Кейт Перри - Проект "Папа"

– Нужно держаться внешней стороны прохода и обойти весь магазин.

– Почему?

– Потому что действительно нужные вещи – на внешней стороне прохода. Внутри всякая бесполезная дрянь, которую без конца рекламируют по телевизору. Ну, вроде хлопьев.

Глаза у Люка загорелись.

– Фруктовое драже! Я сто лет его не пробовал!

Я потянула его за руку, пока он не заметил полуфабрикаты.

– Давай начнем с овощей.

В небольшом споре по поводу нашего меню я победила, настояв на салате и феттучини в его исполнении (блюдо, ради которого стоит умереть). Мы также купили мороженое на десерт и пачку хлопьев для Люка. По пути к кассам мы шли мимо прилавка, где пахло чем-то очень знакомым.

– Не может быть! – воскликнула я.

– Что случилось? – Люк остановил тележку рядом со мной. Не веря своим глазам, я указала на красочную витрину.

– Видишь все эти ароматические штуки?

– Да. – Он взял бутылочку с маслом для массажа и изучил этикетку. – Ну и что?

– Их делает моя соседка по дому.

Когда Рейнбоу рассказывала о своем бизнесе, я представляла себе самодельные средства в разнокалиберных баночках и скляночках. А вместо этого я увидела замечательные дизайнерские упаковки – элегантные, миниатюрные цветные бутылочки, которые так и хотелось купить.

– Выглядит неплохо. – Люк бросил бутылочку в тележку. – Нам нужно будет попробовать.

Нам?

Он зашагал к кассам, а я побежала следом, собираясь спросить, что он имел в виду. Но они с кассиром уже обсуждали футбол, смеясь, как старые друзья.

Вероятно, под «нам» он подразумевал – «нашему величеству»?

Мы быстро добрались до дома Люка. Я надеялась, что успею заглянуть в пакет из магазина игрушек, пока мы будем заносить покупки. Но он шлепнул меня по руке и велел вести себя пристойно.

Я надулась.

Люк легко, вприпрыжку поднялся по лестнице в свою мансарду. Поставил сумки и принялся рыться в карманах в поисках ключей. Я с подозрением уставилась на него.

– Что-то ты весь вечер чересчур оживленный. Он ухмыльнулся мне через плечо и открыл замок.

– Я проведу этот вечер с самым дорогим мне человеком, и поэтому я оживлен. – Он распахнул дверь настежь, подхватил сумки и вошел, оставив дверь открытой для меня.

У меня не было слов. Я потрясенно смотрела, как он скрылся где-то в недрах квартиры. И нечего так удивляться! В конце концов, Люк тоже самый дорогой для меня человек. И все же эта фраза шокировала меня до немоты.

– Эй, пипетка, ты заходишь или нет?

Это быстро вывело меня из ступора.

– Не называй меня пипеткой! – Я направилась в кухню и поставила сумки на стойку. – Я не пипетка, я уже полностью выросла из этого детского прозвища.

Люк выглянул из-за дверцы открытого холодильника.

– Ты такого же роста, как и в тот день, когда мы встретились!

– Это потому что девочки раньше взрослеют.

Он ухмыльнулся и стал чем-то похож на волка.

– Я помню.

Невыносимый! Лучше всего – не обращать на него внимания, поэтому я стала разбирать покупки.

– Я сам этим займусь. – Люк выхватил сыр у меня из рук. – Иди переоденься.

– Переодеться? Зачем?

– Чтобы не запачкать свой костюм. Ты будешь помогать мне готовить.

Я сморщила нос. Я не умею готовить, и Люк это знает.

– Не думаю, что это удачная идея.

– Это отличная идея. – Он бросил на меня хитрый взгляд. – Боишься, что не справишься?

– Кто? Я?! – Черт подери, он знает, как задеть меня за живое.

– Тогда приступай!

– Мне не во что переодеться.

– Ничего, я что-нибудь найду. – Он повел меня по металлической винтовой лестнице в свою берлогу (это его слово, не мое), порылся в ящике, вытащил свою футболку и протянул мне. – Надень это.

– Только это? – пискнула я.

– Она длиннее, чем большинство юбок, которые сейчас носят женщины.

Я уставилась на футболку.

– Но не я!

– Знаю. Очень жаль. – Он дернул меня за прядку, снова выбившуюся из прически. И оставил меня переодеваться.

– Вечно ты стараешься вытащить меня из костюмов, – ворчала я, снимая пиджак.

– Это цель всей моей жизни, – ответил он снизу.

Я скорчила рожу в его сторону и переоделась. Люк был прав – черт его подери! – футболка доходила мне до колен.

И все же было немного неловко бродить по дому мужчины в одной футболке. Мое нижнее белье (да-да, новое, то самое, которое купил Люк) почти не считалось. Оно было тоненькое, как паутинка. Я несколько раз моргнула, когда поняла, о чем я сейчас подумала. По дому мужчины? С каких это пор Люк – мужчина?

То есть я всегда знала, какого он пола, но никогда не осознавала этого. Ну, как, например, предполагается, что кукла Барби – женского пола, но в то же время и нет, потому что она – бесполая.

Люк больше не был бесполым.

Так, меняем ход мыслей.

Ух ты, у него шикарная кровать! Я провела пальцем по одеялу и подумала, как, наверное, здесь уютно спать. Тут же залилась румянцем, когда представила Люка, развалившегося под одеялом, и сбежала оттуда – в смысле, пошла помогать готовить.

Мансарда Люка оформлена в стиле минимализма, и это подчеркивает ее огромность, а с верхней ступеньки она казалась вообще необъятной. Я видела прихожую, жилую зону, кухню в глубине и маленький офис с отдельным входом, похожий на альков.

Не знаю, как Люку это удается, но в его мансарде всегда уютно. Мебель в основном светло-кремовая, но по всему дому встречались и пятна теплых тонов – от больших картин на стенах до подушек и безделушек. Он всегда отдает мне ненужную мебель, но я никак не могу создать такой же уют.

Вот когда у меня будет собственный дом, все изменится.

– Очень вовремя, – сказал Люк, когда я вошла на кухню. – Вот, бери.

Я посмотрела на посудину, которую он мне протягивал.

– Ты что, всерьез хочешь, чтобы я этим занималась?

– А почему нет? – Он достал кастрюлю и поставил ее на маленький огонь.

– Потому что... – Я смутилась под его взглядом, исполненным веры. – Я не Джулия Чайлд [15]. И мои познания в кулинарии ограничиваются умением открывать консервные банки с тунцом.

– Боже, Кэт, ты такая смешная!

– А ты знаешь, что американцы съедают восемнадцать акров пиццы в день? Думаю, нам следует внести лепту в общее дело. – Я поставила миску и потянулась за телефоном, висевшим на стене.

Люк перехватил мою руку прежде, чем я успела снять трубку. Он притянул меня к себе и пальцем поднял мой подбородок.

– Я здесь, я тебе помогу. Это будет просто. Невелика премудрость.

– Точно?

– Думаю, после стольких лет ты могла бы мне доверять.

Сердце сжалось от обиды, прозвучавшей в голосе.

– Я тебе верю. Честно!

– Так вот, я утверждаю, что ты можешь это сделать.

Я смотрела в его ясные глаза и чувствовала, что он говорит не только о приготовлении итальянского блюда, но мой мозг не мог постичь, о чем еще. Он стоял так близко и пах так хорошо, что я почти видела, как его феромоны соблазняют меня змеиным танцем. Я придвинулась еще ближе. Интересно, вкус у него такой же волнующий, как запах?..