Каменная принцесса - Девни Перри

точно знал, как выглядит Дэшия Френч без единого лоскутка одежды.

Я был достаточно глуп, чтобы подумать, что актриса, которая сталкивается с таким же натиском СМИ, как и я, может на самом деле хотеть значимой связи. Убежища от внимания. Человека, который знал бы, как это утомительно — постоянно улыбаться и оценивать каждое движение. Правильно питаться. Тренироваться изо дня в день. Человека, который был бы рядом в перерыве, чтобы рассказать о своем дне.

Но Дэшия была слишком погружена в свою собственную жизнь, чтобы утруждать себя расспросами о чужой. Дэшия, мягко говоря, была гремучей змеей.

Она сфотографировала меня на следующий день после того, как мы переспали. Я был в постели, спал на спине, подложив руку под голову. Белое одеяло прикрывало мой пах и ногу, но все остальное было голой кожей и смятыми простынями.

Ленивое утро.

Такой была подпись Дэшии. Ее лицо было на одной стороне фотографии. Мое — на другой. Фотография стала вирусной, и я проснулся от пятнадцати сообщений от Лорелин, спрашивающей меня, почему я не потрудился сообщить ей, что у меня отношения с Дэшией. Менеджерам нужно было знать о таких вещах.

Я вызвал Дэшии такси и вышвырнул ее из своего дома. Ей было все равно. Она получила то, чего добивалась — спекуляции в таблоидах и приток подписчиков в социальных сетях.

Дэшия была последней актрисой, с которой я встречался. С тех пор на кинопремьеры я водил одну из своих сестер. Обычно это была Матин, потому что ей нравилось наряжаться больше, чем Астрид или Бекке. Если я хотел пригласить женщину на ужин, я приглашал свою мать. В моей постели уже несколько месяцев не было женщины.

Если бы это зависело от меня, Дэшию не выбрали бы для этого фильма, но Кэмерон подумал, что у нее есть талант для этой роли. Сожалел ли он о своем решении после сегодняшних репетиций?

— Я пытаюсь, Шоу. — Ее взгляд был устремлен в окно, пока я ехал по городу. — Я не знаю, чего он хочет.

Она старалась, и как бы мне ни было неприятно это признавать, у нее был талант. Кроме того, все равно было слишком поздно искать кого-то другого.

— У тебя получится, — сказал я. — Мы сделаем перерыв. Уедем на некоторое время, а затем перегруппируемся.

— Да, — пробормотала она, разговор был окончен.

Поездка в город прошла в тишине, потому что ни один из нас не хотел выяснять, чем занимался другой с тех пор, как мы виделись два года назад. Я мельком видел ее на церемонии вручения премии «Оскар» в прошлом году, но мы шли в противоположных направлениях, каждый был окружен людьми, так что мне не пришлось вести светскую беседу.

Я заехал в «Стокярдас» и припарковался, ухмыляясь, когда губы Дэшии скривились. Очевидно, она не слишком хорошо изучила Клифтон Фордж, потому что «Стокярдас» был типичным баром Монтаны и соответствовал остальному городу.

Он был простоватым, без всякой помпезности или лоска. На парковке пахло смазкой и дымом. Для нее, я уверен, это место выглядело… грязным. Ниже ее достоинства.

Но пока я не сидел на диете, мне захотелось съесть один из чертовски вкусных бургеров «Стокярдаса». Это стоило дополнительного часа в комнате для гостей, которую я превратил во временный тренажерный зал. И того, чтобы посмотреть, как Дэшия корчась, будет садиться на шаткий табурет, а затем обольется дезинфицирующим средством для рук, когда мы будем уходить.

Кэмерон познакомил нас с этим местом, когда мы вернулись, чтобы начать съемки, и с тех пор я был тут пять раз. Я даже купил здесь бургер Люку Розену после того, как мы встретились за пивом в «Бетси» в прошлую пятницу.

— Сюда? — спросила Дэшия, сглотнув, пока мы шли к двери.

— Все не так плохо. Просто расслабься и наслаждайся перерывом.

Она нахмурилась, когда я придержал для нее дверь, убедившись, что не прикасаюсь к ней, когда она проскальзывала внутрь.

— Я расслаблена.

— Конечно, — невозмутимо ответил я.

Внутри ресторана было темно, и моим глазам потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть. Когда это произошло, я оглядел столики в поисках пустого.

Вместо этого они остановились на белокурых волосах, и мое сердце екнуло.

Пресли сидела за барной стойкой. Она увидела меня в отражении зеркала за бутылками с ликером, и ее спина выпрямилась.

Она была одна.

Медленная улыбка расползлась по моему лицу. Она растягивалась все шире и шире, когда она не отвела взгляда, а ее губы тронула собственная улыбка.

Потерявшись в этих голубых глазах, я не заметил, что Дэшия переводит взгляд с меня на нее, пока ее рука не скользнула в мою, и она не встала на цыпочки, чтобы укусить меня за ухо.

Дэшия действительно была стервой.

Глава 10

Пресли

— Зачем я вообще послушалась Лео?

Я отвела взгляд от зеркала и уставилась на салфетку на барной стойке. Было уже слишком поздно отменять мой заказ? В животе заурчало, но чизбургер больше не казался хорошей идеей. Я все равно не хотела быть здесь одна, особенно если Шоу был здесь с Дэшией — черт возьми, она симпатичная — Френч.

Почему мне было больно видеть их вместе? Конечно, он был с кинозвездой. Он был кинозвездой. А я все время это забывала.

В последнее время он стал просто… Шоу. Моим порочно сексуальным, кокетливым соседом.

Дэшия была сногсшибательна. Ее длинные светлые волосы были блестящими и густыми. На самом деле они были похожи на волосы, которые когда-то были у меня. Хотя она была высокой, и грудь у нее была больше моего второго размера. Стоя рядом с Шоу, прижавшись губами к его уху, они выглядели идеальной парой.

Я подняла руку, чтобы привлечь внимание барменши, которая разговаривала с другим клиентом.

— Могу я забрать свой заказ?

Она улыбнулась.

— Конечно, милая.

Мне следовало просто пойти домой после работы, но слова Лео, сказанные этим утром, крутились у меня в голове весь день.

Не прячься от мира, Прес. Не позволяй Джеремае победить.

Я не думала, что прячусь, но Лео высказал несколько хороших замечаний. Раньше я чаще бывала на улице, была на виду в городе. Мне нравилось по субботам утром выпить кофе в кофейне и побродить по центру, особенно летом. Но после неудавшейся свадьбы я и шагу не ступала в центр города, разве что заезжала в банк и вносила депозит для гаража.

Я была унижена и прятала свое разбитое сердце дома, как моя мать делала со своими черно-синими синяками.

Я отказывалась становиться