Здесь я устанавливаю правила (СИ) - Бальс Лора

Видя, что Ветров больше не собирается нападать, зажал платком окровавленный нос и принялся расставлять мебель по местам.

— Я не буду вспоминать про годы дружбы — если думаешь, что это для меня пустой звук, ладно! Но, чёрт возьми, Феликс, ты всерьёз хочешь заподозрить меня в такой топорной работе?! По-твоему, я в сговоре с врагом или я и есть враг, и поэтому я уговариваю твою девочку на сложную комбинацию с твоим же участием, при которой ты всё время будешь рядом с ней? С участием кучи охраны, которых, нет никаких сомнений, ты сам будешь отбирать лично и тщательно? Это вместо того чтобы сразу убедить её покинуть дом и устроить якобы побег, а потом сцапать в конце улицы и остаться вне подозрений? Я идиот?!

Феликс молча смотрел на давнего друга. Возражения звучали резонно. Да, ближайший приближённый мог найти способ вытащить Ингу у него из-под носа и остаться вне подозрений. А потом ещё делать вид, что помогает в поисках. Почему так не сделал? Потому что непричастен или план в чём-то ином?

Сомнения уже были посеяны, и развеять их так просто оказалось невозможно.

— Я тебе не верю. Я же сказал её не привлекать, а ты? Зачем тебе так нужно, чтобы все связывали её со мной?

Молотов вздохнул и потёр переносицу.

— Посмотри ты на вещи здраво. Мы в тупике. Сколько уже времени не можем сдвинуться с мёртвой точки. Думаешь, мои козни? Так ведь все отработанные меры с тобой согласованы. Думаешь, не всё на самом деле сделано? Так я не один работал, ребят спроси. Наркодопрос мне устрой, чёрт возьми! — через хладнокровные здравые рассуждения прорвалась обида. — Я тебе и под препаратами всё то же самое повторю! Ты упёрся на своём и без толку рискуешь делом! А про девочку твою и так уже все, кому интересно, наверняка знают! Думаешь, если нас сотрут, она спокойно вернётся к маме? Она уже с тобой завязана!.. План ведь хорош. Это уже не прошлое, когда мы не ждали ничего по-настоящему плохого и не были готовы. Теперь в твоих силах её обезопасить.

На него навалилась усталость. Феликс чувствовал себя постаревшим на пару десятков лет. Подозрения рассыпались, так и не оформившись в неоспоримую уверенность. И всё же что-то по-прежнему царапало и не давало взглянуть на друга так, как прежде.

— Больше никакой активной деятельности, — наконец тяжело обронил он, приняв решение. — С этого дня раздаю поручения и принимаю отчёты я сам. Вообще всеми вопросами занимаюсь сам. Считай, что ты временно отстранён от обязанностей. Узнаю, что куда-нибудь суёшь нос — разговаривать будем по-другому.

По выражению лица начальника охраны ничего нельзя было прочесть.

— Ну молодец. Смотри так всеми не разбросайся. Воевать в одиночку — последнее дело.

Глава 20

Ветрова долго не было. Инга уже посочувствовала горничной и предложила отправляться спать, уверив, что сама разогреет и подаст ужин. Сказала просто из вежливости, понимая, что сама всё равно не уснёт, пока снова не увидит Ветрова. А домработница неожиданно согласилась. Даже странно, Инга думала, та никому не доверит ухаживать за «драгоценным шефом».

Ингу разбирала нервозность. Никак не получалось выкинуть из головы, в каком настроении Ветров уехал утром. Не то взбешённый, не то испуганный… А может, и то и другое вместе. В любом случае, выглядел он как человек, узнавший о новых проблемах и не представляющий, что с ними делать.

Инга бродила от окна к окну, уговаривая себя, что ей-то тревожиться не о чем. Если с Ветровым что-нибудь случится, она лишь автоматически избавится от неприятностей. Ведь сама по себе она никого не интересует, а значит, если одной из враждующих сторон, между которыми она оказалась, не станет, она будет свободна и в безопасности.

Вот только такой вариант избавления совсем не привлекал. Инга уже почти без удивления поймала себя на мысли, что больше всего сейчас хотела бы, чтобы хозяин дома вернулся живым и желательно здоровым. Ненависть к Ветрову растаяла, и теперь она вовсе не желала ему смерти. Уж лучше она ещё на неопределённое время останется здесь, и они вместе попытаются выпутаться из ситуации.

Вообще оказалось, что и любить, и ненавидеть гораздо проще, когда не знаешь человека по-настоящему. Добрые чувства к отцу, злые к Ветрову — теперь всё как-то сгладилось, утратило силу. Она даже не могла злиться на Ветрова за похищение и первые ужасные дни неволи. Обида осталась, чувство несправедливости тоже, но злости и желания поквитаться больше не было.

На что злиться, если он просто действовал в своём духе? Так же, как отец действовал в своём, когда не считался с ней и старался вылепить по-своему. К отцу ведь она не чувствовала зла. Хотя и прежнего тепла теперь тоже не испытывала.

Когда время приблизилось к полуночи, беспокойство сменилось сомнениями. Если бы что-то произошло, охранники бы уже знали и вряд ли вели себя, как ни в чём не бывало. Может, Ветров просто загулял с какой-нибудь девицей, а она тут мечется, как нервная идиотка?

Почему-то мысль утешительной не показалась, наоборот, взвинтила ещё больше. И совсем не в строчку снова вспомнился вчерашний поцелуй. Настойчивость и нежность… Он со всеми так?

Наверное, не был бы богат, всё равно от женщин отбоя бы не было. Уверенный, элегантный, харизматичный… Кем он там в детстве хотел стать? Ветеринаром? Зря не стал. Дамочки бы ради одного такого доктора таскали своих питомцев на приём. Жил бы без всякой грязи, женился, детей бы родили… Хотя о чём это она? Не могут такие жить нормально.

За окном послышалось движение. Однако, выглянув из-за занавески, Инга с удивлением поняла, что приехал вовсе не Ветров. На подъездной дорожке стояла незнакомая чужая машина, а рядом охранник разговаривал с незнакомой же женщиной. Учитывая, что Инга не раз слышала — в этом доме не любят гостей, происходящее выглядело неожиданно.

Движимая любопытством, она вышла на улицу, не тратя времени на переодевания и только накинув куртку поверх тонкого домашнего платья.

— Я здесь подожду, раз уж приехала, — донёсся до неё настойчивый голос незнакомки. — Будет сюрприз! Феликс обрадуется, можешь не сомневаться.

— Послушайте, сюда нельзя посторонним, — с несчастным видом бубнил охранник, судя по монотонному тону, повторяя это уже не в первый раз. — И даже вам нельзя. Все посещения только по приглашению шефа.

— Я не посторонняя, — надменно отрезала незнакомка. — И ко мне эти дурацкие правила не относятся! Я имею право приехать в гости к своему мужчине!

Охранник — Артём, вспомнила Инга его имя, парень, у которого она всего пару дней назад пыталась выпытать нужные для побега сведения — тяжело вздохнул и, похоже, был готов в очередной раз повторить всё те же вежливые дежурные фразы, но взгляд гостьи уже упал на подошедшую Ингу.

— А это ещё кто? Это и есть та девка, для которой мне пришлось выбирать тряпки? О-о! Феликса потянуло на малолеток! Теперь всё ясно! Ей хоть восемнадцать-то есть?!

— Мне девятнадцать, — зачем-то уточнила Инга.

— Поздравляю! — ехидно бросила гостья. — И из какой деревни Гадюкино ты явилась?

— Не из какой. С чего вы взяли? — недоумение по поводу всей этой ситуации позволило сохранить спокойствие.

— Детка, не надо быть ясновидящей, чтобы понять, что ты из себя представляешь! — гостья презрительно фыркнула. — Решила найти богатого папика? Смотри, не подавись!

Неожиданное и несправедливое обвинение обескуражило. Если сразу Инга не имела ничего против незнакомки, теперь та резко стала ей неприятной.

— Уж как-нибудь разберусь, — сухо уверила она. — Вы-то сами зачем заглянули? Что Феликсу передать?

— А ничего не надо передавать, — попытка изобразить улыбку не удалась, получился недобрый оскал. — Я сама его дождусь.

— Вам же сказали: посторонним вход воспрещён, — Инга сама не поняла, как и зачем вступила в нелепые пререкания с незнакомкой, но повести себя разумно и остановиться уже не получилось. — Ждать придётся за оградой.

— А долго ждать-то? — неожиданно милым тоном поинтересовалась гостья. — Подскажи, как коллега коллеге. Тебя одной ему мало, пошёл по клубным девочкам? Поздно после загулов возвращается? Я-то не в курсе, от меня он вечерами не убегал.