Моё солнечное наваждение - Наталия Романова

светской львицы ковырялась в несчастных мидиях. А про Аню даже подумать нечего. Девчонка и девчонка, тихая какая-то, домашняя, сразу видно — хорошая, правильная.

И, конечно, Ярина. Его солнечное наваждение. Тепловой удар среди хмурой осени.

— Нам пора. — Иришка обратилась к Лане-Светлане, бросила выразительный взгляд на телефон.

— Пото-о-о-ом, — протянула в ответ смесь лягушонка с роковой красоткой, не забыв сложить пухленькие губы буквой «о».

— С ума сошла?! Глеб Сергеевич ждать не станет. Вылетишь!

— Прям, — абсолютно не по-светски кинула Лана-Светлана, небрежно взмахивая пухленькой ладошкой с короткими, толстенькими пальцами.

— Пойдём, — подорвалась Иришка, дергая подругу за рукав.

Пришлось той встать, со старанием детсадовца изобразить барскую вальяжность и всё-таки покинуть помещение, бросив на прощание красноречивый взгляд на Германа. Мол, смотри, кого упускаешь. Умница, красавица, в мидиях разбирается. Представительница высшего света из поселения «Верхняя Пентюховка».

Испанский стыд! Поймёт ли когда-нибудь это недоразумение, насколько нелепо, глупо, даже пошло выглядит в глазах тридцатитрёхлетнего мужика, что повидал в своей жизни и постели таких красавиц, от которых захватывало дух не у одной сотни представителей сильной половины человечества.

— А вам к Глебу Сергеевичу не нужно? — обратился Герман к оставшимся подружкам, когда Иришка и роковая соблазнительница из Пентюховки скрылись за дверями.

— Мы сразу сдали коллоквиум, — отозвалась Аня.

— Это ты сразу, — вставила Ярина.

— Подумаешь, ты со второго раза. В тот же день, значит сразу, — подбодрила Аня Ярину.

Герман знал, учёба Ярине даётся с трудом. В элитной школе было углублённое изучение любых предметов, которые пожелает учащийся. Хоть цугару-бэн**. Ярина в своё время выбрала биологию, химию, математику — это позволило поступить на бюджет, предметы ведь не становились от этого легче. Откровенно говоря, для Германа оставалось непонятным направление, выбранное Яриной. Просто любовь к животным, или за её решением что-то стоит?

Ярина выскочила «попудрить носик», Герман невольно напрягся: в памяти были живы воспоминая об инциденте с Елисеем, чтоб ему пусто было, Царевичем. Была бы воля Германа, запер бы Ярину дома, а для верности поставил бы пару охранников у каждой двери. Только девочке нужно взрослеть, вливаться в социум, строить жизнь, как посчитает нужным, благо, возможности имеются.

Аня глянула вслед подружке, перевела взгляд на Германа, резко покраснела и выпалила:

— Я хотела поблагодарить за то… за… в общем, за тот случай.

Герман успел забыть, как отправлял на такси полуобморочное тело, предварительно убедившись, что его встретят на улице родители. Слишком много событий потом последовало, чтобы помнить конфуз малявки-первокурсницы.

— Не стоит благодарности, — улыбнулся в ответ Герман. — В следующий раз будь осторожней.

— Да уж, — выдохнула Аня. — А ещё, — она ненадолго замолчала, потом продолжила: — Мы тогда все поняли, что вы с Яриной не брат с сестрой, то есть, у вас отношения не как у брата с сестрой, вернее…

— Вот как? — Герман невольно поднял брови. Обсуждения нюансов его личной жизни он никак не ожидал. Впрочем, чему удивляться?.. За несколько дней после событий в клубе только отлучённые от социальных сетей не обсудили события в семействе Глубоких, благо, в этот раз обошлось без ток-шоу и экспертного мнения, а через короткое время волна сплетен и вовсе стихла, не превратившись в шторм.

— Я Ярине не говорила. — Герман обратил внимание на то, что Аня единственная из её новых подружек называет Ярину полным именем, именно так, как та за пять лет привыкла представляться. — Она расстроится, а так, может, и не узнает, — быстро добавила Аня. — Лана треплет языком, что Ярина… встречается с собственным братом. — Здесь девушка явно смягчила выражение, постеснявшись произнести грубость. — А вчера она ходила в деканат по поводу её аморального поведения.

— Чего? — уставился Герман на Аню.

— Аморального поведения, — протараторила собеседница. — За аморальное поведение могут исключить — это записано в уставе университета.

— Бред, — опешил Герман.

Самый настоящий шизофренический бред. На дворе двадцать первый век, пора победившего капитализма со звериным оскалом. Новой этики, когда даже самые продвинутые слои населения уже не в состоянии с уверенностью сказать, что толерантно осуждать, а что — нет.

Аморальное поведение? Аморальное, чёрт его дери, поведение?!

— Ярина мне рассказала, что вы не родственники, — продолжила Аня. — Просто так, не потому что знает о сплетнях, а остальные не знают. Ещё и деканат! — В сердцах она махнула рукой, тут же отодвинулась, схватила оставшийся кусочек булочки, пустую чашку и сделала вид, что допивает чай.

Вернулась Ярина, и Аня, не моргнув глазом, соврала:

— Мама звонила. Папа бесится, что меня до сих пор нет дома, я побегу.

— Пока, — сочувственно кивнула Ярина.

— До свидания, — скинув оцепенение, попрощался с Аней и Герман.

— У неё папа подполковник МЧС, ужасно строгий, — пояснила Ярина. — Аню после того раза под домашний арест посадили, она перед началом пар отцу селфи скидывает, что в институте, представляешь?

— Не очень, — честно признался Герман, а следом добавил, просто так, чтобы отвлечься от скачущих, как блохи, мыслей: — Может, тебя тоже посадить под домашний арест? Будешь мне селфи с пар скидывать.

— Я не прогуливаю, — возмутилась Ярина, да так искренне!

Зацеловал бы, не сходя с места, затискал.

— Меня не прогулы интересуют, а парни рядом. Есть у вас в группе парни?

— Они страшные и глупые! — вырвалось у Ярины, а потом чем-то синим-синим, лукавым сверкнули глаза, заставляя Германа улыбаться, едва не щурясь от удовольствия, как кот на солнце. — На самом деле есть парень с четвертого курса, в него все девушки влюблены. Максимом зовут. И вчера он уступил мне место в столовке! — Засранка победно глянула на Германа, а после ещё показала кончик языка.

Вот егоза! Пройтись бы ремешком по круглой, аппетитной попке, а лучше — трахнуть, чтобы и имя Максим забылось, и мысли, что взрослого «старшего брата» можно дразнить.

*БЖУ — белки, жиры, углеводы в рамках суточной калорийности.

** Цугару-бэн — редкий диалект японского языка, официальным языком Японии является хёдзюнго.

Глава 16

Утро выходного дня выдалось хмурым, по-настоящему осенним, с ароматом приближающейся зимы, несмотря на всё ещё держащиеся за жизнь ярко-красные и жёлтые листья.

Ярины в постели не оказалось. Невиданное дело: обычно она спала до обеда, если выпадала возможность. Герман потянулся, бодро встал, отправился в душ, на ходу придумывая, чем занять выпавшие свободные часы.

Пропажа обнаружилась на кухне: в шортиках, сводящих с ума, и, конечно же, разноцветных носках. Самая очаровательная, сладкая пропажа в мире, с синими-синими глазами и широкой, провокационной улыбкой. Посмотри на неё! Так бы и слопал вместо завтрака!

Герман быстро подошёл к Ярине, обнял, прижал к себе, стараясь сдавливать не слишком сильно, вдохнул запах