Эйлин Кук - Предсказание

Бигси, их йоркширский терьер, вбегает в комнату, колокольчик на шее возвещает о ее приближении. Даже собака в этой семье одета со вкусом, шерсть на голове собрана под розовый шелковый обруч. Родословная этой собачонки куда лучше моей. Ее родословная уходит корнями к собакам, принадлежавшим французской королевской семье в XIX веке.

Я уже понимаю, что время бежит. Сейчас Энн допьет свой чай и мне нужно будет уходить. И больше я ее не увижу. Непохоже, что она еще когда-нибудь пригласит меня на ужин. Я безнадежно окидываю взглядом комнату. Мне нравится этот дом с подобранной в тон мебелью и всякими безделушками, которые стоят больше, чем я зарабатываю за целый год. Мне нравится эта крошечная пушистая собачка королевских кровей. Мне нравятся и эти люди. Неужто они меня не любят? Неужели они просто пожелают мне всего хорошего и распрощаются со мной, глядя, как я удаляюсь прочь в лучах заходящего солнца? К моим глазам подступила горячая волна слез.

— Ну что ж, наверное, мне пора, — пропищала я. Мне необходимо выбраться отсюда раньше, чем образ самоуверенной и независимой женщины разлетится в пух и прах. Руки дрожат, и чай плещется в чашке, выливаясь на блюдце.

— С тобой все в порядке? — Энн наклоняется ко мне и смотрит обеспокоенно. Похоже, у нее закралось подозрение, что я безнадежно и неизлечимо больна. Моя нижняя губа дрожит. Я поспешно встаю, забыв, что на коленях у меня чашка с чаем. Чашка медленно падает и разбивается вдребезги, а осколки разлетаются. Вылившийся чай оставляет на кремовом ворсе ковра огромное пятно. Ковер был выполнен по индивидуальному заказу, выткан вручную турецкой женщиной и привезен сюда. Бигси начинает дико лаять и носиться кругами. Я падаю на колени и начинаю собирать осколки фарфора.

— Простите. — Рукавом свитера я пытаюсь вытереть пятно. — Не знаю, о чем я задумалась. Я заплачу за чистку ковра. Пришлю за ним прямо сегодня. — Теперь уж я по-настоящему плачу.

— Софи, пожалуйста, оставь ты чашку, встань. Это все неважно.

Она тянет меня за рукав, убеждая немедленно встать. Я не могу посмотреть ей в глаза.

— В супермаркете «Сейфуэй» на побережье находится химчистка «Ковровый Доктор». Я сбегаю туда и приведу их, прежде чем пятно засохнет. Это не займет много времени.

Нос хлюпает, пуская пузыри, как кипящий котелок с ведьмовским зельем, слезы текут, падая на ковер. Все пошло не так, как я планировала. Она забирает осколки чашки из моих рук. Одним из них я поранила большой палец, и из него течет кровь. Чудесно, одного чая было недостаточно, теперь на ковер падают и капли крови. Может, чуть позже мне стоит выйти во двор, нарвать там травы и натереть ею ковер, полить все красным вином, раскрутить несколько чернильных ручек, превратив все это в шедевр современного искусства. Энн прикладывает к моему пальцу свой шелковый платок и снова усаживает меня на диван.

— Сделай глубокий вдох. — Она смотрит на мое лицо и передает мне несколько бумажных салфеток. Могу себе представить, на что я похожа. — Все будет хорошо. — Энн поглаживает меня по коленке. Я еле сдерживаюсь, чтобы не броситься ей на грудь и выплакаться как следует. Она, конечно, понимает, что я расстроена, но она и представить себе не может насколько.

— Я так по нему скучаю. Я люблю его, правда люблю. — Я не сдержалась и громко зарыдала, ко мне присоединилась Бигси, пронзительно завыв в знак сочувствия.

— Я знаю. Но ты непременно найдешь себе кого-нибудь и будешь любить его так же сильно. Я уверена, что так и будет. — Энн дает мне еще пригоршню бумажных носовых салфеток. Чуть сморщив нос, она забирает у меня комок мокрых, сопливых салфеток. Думаю, само это уже говорит о том, что я ей не безразлична. Не будет же она так заботиться о ком попало. Теперь-то я полностью уверена, что больше не произвожу на нее впечатления самоуверенной и независимой женщины. Наверное, я кажусь героиней комедийного шоу ну или пациентом, находящимся на серьезном лечении.

— Мне пора идти. Извините за все. Не знаю, что на меня нашло. — Отлично, теперь я еще и психически нестабильна. Если моей чрезмерной эмоциональности не было достаточно, то добавим еще и неуравновешенность, чтобы получить уже полный набор.

— Ничего, все в порядке. Посиди, я сделаю тебе еще чаю.

— Нет, нет, надо идти. Я просто хотела поздравить вас с днем рождения. Честно. Надеюсь, вам понравился торт. Я встаю и, прощаясь с ней, пячусь назад, врезаясь в книжный шкаф. Одна из керамических птиц наверху, зашатавшись, падает на пол. Я наблюдаю, как она раскручивается и ударяет Бигси прямо в ее маленькую голову размером не больше киви. Собачонка издает изумленный визг и убегает. Птица раскалывается на две части. Я закрываю глаза и молю, чтобы птица стала такой, как прежде. Открываю один глаз, чтобы подглядеть. Нет, она в том же состоянии. Этот ковер — настоящая черная дыра, здесь гравитация намного сильнее. Надо думать, мне еще повезло, что я сама не упала на пол. Я открыла рот, чтобы еще раз извиниться, но, кажется, это уже будет перебор. Я просто посмотрела на Энн, на ковер, на разбитую птицу и побежала к двери. Смотреть на собаку с черепно-мозговой травмой было уже выше моих сил.

Глава 22

Скорпион: накануне вечером ничего страшного не случилось — сохраняйте спокойствие. Для исполнения вашего заветного желания потребуется время. Постарайтесь не слишком погружаться в чужие проблемы, иначе не сможете оказать объективную помощь в их решении.

Операция «Поддержка со стороны мамы» прошла не так, как планировалось. Теперь оставалось надеяться, что Энн не расскажетничего Дагу и что собачка все же выживет. Похоже, Бигси потребуется всестороннее лечение, чтобы справиться с посттравматическим стрессом. Может, если мы обратимся к врачу вдвоем с собачкой, то получим скидку на двоих? Может, Энн из женской солидарности не будет больше ставить меня в неудобное положение. Вдруг это сможет стать нашим общим секретом и сблизит нас? Я позвонила в компанию, занимающуюся очисткой ковров, дала им номер своей кредитной карточки Visa и адрес родителей Дага.

Ник сообщил, что Мелани звонила ему на мобильный уже четыре раза. Она все старается назначить дату моего участия в радиопередаче. Ник оставил мне номер ее мобильного телефона и сказал, что выбор за мной. Я сняла трубку телефона и снова повесила ее. Даже придумать не могу, что ей сказать.

Я позвонила Джейн. Рассказала и об ужасном происшествии, и о ковре, и о воющей собаке, и о поддельном домашнем торте, и об обезглавленной коллекционной птице, которая стоит целое состояние. Джейн хороший друг: она не сказала, что предупреждала меня, а просто пришла, принесла мятное мороженое «Баскин и Роббинс» с шоколадной крошкой и позволила мне еще раз как следует выплакаться. Джейн выгуляла Мака, пока я принимала душ и надевала чистую пижаму. Вот в такие трудные времена действительно начинаешь ценить, что у тебя есть настоящий друг. Она уложила меня на диван, укутала в шерстяное одеяло, предварительно нагрев его в сушке. Сказала, чтобы я выбросила все из головы, что завтра она позовет для детей няню, а сама придет ко мне, чтобы помочь справиться с депрессией. Джейн — мастер составлять планы. Если существует на свете хоть один человек, способный составить план, чтобы привести в порядок мою жизнь, то это именно Джейн. Я взяла Мака к себе на диван. Он обнюхал, истоптал все одеяло, пока не нашел себе удобное местечко и не улегся, прижавшись спиной к моей коленке под одеялом. Только его щетинистая мордочка торчала из-под одеяла. Сопеть он начал буквально через пару минут. Его сопение произвело на меня успокаивающее действие, и я тоже уснула.