Вся ложь (ЛП) - Кент Рина

Ашер отрывает наши губы друг от друга, хрипло дыша мне в рот.

— Какого черта ты целуешь меня в ответ, Рейна? — он дышит мне в рот.

— Я не должна этого делать? — спрашиваю я, смущение окутывает мою голову облаком.

— Ты никогда этого не делаешь, и ты никогда не становишься на колени или не отсасываешь у меня. — он на мгновение закрывает глаза. — Я больше не знаю, что, черт возьми, с тобой делать.

И с этими словами он хватает свою одежду и выходит из комнаты.

Горький привкус отвержения взрывается у меня в горле, но я не поддаюсь ему.

Надежда еще есть.

Он простит меня.

Я заставлю его.

Глава 24

Рейна

Проходит неделя, и я уже привыкаю к своему положению в команде.

Нелегко быть капитаном. Это большая ответственность, и некоторые из этих девушек смотрят на меня так, будто я их спасительница или что-то в этом роде.

Дело не в том, что у меня есть проблема быть чьим-то спасителем. Это больше похоже на то, что я не могу — не тогда, когда я даже не знаю, как спасти себя.

Я рада, что Люси и Наоми со мной. Вычеркните Наоми, у нее все еще пассивно-агрессивное отношение, но в основном она хороша.

Бри та, кто холодно относится ко мне после инцидента в кафетерии. Всякий раз, когда я что-то решаю на тренировке, она без колебаний указывает, что мы этого не делаем, что она и команда все еще помнят, даже если я забыла.

Я каждый раз ставлю ее на место. Я даже поговорила с ней один на один, говоря, чтобы она перестала оспаривать мои решения перед командой.

Команда хочет поехать в штат, и хотя раньше меня это не очень волновало, теперь я прониклась их духом соперничества. Пока я не найду свою мечту, я буду воплощать их мечты в жизнь.

Девушки машут рукой, выходя из душа. Я опаздываю, потому что мне нужно было поговорить с футбольным тренером о расписании предстоящих игр.

В следующую пятницу состоится первая игра, за которой я не буду наблюдать издалека. Я буду исполняющим обязанности капитана, которого подбросят наверх.

Сказать, что я нервничаю, было бы преуменьшением века. Я всегда думаю, что споткнусь и упаду или сделаю неверное движение и поставлю в неловкое положение всю команду.

Никакого давления. Это всего лишь домашняя игра с несколькими тысячами зрителей.

Тысячи людей наблюдающие за происходящим.

Ага. Никаких проблем с падением перед ними. Например, вообще.

Люси последней выходит из душа.

— Я подожду тебя снаружи, — говорит она, поправляя макияж.

— Не нужно. — я снимаю обувь. — Я доеду с Ашером.

Она приподнимает бровь.

— Серьезно?

Если мне совершенно не нужно его видеть, я не подхожу к Ашеру. С того дня он довел меня до оргазма; возможно, я избегала его до чертиков.

Однако Люси ужинает со своим отцом, и я не хочу ее задерживать. Она не уйдет, если подумает, что меня никто не подвезет.

— Итак, что происходит между вами двумя? — она прислоняется к шкафчику, пока я сажусь на скамейку и снимаю вторую обувь.

— Ничего особенного.

Я стараюсь быть беспечной, но это грандиозный провал.

Мое тело загорается от воспоминаний о той ночи.

Я могла бы избегать его, но я наблюдаю за ним всякий раз, когда он не обращает внимания.

Я наблюдаю, как он тренируется у бассейна, его мышцы блестят от пота, а сухожилия вздуваются.

Я наблюдаю за его молчанием, которое имеет миллион значений.

Я слежу за его словами, которые всегда точны.

Как бы это было, если бы все было по-другому? Если бы я как-то не причинила ему боль?

— Люси, какими мы с Ашером были раньше?

— Помимо того, что были королем и королевой? — она смеется.

— Ты действительно веришь, что мы были такими?

Она замолкает на секунду.

— Ты выглядела так со стороны.

— Но не внутри.

Она морщится.

— Люси... — я стою и умоляюще смотрю ей в глаза. — Будь честна со мной. Мне нужно знать о своей жизни.

— Ну, ты знаешь эти голливудские пары?

— Что насчет них?

— Они такие эстетичные и выглядят так, будто у них есть все, но в глубине души они обычно страдают от всевозможных проблем. В конце концов, большинство из них просто образ.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ее слова глубоко трогают меня.

Образ.

Зачем нам с Ашером поддерживать образ? Если бы мы не хотели этого брака, уверена, что наши отцы отменили бы помолвку.

Почему вместо этого мы решили быть фальшивыми?

— Мне так жаль, капитан. Ты сердишься? — ее голос звучит так виновато и извиняюще, и это согревает мое сердце.

— Вовсе нет. Я попросила тебя рассказать мне правду.

Она неуверенно улыбается.

— Если это имеет какое-то значение, вы двое изменились после твоего несчастного случая.

— Даже Ашер?

Я ненавижу надежду в своем тоне.

— Даже Ашер. — она озорно улыбается. — Он смотрит на тебя по-другому, знаешь ли.

— Как по-другому?

— Словно он не может дождаться, пока ты не останешься одна, без кого-либо.

Я шутливо хлопаю ее по плечу.

— Ты ведешь себя глупо.

Она смеется, хватая сумку.

— Я серьезно. Он ни в чем так не был замешан после смерти Арианны.

— Подожди — Арианна, его сестра?

Иззи сказала мне, что она скончалась, но она отказалась рассказать мне что-либо еще, сколько бы я ее ни допрашивала. Все, что я знаю, это то, что сестра Ашера погибла в результате несчастного случая.

Мой инстинкт подсказывает, что смерть Арианны может объяснить некоторые вещи об Ашере.

— Да, — говорит Люси.

— Что ты знаешь о ней?

— Не так много. Она не принадлежала к нашему кругу общения. Ашер не хотел, чтобы она была частью команды поддержки.

— Почему нет?

Она приподнимает плечо.

— Ты тв, кто должна это знать. Ты была к ней ближе всех.

Мой рот отвисает.

— Я?

— Арианна всегда следовала за тобой по пятам, будто ты была ее богом. Вы были как лучшие подруги — если не считать Бри.

Ох.

И я ее не помню.

Как я могу быть такой... жестокой?

— Что насчет Ашера? — спрашиваю я, слова натянуты и сдавлены. — Какие у него были с ней отношения? Они были близки?

— Более чем. Он был похож на ее брата, ее мать и отца в одном лице. В отличие от тебя, она не была популярна и у нее не было друзей, поэтому она так сильно полагалась на вас двоих. Всякий раз, когда вы садились, она садилась с вами двумя. Всякий раз, когда ты куда-нибудь выбиралась, она шла с тобой, как третье колесо. Она была немного навязчивой, если спросишь меня.

— Эй, — ругаюсь я. — Она мертва.

— Я просто говорю. Должно быть, было больно не проводить время с Ашером наедине.

— Что ты знаешь о ее смерти?

— Ничего особенного. — она поднимает плечо. — Во время нашего выпускного года в старшей школе мы все узнали, что она покончила с собой, и на этом все.

— П-покончила с собой? Я думала, это был несчастный случай.

Люси наклоняется ближе.

— Это то, что говорила семья Карсон, но ты сказала нам тогда, что она покончила с собой, и что это было ужасно.

— Я говорила вам, почему она это сделала?

— Нет. — выражение лица Люси меняется. — Арианна была так одинока, так что никто из нас не удивился, что она покончила с собой, ты знаешь.

Нет. Я не знаю.

Зачем семнадцатилетней девушке убивать себя? У нее были Ашер и я — почему мы не помогли ей?

Попрощавшись, Люси выскальзывает за дверь, оставляя меня наедине с моими сумбурными мыслями.

Арианна была намного больше, чем я думала.

Она была не просто сестрой Ашера; она также была моей подругой, и я чувствую себя неудачницей из-за того, что забыла о ней и обстоятельствах ее смерти.

С этими мыслями я раздеваюсь и вхожу в душ.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Вода льется на меня, прохладная и успокаивающая, но сердце не перестает так сильно биться о грудную клетку.

Это мрачное облако нависло над моей головой, как зловещее обещание.