Две жены моего мужа - Лия Султан

в ее губы и заставляю ответить мне. Хочу наказать ее за непослушание и предательство.

Глава 24

Зара

Он меня напрочь оглушил этим внезапным поцелуем, в котором было столько страсти вперемешку с болью, что грудную клетку распирает. И я уже не понимала, зачем отвечаю, зачем цепляюсь пальцами за рубашку и тяну его на себя, зачем чуть хнычу от нахлынувшего желания.

Два месяца и даже больше. Для кого-то так мало, а для меня целая вечность. Именно столько нам хватило, чтобы отдалиться и натянуть между нами колючую проволоку, которая теперь царапает в кровь.

Не прерывая поцелуй, он подталкивает меня к столу и как только я упираюсь в него бедрами, легко подхватывает и усаживает на него. И это моментально отрезвляет.

Я резко отстраняюсь от Карима и смотрю в его черные глаза. Он тяжело дышит и прижимается лбом к моему лбу. Я пытаюсь потушить рассыпавшиеся искры желания, но он не дает.

— Ее ты так же… — пресловутый глагол застревает в горле. — на столе? Как она и говорила?

— Нет, — он опускает веки и мажет носом по виску.

— Да, — рваный вздох выдает волнение. — Ты просто не помнишь.

Мои слова отрезвляют нас обоих. Магия внезапного поцелуя рассеивается и мы вновь оказываемся в реальности, где он и я — почти разведенные люди.

— Больше так не делай, — холодно произношу, спрыгиваю со стола и поправляю платье. — Нам вообще лучше больше не пересекаться.

Быстро иду к двери, но в паре шагов от нее слышу:

— И все-таки ты хотела этого также, как я.

Его ответ, как стрела, пущенная в спину, заставляет расправить плечи. Держась за ручку, оборачиваюсь и кидаю напоследок:

— Это ничего не меняет. Мы все равно разведемся.

Как же хорошо, что Аслан с Искандером уехали и не слышали нас. Врываюсь в свою комнату и сразу же иду в душ. Хочу смыть с себя его запах, следы, что он оставил на руках, волосах, бедрах. Стоя под прохладными струями, закрываю глаза и дотрагиваюсь пальцами до губ, на которых все еще горит поцелуй Карима. Я должна его ненавидеть, но вместо этого воображение рисует совсем другие, картинки, отчего внизу живота предательски печёт. Они такие смелые, яркие и будоражащие, что меня трясет. Хочется кричать, но вместо этого я скулю, как побитая собачонка, загнанная в угол. Внутри пожар, который даже вода не в силах потушить. И тогда, прислонившись к холодной плитке душевой, я решаюсь на отчаянный шаг, опускаю руку и делаю то, чего никогда прежде не делала…

Меня бросает то в жар, то в холод. Влажная кожа покрывается мурашками, коленки дрожат, как и все мое тело. А перед глазами…перед глазами он и я — мы вместе. Я все еще помню тепло его рук и вкус губ. Все восстанавливаю по памяти, закипаю, взлетаю, а потом на высоте взрываюсь, и рассыпаюсь на мелкие осколки, как Сверхновая.

Вот тут маленькое лирическое отступление. Саундтрек этого эпизода, прекрасно описывающий все чувства Зары — песня "Я еще тут" Евы Власовой.

***

— Сделала и сделала. Сбросила напряжение, — усмехается Индира и поправляет соскользнувшее с груди белое полотенце.

Подруга силком затащила меня в спа, заявив, что я скоро слечу с катушек и стану постоянным клиентом психолога. А лучше излить душу ей, а заодно очиститься от негативной энергии и на время забыть о проблемах и заботах.

И вот мы сидим с ней в финской сауне и секретничаем, пока не пришли посторонние. Дышать от жары становится тяжелее, тонкие струи текут по шее к ключице и я смахиваю их ладонью, а затем обеими разминаю плечи. Сейчас мне хорошо и относительно спокойно. Но знаю, что эффект кратковременный.

— Ага, а после этого хотелось волком выть, будто сделала что-то плохое. Так стыдно, — густо краснею.

— Правильная Зара ступила на кривую дорожку, — посмеялась Индира. — Не надо к этому относится как к чему–то постыдному.

— А ты так тоже делаешь…делала? — стесняясь, спрашиваю.

— Было дело. Но с целью лучше узнать свое тело и его возможности, — подруга расправила плечи и сдула непослушную прядь с лица. При этом все ее движения были настолько изящными и плавным, что я загляделась. — Как я тебе уже говорила, мой первый никогда не доводил меня до оргазма. Для него всегда было важнее его удовольствие, а то, что ты там чего-то не получила — извини, сама виновата. Он же мне потом так и говорил: “Лучше со шлюхой, чем с таким бревном, как ты”. После такого у меня совершенно отпало желание с ним спать и жить. И только два года назад, когда я уже отпустила прошлое, я решила вплотную заняться изучением своего тела. И знаешь что? Я научилась его любить.

— Но у тебя по-прежнему никого нет. А как же просто для здоровья?

— Я слишком сложный человек, чтобы спать с мужчиной для здоровья, — она запрокинула голову и заразительно засмеялась. — Хотя кому-то помогает.

В тусклом свете парной мелкие капли на ее бронзовой коже казались росинками. И мне стало грустно. что женщина такой красоты и ума много лет одна, и огромную пустоту в ее сердце никто не может заполнить.

— Ты прекрасный человек и где-то сейчас по Земле ходит мужчина, созданный специально для тебя. Просто вы еще не пересеклись, — пытаюсь воодушевить ее, а самой становится грустно от того, что мой любимый мужчина больше не мой.

Выйдя из парной, проходим на массаж, а оттуда в специальную зону, где можно посидеть и выпить чаю. На нас белые халаты и тапочки. Не знаю, как подруга, а я действительно отключилась от проблем на те два часа, что мы здесь.

— Зара, это ты? — слышу удивленный женский голос, поворачиваю голову и вижу Миру.

К нашему столику подходят две наши одноклассницы — тоже дочери богатых родителей и жены не менее состоятельных мужей. Мы с Индирой их терпеть не могли за заносчивость, но до сих пор вращаемся в одних кругах.

— О, там еще и Индира сидит. Наша сладкая парочка — вторит ей Данара.

Вижу, как подруга сначала напряглась, но быстро натянула на лицо притворную улыбку и посмотрела на них снизу вверх.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Как жизнь, девочки? — без особого интереса спросила подруга.

— У нас-то отлично. но мы слышали,