Кристин Лестер - О чем шептал океан

— Джеймс, прекрати!

— Ну хорошо, хорошо. Я подумал, что у тебя просто великолепно получается заманивать мужчину, при этом он будет абсолютно уверен, что инициатива идет от него. Как, например, сейчас. Ты хочешь соблазнить меня…

— И вовсе нет!

— …как три дня назад собиралась соблазнить его! Прическу сделала. Тебе, кстати, идет. Я чуть не влюбился, когда увидел.

— Нет, ты не сможешь влюбиться в такую, как я! Ты меня сразу предупредил.

— Конечно нет. Это даже не обсуждается… Так о чем мы? Ах да. А вот Антуана мне по-настоящему жаль.

— Это почему?

— Да потому. Когда ты начнешь бегать за мной… — Он расхохотался, увертываясь от ее кулачков. — А ты в любом случае начнешь бегать за мной. Лучше разойдись с Антуаном сразу. Ты не будешь любить его в браке. Ты будешь изменять ему направо и налево, — сказал он уже серьезно.

— Почему?

— Ты знаешь почему. Но главное — ты не будешь счастлива сама. Я серьезно, запомни это, Кэтрин. Зато он и правда любит тебя, вот в чем парадокс!

— Ты считаешь, что любить меня — парадокс?

— Конечно! Ни один нормальный человек добровольно не согласится на такую кабалу.

— Ах так?.. Ах вот как?.. — Она с вызовом смотрела на него, не в силах придумать достойный ответ.

Джеймс легонько провел пальцем по ее лицу.

— Ты хочешь доказать мне обратное?..

— Хочу.

— И я хочу… А ты что имела в виду?

Вместо ответа Кэтрин притянула его к себе и осторожно поцеловала. Джеймс не выдержал, подхватил ее на руки и закружил, погружаясь в страстный поцелуй.

— Мне наплевать, о чем мы вчера договорились, Кэтрин. Я хочу тебя…

— А мне наплевать, что ты никогда не сможешь влюбиться в меня…

Она обхватывала его талию ногами, и Джеймс понял, что сегодня долгой прелюдии у него просто не получится. Он слишком долго терпел. Он слишком долго ждал ее. Он слишком долго смотрел, как она делает это с другими мужчинами…

Вода была теплая и ласковая. Вода не оставляла им никакого выбора, и счастливая Кэтрин растворялась в этой стихии. Она растекалась по лиловым волнам, распадалась на тысячи мелких бликов, словно нежный лунный свет, посеребривший их разгоряченные тела.

Теперь ей было все равно, что будет завтра и что Джеймс о ней подумает. Ей было все равно, что станет с ее «перезагрузкой системы» и какие новые ощущения поселит в ней этот мужчина.

В эту ночь она любила Джеймса. В эту ночь Кэтрин впервые за свои почти тридцать лет поняла, какой бывает настоящая любовь. Завтра это чувство, возможно, пройдет, но сегодня оно властвует над ней. И это прекрасно! — думала она, отдаваясь Джеймсу. Прекрасно потому, что теперь она сама выбирала, кого любить, а не позволяла любить себя «и все равно, кто это будет делать».

Сегодня она выбрала Джеймса. По каким причинам их свела судьба и почему Всевышнему это было угодно, ей было все равно. Но Кэтрин точно знала, что это не очередной каприз избалованной пресытившейся женщины, а именно судьба.

А он жадно выпивал ее и тут же наполнял собою до краев. Он кружил с нею в воде, жадно прижимая к себе; выносил на песок, где нежно покрывал ее тело поцелуями; уводил ее подальше от берега в лес, чтобы не потревожить Софию, и они снова неистово любили друг друга… А потом они опять возвращались в воду, с которой все началось и которая обвенчала их.

Вода остужала их тела, давала отдых и свежие силы и тут же коварно бросала обратно — в объятия друг друга. До самого рассвета. А волны шептали, шептали им свою вечную песню…

12

Утром их разбудил стрекот вертолетов и голоса. София первая вскочила с сундука, на котором устроилась вчера, и, бесцеремонно перепрыгнув через обнявшихся Кэтрин и Джеймса, побежала на берег. Там начиналась суета.

Вот и все! — подумала Кэтрин и чуть не заплакала. Сейчас всего этого не станет, снова — переброс из одной реальности в другую, болезненный шок, и сказка закончится.

Джеймс встревоженно смотрел на нее и, похоже, думал о том же.

— Кэтрин, я не хочу тебя отпускать.

Ей вдруг так сильно захотелось сделать что-нибудь на прощание, сказать что-нибудь важное, поставить ощутимую точку… Ведь этот странный, ни на что не похожий роман ни во что не разовьется… Только точка.

— Джеймс! — Она поцеловала его. — Мне будет очень… мне… жаль, что так все быстро заканчивается, в общем.

— А что заканчивается?

— Наш рай. — Она вздохнула. — Хотя перезагрузка еще не состоялась.

Он нахмурился.

— Какая перезагрузка? Почему ты прощаешься?

— Потому что мы возвращаемся в нашу прежнюю жизнь. Господи, как я ее ненавижу!

— А разве в прежней жизни нас не было?

— Нас не было. Был ты. И была я. А еще был Антуан и…

— Ах да. Я и забыл про него. — Джеймс отпустил ее и отвернулся.

— О господи, Джеймс, прости меня! Я вовсе не об этом сейчас думала. Просто у каждого из нас своя жизнь. Ведь так? — Она помолчала, ожидая его возражений, и, не дождавшись, грустно продолжила: — И вряд ли ты будешь долго вспоминать это наше несерьезное приключение…

— Несерьезное?.. Впрочем, да, конечно, — сухо сказал он, поднялся и начал одеваться. — Я понимаю. Антуан.

— Да при чем тут Антуан?! — закричала Кэтрин. — Ты же сам бросишь меня, потому что… Ты сам говорил.

На несколько секунд оба замерли, глядя друг другу в лицо.

— Ты в самом деле так думаешь? — тихо спросил Джеймс.

Кэтрин поднялась и встала рядом с ним. Она вся дрожала.

— Я просто не хочу оказаться смешной. Бегать за тобой…

Он кивнул:

— Понятно. Сегодня ночью мне показалось, что в твоей голове появилась истина. Но это мне только показалось. Вообще-то я думал, что тебе не придется бегать за мной. И мы больше не отпустим друг друга. По крайней мере, попробуем.

— Джеймс, я тоже не хочу отпускать тебя, но…

Она нежно поцеловала его. Ей хотелось плакать. Ей хотелось послать к черту вертолет и попросить оставить их здесь. Еще на неделю. Еще не закончена перезагрузка системы… Она еще ничего не понимает. Она пока не знает, что делать дальше, ей нельзя принимать серьезных решений…

— Я приеду к тебе на Рождество, — прошептала она.

— Ты хочешь меня утешить?

— Джеймс! Не надо так! Мне тоже тяжело.

— В самом деле?

В это время на пляже раздался голос Антуана:

— Где она?! Вы можете мне наконец!.. Кэтрин! Кэтрин!

Она в ужасе отступила от Джеймса и принялась судорожно одеваться.

Джеймс внимательно наблюдал, как она натягивает шорты, еще мокрые после вчерашней ночной воды… Лицо его стало жестким и замкнутым.

— Правильно. Не нужно, чтобы он видел нас вместе. Не дай бог еще свадьба расстроится! — Он резко развернулся и пошел к выходу.