Ты мой кошмар - Милана Стоун

уверенно, снимая обувь, и указывает рукой на кухню. – Я знал, что ты специально не подготовишься, поэтому сказал, что мы немного опоздаем.

Грачёв ведёт себя так, словно находится у себя дома, идёт в ванную, моет руки и заходит на кухню, когда я уже поставила на плиту чайник.

Ну, мы точно, как парочка влюблённых.

Глава 30

– Милая у тебя пижамка, – слышу я за своей спиной и вздрагиваю, когда чувствую, что Грачев дергает за край шортиков.

– Спасибо, – хриплю я, немного смущенная его поведением.

– Ты спишь в ней или любишь быть в постели голышом?

Поворачиваю голову и кидаю на парня уничтожающе-предупреждающий взгляд. Отвечать на такие откровенные вопросы и подыгрывать этому подлецу я не собираюсь, хотя очень хочется съязвить, но я лишь показываю язык.

Это по-детски, знаю, но зато он начинает улыбаться и сразу отходит, словно такой реакции и ожидал.

И что это сейчас такое было, он заигрывает со мной?

Как только чайник вскипает, я игнорирую его слова о том, что он хочет именно зелёный чай и делаю ему крепкий кофе, ставя кружку на стол.

– Вот, держи, как ты и просил, – победоносно улыбаюсь. – Приятного чаепития.

Складываю руки на груди в ожидании его возмущений или же колких фразочек, но парень молча делает глоток и поднимает уголок губ, при этом озорно мне подмигивая.

– Спасибо, мой ангелочек, люблю непослушных девочек, – говорит томно, от чего мое сердце бьется чаще, а ладони потеют. – Особенно люблю их наказывать.

Вот же гад! От его флирта у меня в момент краснеют щеки, а те участки кожи, что не покрыты из-за его взгляда, начинают гореть.

У него точно хорошее настроение, что немного меня нервирует и настораживает. Ох, что-то здесь не чисто.

Я, не зная, что ему ответить, подхожу привычно к окну и пристально рассматриваю двор несколько минут. В последнее время постоянно это делаю, после того, как бывший подловил меня у подъезда. Меня тогда словно в прошлое унесло, когда он делал это постоянно и ничего его не останавливало.

Я в последний раз сильно испугалась и не знаю как решилась бы эта ситуация, если бы не Грачёв. Он в буквальном смысле меня спас, однако, зная Артёма это ещё не конец истории. Раньше у меня не было защитника, но теперь я в нем нуждаюсь, но что потребует Макар взамен? Люди всегда просят оплату.

Отхожу от окна и через минуту подхожу к нему снова, потому что мне показалось, что вдали я все же видела машину бывшего.

А, нет, показалось. А может, и да…

Начинаю покусывать большой палец, расхаживая по кухне от стенки к стенке, совершенно позабыв, что нахожусь не одна.

– Ты нервничаешь, – подмечает Макар, отрывая меня от важного дела.

Черт, как он это понял?

– Нет, – очевидно, что вру.

Останавливаю свои метания и встаю напротив парня, облокотившись о столешницу, но его пристальный взгляд начинает меня снова смущать. Он так меня разглядывает, с таким нескрываемым интересом, словно я экспонат в музее или же забавная зверушка.

– Ты все еще переживаешь, что Артём будет продолжать тебя преследовать, я правильно понял? Ты же его машину высматриваешь в окно?

Неужели я настолько предсказуема? Вот как Грачёв это все понял?

Смысла врать я не вижу и решаю все же сказать ему правду.

– Да. Я переживаю. Его не остановило твоё предупреждение и думаю не остановит драка.

Переживаю, потому что уже была в подобной ситуации, Артём не отлипнет так просто, он будет добивать меня, пока я не сдамся, не отреагирую, как ему нужно, или в худшем случае не приму его обратно. Ужас.

Я погружаюсь в мысли и не сразу замечаю того, что Макар встал с своего места и подошёл вплотную. Поднимаю голову и смотрю в его пронзительные карие глаза и по телу пробегает холодок. Он словно в душу смотрит, читает меня, как открытую книгу, а я вот совершенно не понимаю о чем он думает, парень слишком непредсказуем для меня.

Мне бы стоило его бояться, потому что он, если ему продолжать отказывать, может действовать куда более изощреннее, есть такое предчувствие, что играть с ним опасно, а я уже попалась в его ловушку.

Бывший – ничто по сравнению с тем, что может сделать Макар, в этом я ещё могу убедиться, если продолжу с ним общение.

Я делаю шаг в бок и он тоже его делает, не давая мне возможности сбежать.

Меня не покидает стойкое ощущение, что из-за Артёма я впустила в свою жизнь настоящего хищника, который ведёт свою охоту. Макар может меня защитить, но плата будет слишком высока.

Карина, не связывайся с ним… – нашёптывает мне внутренний голос и мне бы стоило к нему прислушаться.

– В таком случае, я предлагаю тебе взаимовыгодную сделку, – говорит парень, загнав меня в угол, от него у меня мурашки по всему телу.

Я примерно понимаю о какой сделке он говорит, знаю же, что он от меня хочет. Сделать очередной девушкой для своих развлечений, которая будет смотреть ему в рот с восхищением и абсолютным обожанием. Я на такое не согласна.

– Мне не нужна твоя помощь, – лепечу я, пытаясь его обойти. Бесполезно. – С бывшим парнем я справлюсь самостоятельно.

Ага, уже справилась. Сама же позвонила Грачеву, чтобы он разобрался. Я же на самом деле та ещё трусиха, я и сейчас боюсь.

– Любой красивой девушке нужен защитник, – отвечает самодовольно, закрывая все пути отхода. Я в западне. – А этот ублюдок тебя домогается, я быстро поставлю его на место, а ты отблагодаришь меня за спасение.

Сглатываю вязкую слюну, а сердце начинает биться чаще, потому что я его боюсь куда сильнее, чем бывшего. Его и своих новых чувств. Это все слишком опасно.

– Как? – тем не менее, спрашиваю, одурманенная его близостью.

– Как любящая, покорная девушка, естественно, – ухмыляется, протягивая руку, чтобы взять меня за шею и притянуть к себе, чтобы прошептать в губы: – Я не такой холодный и бездушный, как ты думаешь.

О, Боже мой. Остановите кто-нибудь это безумие. И почему я ведусь на каждое его слово и прикосновение? Мое тело становится ватным и я хватаюсь руками за его плечи, осознавая, что я хочу его защиты, его поцелуев, страсти, хочу, чтобы он был моим, но этому не бывать.

Я простая, скромная девушка со своими страхами и сомнениями, а он подобен богу, таких, как Грачёв, я никогда не встречала. С ним единственным мне одновременно комфортно и страшно, он