Заставь меня ненавидеть - Анастасия Ридд

середины бедра, и целует меня в щеку. – Ничего не планируй на выходные.

– Что будем делать? – радостно спрашивает она.

– Скоро узнаешь, – улыбаюсь в ответ, захватывая девушку в свои объятия. – А чем у нас так вкусно пахнет?

– На ужин мясо с овощами и салат с тунцом, – она обхватывает меня за шею и крепко прижимается к груди. – Голодный?

– Очень, – отвечаю я, целуя в девушку в макушку.

Пока жую самое вкусное в моей жизни мясо, думаю о том, что со стороны мы с Мышонком похожи на милую семейную парочку. И если то, что происходит между нами называется отношениями, то конфетно-букетный период мы пропустили без зазрения совести. Мысленно усмехаюсь, как меня угораздило так вляпаться? Ведь девчонка совершенно не вписывается в мои планы на будущее. Украдкой изучаю ее мягкие черты лица. Она красива. Я буквально тону в глубине ее голубых глаз. Очертания губ идеальны до такой степени, что порой кажется, будто какой-то известный мастер нарисовал их на лице Мышонка. Она перекидывает волосы на одно плечо, оголяя изящную лебединую шею, которую я неустанно готов целовать. Взгляд опускается ниже, и, черт возьми, кусок в горло больше не лезет. Я хочу ее до дрожи в руках, до скрежета в зубах.

– Влад, тебе не нравится мясо? Можем заказать пиццу, если хочешь, – неуверенно говорит она. Я кладу приборы на стол и медленно встаю со стула.

– Мне очень все нравится, и я обязательно доем, но сейчас я хочу кое-чего другого, – хрипло произношу я и замечаю, как щеки девчонки заливаются румянцем. Ее смущение будоражит, затрагивая невидимые струны внутри меня. Подхожу ближе и срываюсь в ту самую секунду, когда руки девушки тянутся ко мне. Она касается моих губ первая, и в этом поцелуе нет привычной нежности. Дыхание с каждой секундой учащается, а пылающее огнем тело настойчиво требует прохождения.

– Влад, – Есения стонет мне в губы, – это какое-то безумие.

– Наваждение, Мышонок, – отвечаю я и поднимаю футболку, оголяя изящные бедра.

Со стороны входной двери доносится какой-то шум, и мы моментально отстраняемся друг от друга. Есения испуганно смотрит на меня, потому как на ней налета моя футболка, а по раздающимся голосам становится понятно, что приехали наши родители. Факт их возвращения раздражает. Я был уверен, что дела моего папаши затянутся на неопределенный срок, по крайней мере, он именно в этом меня и убеждал.

– Дети, вы дома? – радостный голос Ирины слышится из прихожей.

– Черт, Влад! Прошмыгнуть мимо них не удастся, – растерянно говорит девушка. – А я в твоей футболке.

– Не думаю, что они заметят. Футболка белая, без надписей. Неужели она не может быть твоей? – усмехаюсь я. – Не парься!

Я первым выхожу из кухни и здороваюсь с Ириной, а отцу молча пожимаю руку. Натянуто улыбаюсь и несколько минут слушаю маму Есении, кивая головой.

– А где моя дочка? Она, наверное, вся в учебе, – Ирина тяжело вздыхает. – Порой мне кажется, что она чересчур много времени тратит на книги.

– Мам, Сергей, привет! – я оборачиваюсь и чуть не давлюсь от смеха. Есения нацепила себе на голову колпак, а поверх моей футболки надела фартук. Гениально, Мышонок!

– Вау, Сеня, ты готовишь? – весело восклицает мой папаша. – как только мы вошли, сразу почувствовали обалденный запах.

– Решила попрактиковаться в кулинарии. Хватит с меня буквоедства, – улыбаюсь в ответ. – Голодные? Проходите ужинать.

Есения стремительно убегает наверх. Я возвращаюсь обратно в кухню и сажусь на свое место. Ковыряю вилкой в остывшем ужине, сожалея, что родители так рано вернулись. Спустя пять минут возвращается Есения, и наше поедание мяса превращается в семейный ужин. Я ничего не имею против Ирины и самой Есении, но иллюзия счастливой семьи выводит меня из себя. Сдерживаю свой порыв, глядя на счастливое лицо Мышонка и отправляю кусочек мяса себе в рот.

– Дети, у нас есть новость для вас, – говорит отец, а я резко напрягаюсь. Случайно кидаю взгляд на его правую руку, в которой он сжимает бокал с вином, и замечаю обручальное кольцо. Знаю, что будет дальше, поэтому мгновенно подрываюсь с места и выхожу из кухни.

Есения

– Есения, мы поженились, – мама резко меняется в лице и я замечаю блеснувшую слезинку в уголке глаза.

– Поздравляю! Я так за вас рада, – почти искреннее улыбаюсь я. Я в самом деле рада, но реакция Влада меня беспокоит. – Не обращайте внимания на Влада. Он свыкнется.

– Конечно, куда ему деваться? – серьезно замечает Сергей.

– Дочка, это очень вкусно, – говорит мама и начинает расспрашивать меня об учебе.

Некоторое время мы сидим за одним столом и разговариваем на самые разнообразные темы. Я понимаю, что Владу нужно время, чтобы остыть. Только после этого можно попробовать обсудить с ним скоропалительную женитьбу. Их свадьба должна была состояться через неделю, и мне не совсем понятно, почему мама и Сергей не стали ждать.

С лестницы доносятся быстрые шаги, и я надеюсь, что Беркут решил вернуться за стол. Но ошибаюсь. Парень в молодежных джинсах и стильном пиджаке собирается уходить из дома. Я встаю из-за стола и, кидая взгляд на недоуменные лица родителей, направляюсь к Владу в прихожую.

– Уходишь? – глухо спрашиваю я, опираясь на стену.

– Да, – короткий ответ.

– Не скажешь, куда? – не выдерживаю я, хоть и обещаю себе не задавать лишних вопросов, пока сам не скажет.

– В клуб. Лис позвонил только что, – с уверенностью в голосе отвечает Влад.

Его слова холодны как лед. Передо мной стоит совсем другой человек. Не тот, что неистово целовал меня полчаса назад. Я смотрю в упор и, наконец, ловлю безразличный взгляд парня. Он ударяет ещё сильнее.

– Ясно, – я отталкиваюсь от стены и направляюсь в сторону лестницы.

– Хочешь что-то сказать? – внезапно спрашивает Беркут.

– Нет, – равнодушно отвечаю я и, добравшись до середины лестницы, добавляю, – хорошего вечера, Влад.

Я едва сдерживаю подступающий к горлу ком и возвращаюсь в спальню. Плотно закрываю за собой дверь и подхожу к окну, из которого видно, как Беркут садится в такси и уезжает в неизвестном направлении. Я переживаю, что парень на эмоциях может натворить немало глупостей.

– Катюш, привет! –