Здравствуй, папочка Мороз! - Амелия Борн

– Я так занят, что мне звонить стоит только по очень важным вопросам. И важнее сына и Снежаны не может быть ничего.

На этот раз Лайма ойкнула, Марина – прищурилась. Вьюгина прижала к себе Митю.

– Так что в следующий раз, которого, как я надеюсь, не будет, первым делом рекомендую уведомить меня о ваших планах.

С этими словами я подтолкнул Снежану и сына в сторону их дома и, сделав шаг и обернувшись, добавил:

– Марина отвезет тебя домой, раз уж привезла сюда. И чтобы вас обеих в радиусе ближайших сотни километров не было. Никогда. Иначе ни с тобой, ни с тобой, – взглянул я на сестру и Лайму, – мы больше никогда не увидимся.

– Но Паша…

– Я все сказал, – сказал, как отрезал, и мы с сыном и Вьюгиной направились к ним домой.

– Вообще, по-хорошему, мне нужно тебя выставить ко всем чертям! – прошипела Снежана, когда мы вошли в квартиру.

Митя, уже пришедший в себя, радостно умчался мыть руки, заявив, что вскоре начнется мультик, которого он очень ждал. Мы же с Вьюгиной остались в прихожей.

– Нужно, – кивнул в ответ. – Но раз ты этого еще не сделала, справедливо будет предположить, что и не сделаешь.

Снежа стащила куртку и обувь и, как только это произошло, я прижал ее к стене и навис сверху.

– Ты сказала, что не хочешь между нами никаких контактов, – произнес тихо, но уверенно. – Вот только знаю одно – ты лжешь. Себе – в первую очередь.

Наклонившись, я едва коснулся губами губ Вьюгиной и выдохнул в них:

– А я понял, что тоже лгу сам себе. Когда считаю, что можно оставить все так, как есть.

– Я не понимаю, – покачала головой Снежана, и уже собралась было высвободиться, когда я пояснил:

– Хочу, чтобы Лайма осталась в прошлом. И твой внезапный Леня – тоже.

Глубоко вдохнув, я все же отстранился, хотя, это было последнее, в чем сейчас нуждался.

– То, что случилось между нами на том свидании вслепую – не случайность. И наличие общего сына – прямое тому подтверждение. Возможно, я ошибаюсь в том, что сказал до этого. Вероятно, ты взаправду не хочешь меня, а хочешь того, кто был рядом все эти годы. Но если это не так… знай – я расхожусь с Лаймой в любом случае. И хочу быть с тобой и нашим сыном. Вот и все.

Открыв дверь, чтобы выйти, я задержался на пороге.

– Не отвечай мне сейчас. Просто обдумай то, что я сказал. И какой бы ты выбор ни сделала – я его приму.

Все же выйдя из квартиры Снежаны, хотя, это и было последним, чего желал, я добавил:

– Мне нужны только вы с Митей. И я сделаю все, чтобы вы были счастливы.

После чего ушел, так и не обернувшись, хотя, хотелось добавить еще очень и очень многое.

Я невольно подалась вперед, словно хотела удержать мужчину, который наговорил мне сейчас каких-то совершенно невероятных вещей и при этом собирался уйти, как ни в чем не бывало. Но именно этого – удерживать его – мне категорически и не стоило делать. То, что сказал Мельников, требовало серьезного осмысления, и не решалось в сиюминутном порыве.

Я так и застыла на пороге, не в состоянии сдвинуться с места, пока рядом не раздались шаги.      Вскинув глаза, я обнаружила неподалеку Леню. Коротко кивнув мне, он открыл дверь в их с Линой квартиру, но, уже шагнув было за порог, вдруг подался назад и, подняв на меня тяжелый взгляд, поинтересовался:

– Я полагаю, между нами все решено?

Нахмурившись, я покачала головой и уточнила:

– С чего такие выводы?

– Видел этого… Мельникова на лестнице. Значит, он был у тебя.

– Он был у своего сына, – сухо отрезала я. Но воспоминания обо всем, что еще сказал бывший босс, заставили меня больше ничего не добавлять. Возможно, Леня был прав куда больше насчет нас с Мельниковым, чем сам сейчас подозревал.

– Ясно, – протянул он и, снова коротко кивнув, добавил:

– Увидимся.

Но тут из квартиры раздался хорошо знакомый голос:

– Лень, ну ты чего там застрял?

Светловолосая голова подруги высунулась из-за двери и при виде меня растерянно замерла, затем Лина все же сказала:

– А, Снежка, привет. А я как раз к тебе собиралась.

Я сделала приглашающий жест и брат с сестрой обменялись позициями – Леня шагнул в квартиру, более не оборачиваясь, а Лина вышла из нее и направилась ко мне.

Из гостиной доносились звуки, свидетельствующие о том, что Митя полностью увлечен своим мультиком, поэтому я провела Лину на кухню – привычное место всех наших девичьих  бесед.

– Хочешь чего-нибудь? – предложила вежливо, хотя по лицу подруги видела – она здесь только для того, чтобы поговорить. Не поболтать, не посплетничать, а именно – поговорить.

– Не хочу ничего, – ожидаемо откликнулась Лина и перешла прямо к делу:

– Снежка, я переживаю за Леню. Вижу, что чего-то случилось, но он мне ничего не рассказывает. Это из-за того поцелуя в парке?

Я тяжело вздохнула:

– Полагаю, да. Я пыталась ему объяснить…

– Да что ты хочешь объяснить?! – не выдержала Лина. – Что тебя всегда тянуло к этому красавчику-боссу?!     Я молча закусила губу. Ураган эмоций, вызванный заявлением отца моего ребенка, все еще не утих и мне было дико необходимо поделиться случившимся хоть с кем-то, но, кажется, Лине об этом в данный момент говорить явно не стоило.

– Мне кажется, ты сейчас не готова меня слушать, – констатировала я с сожалением.

– А мне кажется, что ты все же мучаешь моего брата, – с горечью бросила Лина в ответ.

– Ты же знаешь, что я этого не хотела… Но вы с Леней словно сговорились толкать меня дружно к Мельникову!

– Да тебя и толкать не нужно, просто ты сама этого не замечаешь, – улыбнулась грустно Лина. – Ладно,