Sos! Мой босс кровосос! - Наталья Юнина

— Вы тоже это чувствуете? — наконец отрывает взгляд от пола. — Странно, а я думала, что человек не чувствует на себе запах парфюма. После того, как вы вошли, так сразу стало… подванивать клопами.

Усмехаюсь в голос, смотря на то, как Снежана стягивает перчатки.

— Никогда бы ни подумал, что это скажу, но я по тебе соскучился. Кстати, на вкус твой борщ такой же ужасный, как и на запах?

— А вы никогда не хотели перестать быть кровопийцей?

— Кровопийцей?

— Вампиром. Как хотите называйте. Вы питаетесь энергией другого человека. Вам нравится всех злить и задевать. Но это же ненормально. Правильно Таня сказала, вы несчастливый человек, — не скрывая улыбки выдает Снежана, заправляя выбившуюся прядь волос. Права ли она? На все сто.

— Сказала донельзя «счастливая» девочка с поломанной психикой. Наливай нам свой вонючий борщ, я есть хочу.

Ясельная группа. Мальчик Даня дергает за косички девочку Снежану и ждет пока ему прилетит ответочка. Не прилетает. Девочка наливает борщ, не плюя в него. Мальчик опечален и молча принимается есть. Я был совершенно не голоден. Ляпнул про борщ, к слову. А теперь наяриваю его со сметаной, борясь с тем, чтобы все тут не закапать соплями. Сука, так вкусно, что не могу придумать, какую же гадость ляпнуть после того, как опустеет тарелка.

И не придумываю. Снежана из-за маленькой порции заканчивает раньше меня и встает из-за стола. Принимается наливать из канистры воду в рукомойник. Только сейчас понимаю, что всего этого не было. Трубы здесь провести за такой срок не могли, да и не было такого указа. Но рукастый Влад, а в том, что это он, я не сомневаюсь, установил раковину, чтобы золушке было комфортнее мыть посуду. Куда сливается вода? Ответ я получаю сразу же, как только Снежана отрывает дверцу шкафчика и достает оттуда почти полное ведро.

А что Владика не позовешь вынести? Все сама? Смотри не надорвись. Провожаю взглядом Снежану и понимаю, что все пошло не плану. Хотя у меня и плана никакого не было. На черта я вообще взял ее на работу?

Выхожу на улицу, когда понимаю, что девчонка и не думает ко мне возвращаться. Только сейчас понимаю, что и здесь они тоже навели порядок. Даже старая ржавая ванна приобрела совершенно иной вид. Она зачем-то наполнена водой, а рядом с ней стоят два горшка с цветами. Кажется, кто-то хочет сделать из этого украшения двора.

И в этот момент во мне просыпается, находящаяся в вечно сонном состоянии совесть. Что-то слишком часто она просыпается, когда рядом находится Снежана.

— Иди переодевайся. Надевай купальник или паранджу. В общем то, в чем ты там собралась купаться.

— Что? — что что, ебанутый я, вот что. Судя по выражению лица, Снежана не ожидала от меня услышать предложение надеть купальник.

— Мы идем к морю. Ты же этого хотела.

— А одной нельзя?

— Нельзя.

Надо отдать должное этой девчонке, собирается она не как типичная баба. Появляется через минут десять в черном платье чуть ниже колена. Платье — это уже хорошо. Несмотря на то, что оно ей свободное, не облегает фигуру и траурного цвета — ей идет. В руке большой пакет.

— Это еще что?

— Плед, полотенце, одежда для переодевания, вода и еда. Я же там останусь после того, как вы уйдете. Можно? Пожалуйста. Скоро похолодает и море остынет.

Я же там останусь после того, как вы уйдете. Хер ты там останешься одна.

— Пойдем, — забираю у нее пакет и, не смотря на девчонку направляюсь в сторону моря.

И только когда со мной равняется один из охранников, до меня доходит.

— Не надо. Оставайтесь здесь. Отдыхайте. Снежана, мать твою, шевели ногами.

Энтузиазма у девочки поубавилось, когда мы доходим до спуска с горы. Вид здесь открывается потрясающий, но Снежана этому не рада, когда понимает, что с горочки придется не только спускаться, но и подниматься. От чего-то меня это веселит.

— Что ты об этом думаешь?

— Вы собираетесь открывать здесь отель для желающих похудеть?

— Поясни.

— Ну а что тут пояснять? Чтобы спуститься, а потом подняться на эту гору, я потрачу этак… тысячу калорий. Спасибо, конечно, на мне так джинсы старые сойдутся, но людей предупреждать надо. Они-то к такому аттракциону не готовились. Вангую, ваш отель прогорит. Тупанули вы, Даниил Леонидович, когда решились его здесь построить.

— Забавная ты, Снежана. За такие виды будут еще и приплачивать. Никто не будет подниматься ножками кроме нас с тобой и еще парочки ненормальных. И то, только сейчас. Здесь будет установлен маленький мост, ведущий к лифту. И все желающие будут попадать на море через него.

— Лифт на улице?

— Да.

— Ну-ну. Спасибо, что проводили, — тянет руку к пакету.

— Чеши давай.

Подталкиваю ее к спуску. И всю горку только и делаю, что занимаюсь гаданием того, какой на ней купальник. Девяносто девять процентов — слитный. Какого-нибудь бабкинского кроя и непременно с цветами. А может, она вообще будет купаться в этом платье? Вероятнее всего, учитывая, что я не намерен уходить.

Впервые вижу у Ирискиной такое дебильное счастливое выражение лица, стоит только оказаться на пляже. Видать и вправду любит море, чего не скажешь обо мне. Ненавижу.

Хотя, кого я обманываю? Причем тут море, если источник дерьма всегда человек. Человек… нет, уж слишком громкое слово для этой твари. Сколько ж должно пройти времени, чтобы отпустить это все?

— Отдайте, пожалуйста, пакет, — только спустя несколько секунд до меня доходит, что я стою как вкопанный и не отдаю ей ее же вещи.

— Извини, задумался.

Молча наблюдаю за тем, как Снежана расстилает покрывало и достаёт вещи. А затем выжидающе смотрит на меня.

— Спасибо, что проводили. Сколько у меня есть времени?

— Столько, сколько я скажу. И я не нанимался тебя провожать, — стягиваю с себя футболку, дабы было понятнее и усаживаюсь на плед. — Ты, кажется, купаться хотела. Ну так вперед и с песней.