Официальный любовник - Аля Алая

вежливо ему улыбается и протягивает Виоле ладонь. Знакомый елейный тон, который мне лично вообще не нравится.

Мы тут часа два сидели после ухода Романа. Интересно, как сильно Яр успел себя накрутить за это время?

– Илья, идем, я покажу, где твоя комната, – слабо улыбается Виола и мы втроем медленно поднимаемся на второй этаж.

– Вот тут твоя комната, наша следующая.

– Я тебя с ним наедине не оставлю, – решительно захожу в спальню и закрываю за собой дверь, – все было не так, как ты думаешь, Яр. Я там был.

– И как это было? – он сбрасывает с плеч пиджак и ослабляет галстук.

– Роман, как обычно провоцировал, – Виола развела руки, – он сказал, что хочет поговорить, но начал распускать руки.

– Аха, – Яр кивнул, – а ты кричала, возмущалась и залепила ему пощечину?

– Нет, я, – Виола обняла себя за плечи.

– Ой, прости, было, наверное, как обычно «ой Рома не надо», «ну что ты делаешь», «я же замужем», еще и глазками своими невинными хлопала.

Я набираю в грудь воздух, чтобы защитить Ви, но ни одного слова из меня не выходит. Потому что было примерно так, как Яр и говорит. И, похоже, уже не в первый раз.

– Так и было, – потираю лоб рукой, – что происходи, Ви?

– Происходит то же, что и всегда, да, Виола? Жить не можешь без своего поклонника?

– Да вы оба спятили, – Виола сжимает кулаки, – не было ничего такого, за что мне должно быть стыдно. Это все Роман.

– Врешь, ты ему вечно улыбаешься, позволяешь себя целовать и прикасаться.

Яр прав, Роман даже за столом спокойно гладил ее ладонь и при встрече обнимал, не таясь.

– Илья, скажи ему.

– Что сказать, Ви? Так все и было.

– Да пошли вы оба, я ухожу спать в другую комнату, – Виола пытается пройти между нами, но мы оба удерживаем ее за руки.

– Никуда, блядь, не пойдешь, – Яр возвращает ее на место, – и получишь за свои выкрутасы по полной.

– Иди к черту, Яр. И ты тоже, – тыкает в меня пальцем, – не собираюсь больше перед вами отчитываться.

– Ты моя жена, так что будешь. В прошлый раз плохо научил? На этот раз точно запомнишь.

– Не смей, мы в доме моих родителей, – Виола делает неуверенный шаг назад и настороженно смотрит на него.

– А ты не кричи сильно, – Яр стаскивает с себя галстук и заходит Виоле за спину. На ее кистях затягивается тугая петля, – к тому же с нами Илья, – его голос становится тихим и медовым, – он поможет заткнуть тебе ротик, так Илья?

Мне кажется то, что происходит, все меньше становится похожим на реальность. И ситуация затягивает меня все глубже, заставляет поддаваться.

– Да, – отвечаю глухо и смотрю на Виолу, которая затихает у Яра в руках.

– Умница, Ви, – он ухмыляется, видя ее покорность. Яр подталкивает Виолу ко мне, и она утыкается лицом мне в плечо.

– Илья, не разрешай ему, – Виола трется щекой о мою рубашку, – ты же хороший парень.

Ее слова меня ножами режут, «хороший парень»

Яр задирает и так короткое платье и приспускает трусики по ногам. В следующий момент он расстегивает ремень на брюках и медленно вытягивает его. Он длинный, из хорошей дорогой кожи. Яр складывает его и резко растягивает, от чего в комнате разносится резкий щелчок. Это что-то абсолютно запредельное и темное, что-то, что заполняет мою грудь и расходится по телу горячим теплом. Порочная вязкость наполняет меня до краев.

– Илья, – чувствую, как рубашка промокает от сдавленных всхлипов, которые доносятся до меня как через вату, – не разрешай.

– Не кричи, Ви. Мы же не хотим никого разбудить, – склоняюсь и закрываю ее рот ладонью. Чувствую ее горячее дыхание, перемешанное с влагой на своей коже. Не могу оторваться от больших расширенных глаз, в которых застыла мольба и удивление. Но это не все, где-то в глубине мелькнул порочный огонек, и я понял, игра началась.

Воздух рассекает ветерок, и звук от столкновения ремня с нежной кожей разносится по комнате, проникает мне в уши и прошивает тело насквозь, разливаясь удовольствием. Я не видел, как ударил Яр, но я видел зрачки Виолы в этом момент. Огромные, полностью черные, полные слез и боли. Она дернулась и прижалась ко мне сильнее, задерживая дыхание.

– Не нравится, Ви? – Яр проводит пальцами по красному следу от ремня, который пересекает одну ягодицу, – А мне не нравится, когда ты вертишь своей задницей перед этим хлыщом.

Яр замахивается еще раз, и сейчас я не могу оторваться от его руки, которая наносит точный удар, вызывая в теле Виолы разряд боли и новую волну слез.

– Я же тебе разрешил трахаться с Ильей. Мы даже делаем это вместе. А тебе, блядь, мало?

Яр бьет снова и снова, делая всю поверхность ягодиц красной. Он тяжело дышит, на лбу выступил пот и волосы стали влажными.

Я словил себя на том, что поглаживаю Виолу по волосам, пытаясь успокоить, и приговариваю:

– Потерпи, малышка, еще чуть-чуть, еще немного, – просто пиздец, что я говорю и делаю.

Ремень из рук Яра падает на пол, и он тяжело опускается в кресло. Его пьяный и невменяемый взгляд направлен на жену, которая тихонько всхлипывает у меня в руках.

– Еще хотя бы раз, Виола, вся синяя будешь.

Я убираю руку от ее рта и поворачиваю ее заплаканное лицо к себе.

– Вот только не купись на эти крокодильи слезки, Илья, – Яр расстегивает рубашку и стаскивает ее с себя.

Провожу по влажным волосам Виолы, спускаюсь ладонью ниже и забираюсь под платье.

– Ты такая мокрая, – с удивлением рассматриваю свою ладонь, между пальцами которой натянута липкая полосочка влаги. Растираю ее между подушечками пальцев и медленно втягиваю воздух. В глазах темнеет от возбуждения.

– И часто она так заигрывает с Романом?

– Всегда, – Яр поднимается и подходит к жене, – так ведь, Виола? Давай, расскажи своему защитнику правду.

Виола качает головой и ничего не отвечает.

– Стесняется, – Яр целует влажную кожу между лопаток и тянет платье вниз, – Я вот думаю, может Ви нас мало. А, Илья? Может, мы ее не удовлетворяем?

– Думаешь? – обхватываю Виолу за горло и поднимаю ее лицо к себе, – что скажешь, Ви? Мы тебя плохо трахаем?

– Ненавижу вас обоих, – Виола дергается у нас в руках.

– Ты прав, Яр, недостаточно.

Вся моя одежда тоже остается на полу и Яр подталкивает Ви ко мне на кровать. Он снимает с ее рук галстук, и я растираю нежные запястья, на которых остался небольшой красный след.

Яр прижимается к Ви спиной и