Будь со мной нежным - Кира Фарди

Макар, — Седых высунула голову, — а в отеле есть услуга по выгулу собак?

— Точно! Ай момент.

Набираю номер администратора и за дополнительную плату решаю вопрос с бедным корги. Сотрудник отел появляется одновременно с доставщиком. Мы выпроваживаем Сэми и наконец одеваемся.

Уля отлично выглядит в узких темных брючках от бренда «Грандэ» и водолазке в тон. Ее светлые глаза темнеют и становятся стального оттенка. В радужке мелькают серебристые искорки — это луч света, падающий из окна так преломляется.

«Или ты, идиот-романтик, так видишь», — язвит внутренний голос.

Уля берет в руки короткое, горчичного цвета пальто, надевает на себя, подвязывается широким поясом и поворачивается ко мне.

— Я готова.

— Предлагаешь поехать сначала к тебе на работу, потом ко мне? — я смотрю внимательно, отчего-то кажется, что в голове Седых зреет подвох.

— Да. Коллеги, конечно, удивятся.

— Ну, скажем, что решали вопрос с иском, потом я тебя подвез.

— Не прокатит. Я же напишу заявление на отпуск, а ты будешь ждать меня. Сразу возникнул подозрения. У Мишки — точно.

— А ты их развеешь, когда пойдем вечером в кино.

— Кого с собой позовешь?

— Придется Алекса, если ангел не появится до того времени.

— Договорились.

Мы вызываем такси и едем сначала ко мне домой. В машине, не сговариваясь, садимся сзади плечо к плечу. Откуда-то появляется поганое чувство, что, если Ули не будет рядом, я сгину, пропаду, умру. Чтобы избавиться от дурных мыслей, звоню в управляющую компанию и назначаю встречу с мастерами. Провести ночь — две в отеле — это одно, а остаться там надолго — совершенно другое. Нужен свой уютный уголок.

На свой поднимаюсь с трудом. Едва ноги переставляю, чувствую, как внутри все превращается в кисель и колышется, вызывая тошноту. В лифте прислоняюсь к стенке и закрываю глаза.

— Тебе плохо? — Уля трогает меня за локоть.

— Справлюсь.

Не справляюсь.

В квартире отвратительно пахнет гарью. Дыхание мгновенно перекрывается, нет ни вдоха, ни выдоха, начинаю судорожно открывать рот и выдавливаю из себя.

— Прости, я не могу.

Несусь по ступеням вниз, начисто забыв о лифте. Выбегаю во двор, и только тут прихожу в себя. Накланяюсь, стучу себя по груди, и словно открываю некие ворота: поток воздуха льется в легкие, наполняет их живительным кислородом. Несколько минут стою, наслаждаясь простым действием — дыханием.

Немного приходу в себя, открываю джип, сижу в ожидании, пока Ульяна закончит формальности с управляющей компанией, и вдруг ни с того ни с сего чувствую тревогу. Она набрасывается на меня, словно голодный зверь, терзает сердце и голову. Я выскакиваю из машины и галопом несусь к дому.

«Что происходит? Что со мной?» — в панике думаю я и не нахожу ответа.

Не успеваю добежать до подъезда, как оттуда пулей вылетает Седых. Она на миг замирает, заметив меня, а потом срывается с крыльца и бросается ко мне в объятия. Мы стоим, не шевелясь, оба перевариваем то, что случилось. Я хочу отодвинуть Улю, но она только крепче вцепляется в мои плечи.

— Что с тобой? — наконец выдыхаю я, хотя сердце бешено скачет, как сумасшедшая белка.

— Не знаю, — Уля по-прежнему не отодвигается. — Просто без тебя так страшно стало, так пусто, будто из меня душу вынули.

— Дьявол! И где этот Пайель болтается? — вырывается у меня. — Представляешь, я почувствовала то же самое.

Беру Седых за прохладную ладошку и тащу в скверик у дома. Там управляющая компания устроила уютный уголок для жителей: клумбы, детскую площадку, скамеечки под тенистыми кустами.

Вот к одной из них и подвожу Седых. Мы садимся, не отпуская друг друга, потом одновременно поворачивается и смотрим в глаза, не отрываясь.

— Что делать будем? — тихо спрашивает Уля. — Какое-то поганое ощущение, что, если тебя не будет рядом, я умру.

Я распахиваю глаза. Удивительно, мои чувства точь-в-точь, те ми же словами. Мы одно целое теперь, что ли? Идея, которая с утра крутится в голове, сейчас заслоняет все остальные вопросы и мысли и рвется наружу.

— Слышала термин «родственная душа? — начинаю издалека — Подобно близнецам, вышедшим из одной утробы, влюбленные узнают друг друга в момент встречи. Мне было интересно, каково это встретить свою родственную душу.

— Ну, ты и загнул! Какая еще родственная душа? — улыбается краешками подергивающихся губ Ульяна.

— То это или не то, но… придется принять решение, — отвечаю ей.

— Какое?

— Давай поженимся…

Глава 25. Давай, поженимся!

У меня и челюсть отвисает от слов Макара. Сначала даже кажется, что ослышалась, настолько неожиданным и необычным было предложение.

Нет, я, конечно, чувствую, что не могу без него, но совершенно не потому, что за эти дни влюбилась, как кошка. Меня тянет к нему, но причина, видимо, в другом, в проклятии, которое наложила на нас небесная канцелярия, будь она неладна!

— Погоди, ты о чем? — отталкиваю его и отпрыгиваю подальше.

Теперь мы стоим в нескольких шагах друг от друга. Расстояние вполне близкое, чтобы не чувствовать этой леденящей пустоты, которая появилась, когда я осталась одна в его квартире.

— Я предлагаю пожениться. Фиктивно. Сама посуди, мы не можем быть раздельно даже десять минут, и так придется жить почти три месяца. Как скрываться от родных и знакомых столько времени?

— Н-не знаю, — заикаюсь я.

— Вот видишь. А брак будет логичным объяснением всему происходящему.

— Но мои родные сразу потребуют свадьбу.

— У меня тоже возникнет бунт на корабле, батя хочет свести меня с дочерью партнера, убить, так сказать, двух зайцев: и сына остепенить, и бизнес укрепить. Распишемся по-тихому и все покажем свидетельства.

— Но мы знакомы без году неделя.

В голове по-прежнему не укладывается предложение Макара, мысли скачут, как испуганные воробьи, при виде кошки.

— Любовь с первого взгляда, — усмехается мажор. — Мне твои яблочки сразу понравились.

— Издеваешься? — показываю ему кулак. — Кто поверит, что в современном мире такое возможно?

— Ну, три месяца продержимся.

— А жить, где будем? — чувствую, что начинаю сдаваться.

Первая шоковая реакция начинает уступать место разуму.

— Я все равно не смогу оставаться в своей квартире, даже после ремонта. Организм просто сходит с ума. Предлагаю купить новое жилье.

— В Москве? Спятил? Здесь такие бешеные цены!

— Хорошо,