Эскорт для чудовища (СИ) - Шварц Анна

— А, — Катя отмахивается, — в этом я — могила. Можешь не переживать. Но, учти, если этот мерзавец богатый тебе что-нибудь сделает, я прессе о нем многое наболтаю.

— Не смей. Плевать, что он сделает, главное, чтобы Майя была с ним в порядке. И о своих детях подумай.

* * *

Сперва я разбираюсь с похоронами. Проводив в последний путь маму, я долго сижу на кладбище, глядя на пару букетов с цветами — прощаться пришла я и ее старая знакомая со школы. Я не хочу об этом думать, но в голову упорно все же лезут мысли о том, что наш последний разговор вышел холодным и слишком скомканным. Никто из нас двоих не ценил время, которое мы могли бы чаще проводить вместе. Жаль, что это понимаешь лишь в такие моменты, да и то, потом быстро забываешь об этом.

— Прости, — произношу я напоследок в пространство, вставая с лавочки, чтобы уйти, — я знаю, что ты этого не одобрила бы, но так правда будет лучше. Я очень боюсь за Майю.

После я замолкаю, когда перевожу взгляд на соседнюю табличку. С нее на меня смотрит улыбающаяся Аля. Еще старшеклассница — потому что мама не смогла найти фото, где Аля была постарше…

В сердце неприятно колет, и я, развернувшись, быстро ухожу с кладбища. Сажусь в оставленную на парковке машину и достаю из бардачка телефон. Пришло время написать Смоленскому. Потому что вчера я зашла в больницу к Майе, а она долго плакала, думая, что все ее бросили и не хотела отпускать меня. И рассказала, что какой-то дядька обещал ее забрать. Ее личико было испуганным, когда она говорила мне это, и я поняла, о каком дядьке она говорила. Ее нельзя больше оставлять в одиночестве. Я не хочу, чтобы потом у племянницы была сломана психика.

Жаль, что мне не удалось ни разу подкараулить этого гада. Я бы хотела поговорить с Михаилом с глазу на глаз, чтобы, хотя бы, понять его намерения. Может, удалось бы от него откупиться. Вероятность невелика, но у меня достаточно денег в заначке.

Разблокировав экран, я замираю. На панели уведомлений висит новое сообщение от неизвестного номера.

«Ты задолжала мне встречу за чашкой кофе, если помнишь» — лаконично сообщает мне неизвестный абонент, в конце добавив «К.Смоленский».

Похоже, он сам решил все взять в свои руки. Я быстро набираю номер, приложив телефон к уху.

— Вау, — раздается в динамике немного искаженный голос Кирилла. Он говорит с легким сарказмом, — я даже не подозревал, что девушки умеют звонить первыми.

— Просто я хотела с тобой кое о чем поговорить, — произношу я устало, — и поэтому я хочу встретиться с тобой как можно быстрее.

Повисает пауза, за время которой я чувствую легкое смущение. Да, у меня действительно серьезный разговор, вот только для Смоленского, избалованного женским вниманием, мое предложение «поскорее встретиться» звучит, наверное, очень скучно и предсказуемо. Что он подумал? Что я притворялась, не показывая к нему никакого интереса, а теперь решила внезапно подкатить? Повелась на его деньги, получив такой щедрый подарок?

И даже становится немного страшно, что он посмеется надо мной и бросит трубку.

Черт, может, стоило начать с другого?

— И насколько быстрее? — интересуется Смоленский, а я выдыхаю. Вроде бы, я не слышу насмешки в его тоне.

— Хоть сейчас.

— Через час я буду свободен. Скидывай свой адрес, я заберу тебя.

Я нервно улыбаюсь, почувствовав воодушевление. Он не отказался от встречи, несмотря на мой странный напор.

— Нет, я сама подъеду, — мотаю я головой, хотя, он этого не увидит, — скажи ближайшее кафе или ресторан.

— «Рене». Там же, где мы в первый раз увиделись, — хмыкает Смоленский, — ты меня дико интригуешь. До встречи, Саша.

Он кладет трубку, и я протяжно вздыхаю. Потом смотрю в зеркальце: похоже, лицо придется привести в порядок хотя бы легким макияжем. Если я приеду на встречу еще и в таком виде — Смоленский точно офигеет.

* * *

— Столик на Смоленского Кирилла, — сообщаю я хостес, которая встречает меня на входе в ресторан, и та скептически окидывает меня взглядом. Я отвечаю ей приподнятой бровью. Ну да, на мне футболка и джинсы с кроссовками. Времени переодеться не было — если бы я заехала домой, то здорово опоздала бы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Конечно, — справившись со своим скептицизмом, кивает девушка, — я вас провожу.

Смоленского я замечаю сразу. И он меня: с его места отлично виден вход в ресторан, и стоит мне зайти, как он поднимает взгляд.

Он сидит в расслабленной позе, подперев подбородок кулаком. На нем темная рубашка и темные штаны. Кирилл обводит меня взглядом с ног до головы, и в глазах зажигается искорка удивления. Похоже, он немного шокирован моим видом.

Боюсь об заклад, в его голове сейчас вертится вопрос — той ли девушке он заплатил такие деньги и пригласил на свидание? Почему-то я уверена, что он нечасто продолжал подобные деловые знакомства свиданиями.

— Привет, — произношу я, и сама отодвигаю стул, присев напротив. Хостес мило улыбается Смоленскому и уходит, и мы остаемся наедине.

Кирилл молча смотрит на меня. Мне трудно выдержать его настолько прямой и пытливый взгляд, который будто без моего ведома вскрывает все маски, за которыми я прячу эмоции.

Да, похоже, у этого человека действительно есть неудобная способность — видеть других насквозь. Интересно, как тогда он умудрился попасть в паутину лжи Али? Если, конечно, картина, которую он мне рассказал, на сто процентов правдива, и он не скрыл какие-то важные подробности. Неужели любовь настолько ослепляет?

— Давай сразу к делу, — внезапно начинает он, и я неожиданно чуточку расслабляюсь. Странно, меня успокаивает его голос? Но я действительно впервые чувствую себя так, словно могу поделиться своими проблемами. Совершенно неоправданное чувство!

Однако, что-то в этом человеке есть такое. Может быть, какая-то его темная, скрытая сторона, из-за которой кажется, что он может разобраться даже с самой невыполнимой в мире задачей?

— К делу? — усмехаюсь я, задавая риторический вопрос и хватаю меню. Надо что-нибудь выпить. Машину оставлю на парковке, закажу домой такси. Потому что без дозы успокоительного, мой язык не повернется начать серьезный разговор.

Смоленский задумчиво смотрит на мою белую футболку с надписью «Люблю пончики». Потом хмыкает.

— Ты явно не на свидание пришла, Саша. Вообще, ты меня приятно удивила. Я впервые сижу в ресторане с девушкой, которая одета в футболку и джинсы — со мной пришли говорить, а не соблазнять. Вау.

Мне хочется закатить глаза от его самоуверенности, но вместе с тем, становится немного грустно.

Жаль, что восхищенное настроение Смоленского скоро испарится, как туман в ясный день. Жаль, что больше он не станет на меня смотреть как на девушку, которая его заинтересовала. Жаль, потому что с ним было по-своему интересно. Среди вереницы мужчин, которые стремились затащить «эту блондинистую дурочку» в постель, Смоленский оказался одним из немногих, кто заинтересовался мной не как красивой куклой.

Пусть даже мы бы никогда не стали общаться близко, ведь Смоленский был без пяти минут женат, да еще и бывшим моей сестры, но мне действительно было жаль терять хорошее отношение этого человека.

Глава 10

Часы ресторана над нашим столиком неумолимо отсчитывают секунды, пока я собираюсь с духом. Я так и не придумала, с чего начать разговор. Разве бывают вообще подходящие фразы для такого?

— Насчет моей сестры, Али… — начинаю я, собравшись, наконец, с мыслями. Сердце гулко делает «бух», а Смоленский внезапно убирает локти со стола и откидывается на стул, сложив руки на груди.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Нет, — внезапно обрывает он меня, — о ней я точно не собираюсь разговаривать.

— Пф-ф, — у меня вырывается возмущенный возглас. Смоленский! Он делает такой вид, будто бы я его только что смертельно обидела. Выглядит сейчас со своей отрешенной мордашкой не на тридцать, а на шестнадцать, — Смоленский, это серьезный разговор. Я хотела…