Лот номер 69 (СИ) - Даль Аля

— Мирочка, солнышко, и ты тут! — она отложила телефон и поднялась. Подошла ко мне и как ни в чем не бывало полезла целоваться в знак приветствия. Я стерпела это, хотя по ощущениям прикосновение ее губ было похоже на поцелуй со склизкой жабой. — Как твои дела? Я тебя так давно не видела!

— Твоими молитвами, — холодно прошептала я, борясь с желанием ударить ее по лицу. Только понимание того, что за потасовку меня вышвырнут из аэропорта быстрее, чем я успею открыть рот в своё оправдание, удерживало меня от решительных действий.

— Тоже на каникулы летишь? — спросила она и задумчиво приложила палец к губам. — Вроде ж не видела твоё имя в списках Роберта…

— Каникулы? — попыталась уточнить я.

— Ну да, в Дубаи, — невинно ответила она. Ох уж эти «каникулы». Любая работавшая в модельном бизнесе знала, что в большинстве случаев девочки катаются в Дубаи не на солнышке загорать, а зарабатывать на виллах, яхтах или в особняках шейхов, которым нужны отнюдь не хорошие фотографии или ходящая вешалка для модных показов. — Две недельки отдыха и вновь на работу.

Несмотря на случившееся со мной, я не могла представить себя, согласившуюся поехать на блядки не ради спасения жизни дорогого мне человека, а тупо ради денег. Это ведь просто бумажки, с помощью которых, конечно, можно жить намного легче, но не факт, что они принесут счастье.

— Ну, удачно продаться, — отмахнулась я, когда по вибрации определила, что на телефон пришло сообщение. С большой вероятностью, от мамы, а потому пора возвращаться.

— Сама-то сколько пиздой заработала? — Неля фыркнула в ответ. — Или думаешь, я поверю, что после аукциона с тобой в шахматы играли?

Мне показалось ироничным, что примерно теми же словами про шахматы она заманила меня, совершенно разбитую и отчаявшуюся после аварии, в лапы Роберта. Как же хотелось ей сказать «спасибо» кулаком по лицу, но меня, вероятно, уже ждала мама.

— Думаю, что ты блядь конченая, и шла бы ты нахуй, — широко улыбнулась я и развернулась, чтобы идти на выход. Пока она стояла в ступоре, не ожидая услышать нечто подобное от меня, всегда вежливой и тактичной, я обернулась к ней и бросила напоследок: — Смотри, как бы тебе твоя «доброта» обратно не вернулась.

Пока она раздумывала, что ответить, я уже вышла из зала, а Неля не стала меня догонять. И тут я задумалась, что, возможно, обидела ее зря. С одной стороны, она передала меня в лапы откровенного сутенера, который меня продал. С другой — без этого я бы не заработала денег. Но есть нюанс. Лечение все равно оплатил Феликс без участия этих прекрасных людей, так что сомневаться не стоило — я нагрубила ей справедливо.

Выбросив мысли о них из головы, я достала телефон и прочитала на экране «я около охранника, а ты где?» Тут же побежала к залу, в который меня не пустили, и каково же было мое удивление, когда рядом с мужчиной я увидела маму на костылях, которая о чем-то мурлыкала с ним. Всегда позитивная, она умудрилась шикарно выглядеть даже в медицинском халате и, конечно же, не забыла о макияже.

— Мама! — воскликнула я и, не обращая внимание на охранника, подбежала, чтобы обнять. К сожалению, сделать это со всей силы не было возможности — боялась повредить, потому лишь слегла прильнула к ней. Она обняла меня одной рукой, потому как второй держалась за костыль.

— Пойдём внутрь, Мирочка, там поговорим, — мама без труда провела меня мимо охраны. Я подставила ей плечо, но она отказалась опираться на меня и дошла сама до медицинской каталки, рядом с которой находилась капельница и какое-то пищащее оборудование. Забравшись на место без моей помощи, она отдала костыли подбежавшему молодому человеку в белом халате, а меня одарила тёплой улыбкой. — Ну вот, наконец, мы встретились. Как видишь, со мной все будет хорошо. У меня есть отдых, лечение, еда… и даже новый молодой человек.

— Мама! — отчего-то покраснела я, хотя давно пора бы уже привыкнуть к ее любви к мужчинам помоложе.

— А что? — удивлённо пожала плечами она. — Владик как узнал, сколько заплатили за мое лечение и куда меня направляют на реабилитацию, так сразу прибился к ноге. Даже работу в клинике бросил, представляешь?

Я повернулась, чтобы внимательнее изучить парня, который теперь возился с медоборудованием.

— Но ты же понимаешь, что он с тобой неискренне?

Мама одарила меня снисходительной улыбкой.

— Ну я же не замуж выхожу, а так, просто поразвлечься… — она поманила меня пальцем, заставив наклониться к ней, чтобы она могла прошептать мне на ухо: — Пока он не догадается, что я всего лишь профессор в универе.

Ситуация забавная, но не было сил даже улыбнуться. Мама заметила мое состояние и тут же спросила:

— А ты чего такая грустная? Ну, расскажи, как ты умудрилась достать столько денег? Неужели дали такой огромный кредит под залог наших квартир?

Я отвела взгляд, словно нашкодивший котёнок перед лотком. Надо было как-то смягчить произошедшие события, а потому я решила рассказать не всю правду, но и не врать.

— Нашла мужчину, — неловко улыбнулась я.

— Ничего себе мужчина, который оплатил мне лечение! — воскликнула мама и напряглась. — Где ж это такие водятся? Расскажи, может, сама схожу…

— На аукционе в закрытом клубе, — ответила я. Врать ей было бесполезно, но вот недоговаривать… чего не сделаешь ради того, чтобы близкий человек не переживал. Мама пристально посмотрела на меня, словно заглядывала в душу, а затем выдала:

— Ладно, чувствую, что ты мне не врешь, — отмахнулась мама. — Так а грустная-то почему? С таким мужиком радоваться надо!

Я решила, что раз уж мне не отвертеться от допроса, то придётся признаваться в том, что меня действительно беспокоит.

— Понимаешь ли, он настаивает на том, чтобы я приняла таблетки…

— Какие таблетки? — непонимающе моргала мама.

— Экстренную контрацепцию, — объяснила я. Мама нахмурилась.

— А ты сама-то?

— Не хочу, — честно призналась я. — Чувствую, что не надо этого делать. И даже если из-за беременности придётся повременить с модельным бизнесом… что же, он и так принёс мне немало бед. Хуже не будет.

— Значит, не принимай. Таблетки при тебе? — спросила она, а я кивнула в ответ. — Давай сюда.

Недоумевая, я достала упаковку и протянула ей. Мама взяла таблетки и убрала их в сумочку.

— Тебе не нужно, а мне может очень даже пригодится, — хмыкнула она, глянув в сторону сопровождающего парня. — Молодые мальчики, они, знаешь, бывают такие невоздержанные…

— Мама!

— Всё-всё, — хихикнула она. — А твой если спросит, скажи, что приняла по дороге. Проверять он, что ли, будет? Ну а если хочешь знать мое мнение, то я бы поступила также. Залететь от богатого мужика — это же просто мечта.

— Хватит, мам, я теперь чувствую стыд, словно специально это сделала… — призналась я.

— А чего стыдиться? Мы с твоим папой тоже не особо согласовывали зачатие, но как видишь, все закончилось хорошо, — развела она руками.

— Что хорошо? Ты же растила меня одна, — иронично улыбнулась я.

— Не одна, а со своей мамой, — она недовольно покачала головой, — кстати, как она там? Как будет время, навести ее, пожалуйста. А то я вряд ли смогу это сделать в ближайший месяц. Она, конечно, бойкая, но все же старенькая.

— Как только — так сразу, — пообещала я.

— Ну и отлично, — ответила мама и глянула на часы. — Осталось десять минут до посадки. Я бы очень хотела ещё поговорить с тобой, но, боюсь, мне надо много времени, чтобы попасть на самолёт.

— Ничего страшного, — я наклонилась к ней, чтобы обнять, она погладила меня по голове в ответ. — В таком случае, я пойду.

— Удачи, моя девочка, — мама ехидно улыбнулась и поёрзала на койке, поправляя чистый больничный халатик. — Береги себя. И не упусти свой шанс. Хотя и не сильно расстраивайся, если окажешься рыбой не для его аквариума.

Я иронично покачала головой в ответ и помахала на прощание. Было тяжело расставаться, но надо. И очень не хотелось возвращаться назад. Придется теперь врать Феликсу прямо в глаза.