Три жениха на мою голову (СИ) - Филимонова Лина

— Это так классно! — повторяла я. — Это… вообще, с ума сойти. Я хочу еще!

Я снова начала карабкаться на стену.

Олег удержал меня, ухватив за страховку на пояснице.

— Подожди, остынь немного!

— Я хочу еще! — продолжала вопить я.

Инга смотрела на меня с восхищенным удивлением.

— Что, прямо так хорошо?

— Не то слово! Спуск — это самое потрясающее во всем мероприятии.

— Согласен, — услышала я за спиной голос Олега.

Он все еще держал меня, не пуская лезть вверх.

— Отпусти!

— Дай себе отдышаться. Тебе адреналин в голову ударил. Ты сейчас как пьяная.

— О, да! Это лучше шампанского. Лучше всего…

— Даже секса? — раздался сзади голос Инги.

— Да!

Олег усмехнулся. И от этой его многозначительной, слегка порочной усмешки адреналин в моей крови просто забурлил.

— Полезли еще раз, наперегонки.

— Ладно, давай.

И мы полезли. В этот раз мне показалось, что я просто взлетела наверх. Несколько минут — и я смотрю вниз, чувствую легкое головокружение, и мне очень нравится это чувство. А сейчас я отпущу руки, и будет еще лучше — я полечу!

Но, перед тем, как нажать пищалку, я сделала одну вещь.

Потянулась к Олегу, вцепилась в его плечо. Он обнял меня за талию. Наши губы сблизились…

— Это нарушение техники безопасности! — завопили нам снизу. — Расцепляйтесь!

— Сейчас, — сказал Олег.

И впился в мои губы, коротким, но невероятно пылким поцелуем.

Марина

Потом мне было очень стыдно. Адреналиновое опьянение прошло, наступило похмелье.

Что я наделала? Зачем набросилась на ни в чем не повинного парня с поцелуями? Вот он, наверное, обалдел… Ладно, хоть не оттолкнул меня. Вообще, технически это он меня поцеловал. Но я сделала все для того, чтобы у него не осталось выбора.

В самом прямом смысле прыгнула к нему в объятия, и чуть ли не влезла к нему в рот. Ладно хоть не влезла, предоставив эту сомнительную честь ему. А он… ну, что ему оставалось делать. Не обижать же меня отказом.

Если бы он не стал меня целовать, это был бы чувствительный удар по самолюбию.

— Я адреналиновый алкоголик и чокнутая нимфоманка, — сообщила я Инге.

Мы с ней сидели на скамейке, отдыхали после нескольких забегов вверх по стене. Олег торчал на детском скалодроме — помогал инструктором справляться с нашими детишками.

— О, да! Ты та еще штучка!

— Я серьезно.

— Я тоже. Прямо завидую тебе. Мне тоже понравилось прыгать вниз, но так, как тебя, не вставило.

— Может, дело в том, что я боюсь высоты. А преодоление страха дает самый сильный выброс адреналина.

— Значит, надо срочно сделать что-то, чего я боюсь.

— Зачем?!

— Я тоже хочу, чтобы меня так вштырило! Видела бы ты свои глаза. Безумие в чистом виде!

— Я, и правда, была как пьяная.

— Вот! Я тоже так хочу.

— А чего ты боишься?

— Ну… пауков. Ящериц. И прочую мелкую нечисть.

— Значит, тебе надо съесть парочку. Живьем. Тогда тебе такой адреналин в голову ударит!

— Фу-у, мерзость, — скривилась Инга.

— Точно, точно. Вот, в Таиланде и займись этим. Там все едят гадов. Хотя, насколько я знаю, мертвых.

— Не буду я никого есть! И вообще, это не то…

— Что мне теперь делать? Извиниться?

Я снова вернулась к своей проблеме.

Инга издала громкий фыркающий звук, ну чисто лошадь на конюшне.

— За поцелуй? Думаешь, ему не понравилось?

— Не знаю…

Я заметила, что ко мне бежит Арсений. С него уже сняли страховку. Посмотрев на детский скалодром, я увидела, что Ксюша еще там, карабкается по стене, а Олег стоит рядом и дает ей указания.

— Привет, — обратилась я к Арсению. — Ты уже все?

— Я устал, руки не хотят цепляться.

— Садись, отдыхай.

Я похлопала рукой по скамейке рядом с собой. Но он забрался ко мне на колени.

— Как там Ксюша?

— Папа ей рассказывает, как сгибать руки.

— У нее получается?

— Потихоньку, — серьезным тоном ответил Арсений.

У Инги запищал телефон.

— О, Миша звонит. Наверное, освободился. Скажу, чтобы заехал за мной сюда.

Она отошла в сторону, чтобы поговорить.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Арсений тем временем обнял меня за шею и прижался. Я тоже его обняла. Похоже, ребенку хочется ласки. Может, ему не хватает женского внимания? Олег — все же мужчина, наверное, особо с ним не сюсюкается. Хотя, у него же есть бабушка…

Мы немного пообнимались, я погладила его мягкие светлые волосы. Почти такие же мягкие, как к Ксюши. Дети — чудесные создания. Почему потом, вырастая, они превращаются в засранцев?

Это я некстати вспомнила Егора с Федором. Тоже, наверное, когда-то были милыми мальчиками… Надеюсь, Арсений засранцем не вырастет. Будет умным, добрым и сильным, как его папа.

Мальчишка отстранился и внимательно смотрел на меня своими чистыми голубыми глазами. Потом осторожно потрогал мои волосы. И выдохнул:

— Ты такая красивая…

Я была очень тронута.

— Как настоящая Снегурочка, — продолжил Арсений. — А знаешь, мой папа был на Новый год Дедом Морозом. На работе.

— Здорово.

— Его настоящий Дед Мороз попросил. Он не успевает всех детишек поздравить, ему нужны помощники.

— Да, я знаю про помощников. А у твоего папы была Снегурочка?

— Была. Тоже ненастоящая. А ты почти как настоящая…

Он снова осторожно потрогал мои волосы. Похоже, ребенок думает, что я натуральная снежная блондинка. Он пока не знает, что женщины — коварные обманщицы. На самом деле я шатенка, блондинкой меня сделали в парикмахерской…

Егор

Эта коробочка с кольцом, кажется, уже прожгла дыру в моем кармане. Я таскаю ее с собой третий день, но за все это время у меня ни разу не было возможности не то что остаться наедине с Мариной, а вообще с ней пообщаться!

Она берет трубку, когда я звоню, но очень вежливо меня отшивает. Она всегда занята! To идет с Олегом и детьми на скалодором, то катается с ними же на катке, а сегодня они вообще поехали на картинг.

Федор где-то затихарился. Нежели сдался и отступил? На него не похоже. Наверняка разрабатывает какой-то план. Но сейчас меня, как ни странно, больше беспокоит совсем не он, а этот выскочка Олег, бывший занудный ботан. От Инги я узнал, что он не женат. Это очень плохая новость!

Он грамотно завлекает Марину, она, того и гляди попадется в его сети! Но я не позволю этому случиться. Ксюша должна быть со мной. И Марина, естественно, тоже.

Сегодня среда, я обещал Юльке встретиться с ней. Разберусь с этим — и поеду к Марине. Найду ее, где бы она ни была и вызову на серьезный разговор. Сегодня ей от этого не отвертеться.

Я приехал в "Лаванду" с небольшим опозданием. Юлька будет недовольна. Да мне плевать! Я больше не ее парень, пусть выносит мозг кому-нибудь другому.

Вошел в зал, увидел ее за столиком в углу, сидит спиной ко мне, смотрит в телефон. В груди что-то екнуло… Все же совсем недавно она была для меня очень близким человеком. А теперь мы чужие.

Странно, я думал, она вырядится, как на подиум, чтобы поразить меня. Наденет что-нибудь сексуальное, накрасится и надушится. Но нет. Она в джинсах и свитере, волосы скручены в пучок. Вид бледноватый. Может, она заболела? В груди сжалось еще сильнее.

Так, хватит. Мы расстались. Все.

Я поздоровался, повесил пальто на вешалку, стоявшую у стола. Сел. Посмотрел на Юльку… И увидел Марину.

Она вошла в зал с Олегом. Они огляделись, выбирая столик. Увидели меня. Марина что-то спросила у официанта. И он повел их к лестнице на второй этаж.

Юлька их не заметила, она сидела спиной к залу. Она могла бы узнать Марину, видела ее фотографии в моем выпускном альбоме. И когда-то, в минуту откровенности, я довольно много ей рассказал.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Вроде бы, я решил сначала разобраться с Юлькой. Но мне было очень трудно усидеть на месте, когда я знал, что Марина в соседнем зале с Олегом.