Мэри Дэвидсон - Ложь любви

- Ух, ты, - пробормотал Дерик, собирая салфетки и сливочный сыр. - Я оставлю вас нае…

- Говорю тебе в последний раз, - сквозь зубы проговорила Эшли, - что я не желаю видеть ни тебя, ни твоих денег; не хочу…

- Мне все равно - ласково откликнулся Виктор, что заставило ее ненадолго замолчать. Ненадолго, через пару секунд она снова заорала.

- Забери деньги!

- Не-а.

- Сделай это, Виктор.

- Сама сделай, если думаешь, что это так просто. Деньги уже у них, и их не вернут. Все сделано, Эшли. Кстати, они собирались послать к тебе приставов. Ай-ай-ай!

Она почувствовала, что краснеет от унижения, и на секунду подумала, что от вспышки гнева упадет в обморок. Дерик заметил это с некоторой тревогой, поднялся и шагнул к ней. Когда она заговорила сквозь сжатые зубы, он едва ее понял.

- Отмени. Этот. Чек.

- Не могу. Это был электронный перевод.

Она глубоко вздохнула, и оба мужчины услышали в ее голосе натянутое спокойствие.

- Я говорю тебе в последний раз, держись от меня подальше. Ты можешь быть рядом с ребенком, но не со мной. Больше никогда.

- Извини, - беззаботно ответил Вик. - Ты и ребенок вроде как "два в одном".

- Оставь меня, Виктор.

- Не могу.

Она снова глубоко вздохнула и выдала заведомую ложь.

- Если не отстанешь, я сделаю аборт. Тогда у тебя вообще не будет повода.

Он улыбнулся ей холодной улыбкой, от которой ее сердце сжалось в груди.

- Отличная попытка.

- Не надо меня недооценивать: я на многое готова, лишь бы от тебя избавиться. Если это то, что требуется, я это сделаю и буду считать, что мне посчастливилось отделаться от твоих преследований.

Вик сузил глаза. А когда заговорил, то голос был очень спокойный, почти радостный.

- Неудивительно, что я принял тебя за Кристал той ночью.

- О, Господи, Виктор, - простонал Дерик.

Эшли не хотела показывать, как сильно он только что ее обидел. Сравнение с бывшей женой раздавило зачатки сочувствия, которые у нее к нему были. Был только один способ, как она могла завершить это, разыграть свой козырь и стать свободной. Она открыла кошелек и вытащила оттуда визитку доктора Оупиц, подняв карточку. Виктор, богатенький мальчик, понятия не имел, как она умела сохранять внешнее спокойствие, уж этому в государственных приютах учились с детства.

- Видел? - ласково спросила она. - Вот, я к ней записалась. Пойду я или нет, чтобы сделать это, зависит от тебя, Вик.

Он потерял контроль. Рванул к ней через маты, притормозив только тогда, когда Дерик бросился между ним и Эшли.

- Стоояааать!

Он остановился. Эшли глянула на него из-за плеча Дерика. Она помахала ему визиткой, но это не помогло - Вик уже взял себя в руки. И каким-то нелепым образом, был ей благодарен. Это облегчало его безнравственную задачу.

Дерик выдохнул.

- Ладно, мне уже надоело смотреть, как вы терзаете друг друга.

- Тогда уходи - ровно сказал Вик.

- Эй, это же мой доджо, верно? Когда я соглашался встретиться с тобой для тренировки, я не знал, что ты имел в виду, что мне предстоит предоставить татами для самой главной дуэли века. Если вы двое хотите вести себя как гордые и упрямые ослы, делайте это в другом месте. А, проехали! - заорал он, прежде чем кто-то из них успел произнести хоть слово. - Я уйду. Попытайтесь выйти отсюда в целости и сохранности.

- Что ж, - произнес Виктор, когда они остались одни.

- Что теперь? - резко спросила она.

- Теперь я придушу тебя, за то, что угрожала избавиться от моего нерожденного ребенка, - холодно отозвался мужчина.

- Мне не пришлось бы этого делать, если бы ты не был таким властным, высокомерным диктатором.

- Давай прекратим это, ладно? Дерик прав, это просто смешно. Это все капризы. Ты выйдешь за меня замуж.

Она пнула стол. Сильно.

- Ты слушаешь, но ты не слышишь! Я тебя не хочу!

- А это, - произнес он с горящими глазами, - ложь.

- Ты знаешь, о чем я, - ответила она, краснея.

- Да, и мне все равно. Я совершил ужасный поступок, Эшли, но я люблю тебя и думаю, ты любишь меня. Если бы это было не так, возможно я бы смог все забыть и оставить тебя в покое. Но это правда. Как я могу уйти от тебя? От ребенка? Помнишь, как ты рассказывала, что мать бросила тебя?

Она кивнула, настороженно глядя на него. Он знал, что она жалеет о том, что доверилась ему. Это немного огорчало, но он не показал этого.

- Я сказал тогда, что не отпустил бы тебя без борьбы. Ты думаешь, я солгал? - говорил он с мягкой настойчивостью. - Я был серьезен тогда и борюсь за тебя сейчас. Ради тебя борюсь с тобой, и с теми ужасными воспоминаниями об одной кошмарной ночи.

Она покачала головой.

- Все уже сделано, Виктор. Ничего не отменить.

- Но можно пережить. Попытаться найти что-то хорошее в том, что случилось, - ее глаза расширились. - Я очень рад ребенку. Я уже дважды прочитал "Чего ожидать, когда ты в ожидании".

- Правда?

- Да, я собираю коллекцию книг для беременных. Ребенок - это не проблема, как ты не понимаешь? Ребенок - это то лучшее, что случилось той ночью. Мы должны пережить то, что произошло, и двигаться дальше.

Прошу, выслушай, молил он. Прошу, дай мне шанс. Не заставляй меня делать это. Боже, я не хочу этого делать.

- Ты говоришь, будто это так легко, - ответила она тоскливо. - Но мы слишком разные.

- Это нелегко, - признал он, - но я знаю, что мы пройдем через это, если ты дашь мне шанс. Ты говоришь, что мне нельзя доверять, но выгляни из своего мирка и оглянись. За прошлые пару недель ты только и делала, что убегала, ты была намерена скрывать от меня ребенка и вырастить его сама, не говоря мне ни слова. Затем, когда я попытался облегчить твое финансовое положение, ты пригрозила абортом. - Она скривилась, но он был неумолим. - Кому же из нас нельзя доверять?

- Я просто… просто сделала то, что должна была сделать.

- Я знаю.

- Уходи, Виктор. Все, что у тебя есть - это слова. И они не изменят того, что случилось. Оставь меня в покое. - Она придала голосу твердость. - Оставь меня в покое или пожалеешь.

Она ждала, что он отступит, уйдет. Долго же ей пришлось бы ждать.

Боже, помоги мне. Помоги сделать это.

- Ты доказала, что ты готова пойти на все, лишь бы оказаться от меня подальше, даже угрожала убийством своего ребенка. И именно поэтому ты выйдешь за меня замуж.

- Я не…

Ее блеф оказался ключом к ситуации. Он ни на минуту не поверил, что она сделает аборт, но она должна была думать, что он поверил. В каком-то смысле, она оказала ему услугу.

- Я обнаружил записи о твоем приговоре, - сказал он, открывая первую карту в раскладе.

- Моем… что? - ее глаза расширились от страха: она поняла.