Линда Уиздом - Незваный гость

Кали размякла от прикосновений Тревиса.

– Если ты готов к самому худшему, то, что же для тебя самое лучшее? – прошептала она, положив согнутую ногу на его мускулистое бедро. Она уткнулась лицом в его предплечье, жадно вдыхая аромат его кожи. Кали решила, что от Тревиса пахнет чем-то темным и опасным, но другой запах ему бы просто не подошел.

Его рот страстно впился в ее губы. Он пригласил Кали участвовать в любовном танце, и их языки на секунду встретились и нежно изогнулись. Когда язык Кали погрузился ему в рот, Тревис ощутил, как по его телу прошел мощный ток страсти. Он отнюдь не был монахом и мог бы вспомнить о многих мимолетных связях, но ни одна из женщин не действовала на него подобно Кали. А она только улыбалась ему и распаляла все больше и больше.

– Для бывшей модели у тебя весьма сексуальное тело, моя дорогая, – тихо произнес он и расцеловал ее щеку. Кали сомкнула веки, и он нежно, почти воздушно прикоснулся к ним. Потом принялся ласкать ей грудь. – Большинство из них просто кожа да кости, а у тебя тут целое богатство. – Он подтвердил свою теорию, приподняв ее округлую грудь, и припал к ней губами. Он любовно поцеловал каждый дюйм.

Теперь Кали совсем забыла о холоде. Все ее тело пылало. Разве смогла бы она согреться без Тревиса? От его губ ее кровь закипала, словно лава.

Однако сама она прикасалась к Тревису робко, и ее руки как бы преодолевали внутреннее сопротивление. Блейн не признавал в сексе активных партнерш. Да и был ли секс в их союзе, усомнилась Кали. Она узнала, что это значит, лишь теперь, когда Тревис пробудил в ней смелость, и она почувствовала, как прекрасны прикосновения к мужскому телу.

– Ты хоть понимаешь, что ты делаешь, дотрагиваясь до меня? – спросил он низким голосом и положил свою руку ей на ладонь, пока она осторожно поглаживала его член. Тревис таким образом давал ей понять, что ему больше нравится.

Она виновато потупилась.

– Я надеялась, что мы с тобой чувствуем одно и то же.

Тревис лег на спину и подтянул Кали к себе. Она наклонилась над ним, ее длинные волосы шелковым занавесом опустились на лицо. Тревис провел пальцем по ее влажной нижней губе, распухшей от его поцелуев.

– С тобой я чувствую себя самым мощным и активным мужчиной на свете, – мягко проговорил он. – Я чувствую себя победителем. Кали, ты так прекрасна и сексуальна, что я готов сидеть с тобой в этой хижине вдали от всех. Я хочу, чтобы ты принадлежала только мне. Я боюсь, что кто-нибудь увидит, как ты хороша, и уведет тебя от меня.

Кали покачала головой.

– Именно это меня и пугает, – призналась она. – Чувства слишком сильны, и мы не знаем, куда они нас заведут. Ну, конечно, кроме постели, – с лукавой гримасой добавила она.

– А что в этом плохого? – спросил он и хитровато улыбнулся. А потом взял ее за талию и, приподняв, опустил себе на бедра.

Кали не так уж часто оказывалась в постели в подобной позиции, но надеялась, что тело само подскажет, что и как делать, и она не разочарует его. Тревис держал руки у нее на бедрах и помогал двигаться в нужном ритме. Она посмотрела ему в лицо, потемневшее от желания. Его глаза ярко горели. Он полностью погрузился в водоворот страсти.

– Теперь моя очередь. Кали, – прошептал Тревис. От его голоса у нее зарделось лицо, и она прикрыла глаза. – Уступи мне, будь хорошей девочкой.

Кали послушно откинулась на простыни и только застонала, когда он вошел в нее. Ее тело уже не сжималось конвульсивно, словно реагируя так на чужое вторжение. Она больше ничего не боялась, ведь Тревис все время оберегал ее от боли. Когда она в очередной раз открыла глаза и поглядела ему в лицо, то увидела в нем нечто большее, чем страсть. И если бы смогла осознать, то заметила бы, как из черной бездны его глаз засияла любовь. Кали не сдержала громких возгласов, когда сильный оргазм начал волнами сотрясать ее тело.

– Неужели я прожила столько лет, не зная, сколько наслаждений дарит близость с мужчиной?

– Лучше подумай, сколько лет, наполненных подобным наслаждением, у нас впереди, – прошептал Тревис и достал одеяла. Они укутались, потому что в комнате по-прежнему было холодно.

В сознании Кали вновь зашевелился страх, но тут же исчез. Как она может погрузиться во мрак, когда рядом с ней верный защитник, отгоняющий от нее кошмары прошлого?

– Как я хочу, чтобы ты встал и приготовил отличный завтрак. – Она сладко вздохнула под теплым одеялом, хотя Тревис согревал ее гораздо сильнее.

– Можешь хотеть сколько угодно, но боюсь, что завтрак будет несъедобным, – улыбнулся он.

Кали скорчила гримасу.

– Похоже, что мне опять отправляться на кухню.

– Прекрасная идея. Я мечтаю о ветчине с яйцами, мясном рагу, пироге с брусникой или кукурузных лепешках, а главное, о кофе.

Перед тем как встать с кровати, Кали ущипнула Тревиса. В ответ он тут же похлопал ее по заду. Она взвизгнула и вскочила, собираясь ударить его, но взглянула на его обнаженное тело и тут же передумала.

– Советую забыть о всяких пирогах с брусникой и кукурузных лепешках, – заявила она и обиженно хмыкнула. Потом надела теплый халат и вышла из комнаты.

– Я прошу тебя приготовить хоть что-нибудь, но обязательно на двоих, – крикнул ей вслед Тревис, а потом встал и натянул джинсы.

Тревис обрадовался, увидев на столе разогретые пирожки с брусникой, бекон и яйца. Однако Кали не стала ему во всем потакать. Она достала пирожки из холодильника, но они по-прежнему были вкусными. Тревис с удовольствием сообщил ей об этом, поблагодарил и расцеловал.

– Сначала я подумал, что нам стоит прогуляться по окрестностям, но мы поздно позавтракали и, похоже, не успеем дотемна вернуться, – сказал Тревис, когда они встали из-за стола.

– Может быть, завтра я отвезу тебя к Алфу, – предложила она. – Он живет неподалеку от ручья.

– А что он собой представляет, этот Алф?

– Сам поглядишь и узнаешь. – Она ограничилась этим загадочным замечанием и больше ничего не добавила, как ни допытывался Тревис.

Кали покормила лошадей, вычистила конюшню, а потом прогулялась с Тревисом по своим владениям, показывая ему ручеек позади дома, лужайку и заросли кустарника, которые вскоре должны были покрыться цветами.

– Знаешь, многие здесь до сих пор живут по старинке, а некоторые приобретают все технические новинки, – рассказывала Кали, когда они двинулись по узкой тропинке. – Кое-кто не имеет даже радио, а их соседи установили спутниковую телеантенну. Тут, в нашем штате, полно противоречий, но не представляю, как бы я жила где-нибудь еще.

– Почему ты никогда не рассказывала о прошлом? Неужели это такая тайна?

Она пожала плечами.

– Наверное, я хочу оставить хоть что-то для себя. Не то, чтобы я стыдилась собственного происхождения, в конце концов, многие знаменитости не могли похвастаться достойными предками. И я не пыталась что-то утаить. Просто у меня должно быть что-то свое. Я была счастлива, когда мой агент в этом со мной согласился.