Ну он это только… личный. - смущенно улыбается. -Что можно девушке подарить на день рождения? Ну так…знаете… Что бы она прям растаяла ну и… -шутливый смех парней, смущенное хихиканье девочек.

" Ну и дала"?

Я ухмыляюсь и головой качаю.

Пробегаюсь взглядом по практикантам и на пару секунд на Нике задерживаюсь.

Вижу, что она напряглась и… начала ревновать. Да, девочка моя, я ведь даже не представляю, что ты чувствуешь зная, что я чужой мужчина… По сути сейчас любой мой ответ ей будет слышать неприятно. А может даже больно.

Вероника глаза отпускает и на руки свои смотрит.

— Подари ей романтический вечер: укрась квартиру, атмосферу создай… Девчонки такое любят. И… обязательно оставь открытой дверь. - против воли улыбка на губах расползается. Я вновь на Нику смотрю.

Вероника глаза поднимает и ими прямо в сердце мое въедается… Вижу, как в ней чувства бурлят. И эти чувства до дури на мои похожи. Давлю улыбку и взгляд перемещаю на парня. Прости, кукла. Мне нужно лицо держать и больше не давать повода для слухов. Ника правильно отметила: если ее отец узнает- ей неплохо