Катя Риз - Почти любовь, почти падение (СИ)

   - Такси тебя внизу ждёт, - сказала ей Юлиана, подойдя и беря Катю под руку. - И не плачь больше, слышишь?

   - Я не плачу.

   - Так держать. Они того не стоят, запомни.

   На это заявление Пушкарёва никак не отреагировала. Не сказала ничего, даже не кивнула. Вошла в подъехавший, наконец, лифт и тогда уже Виноградовой благодарно улыбнулась. Была уверена, что за эту ночь сможет найти какое-то решение, сможет пережить, понять, что же дальше. Как дальше без Андрея, без той атмосферы чуда, в которой она жила последние месяцы. Месяцы! А тут необходимо за одну ночь, все осколки, на которые она рассыпалась, собрать и склеить, и чтобы на этот раз все трещины и острые углы внутри оказались, ни для кого не видимые. Справится ли?

   За всю ночь, кажется, ни минуты не спала. От ужина отказалась, ушла к себе, сославшись на усталость и завтрашний совет, перед которым нужно отдохнуть, свет в комнате сразу выключила и лежала, глядя в темноту. Глаза почему-то отказывались закрываться. А потом Андрей позвонил, чего Катя и правда не ожидала. Но он позвонил, телефон в тишине квартиры исходил оглушительным жужжанием и громкой мелодией, даже подпрыгивал на столе. Экран светился, и Катя видела имя Андрея, появившееся на дисплее, но так и не ответила. Не решилась, даже не дотронулась до телефона. Он так и заливался, а Катя с ума сходила, слушая знакомую мелодию, такая же у Андрея на телефоне была. Потом в подушку уткнулась и заплакала.

   Зачем Малиновский ей всё рассказал? Она не хотела бы такое знать. Просто расстались бы с Андреем в своё время, она бы пережила, как-нибудь, но такое знать она совсем не хотела.

   Катя многое бы отдала, чтобы не ходить на работу на следующий день. Просто боялась идти, встречаться со Ждановым. И не пошла бы, наверное, первый раз в жизни притворившись больной, и осталась дома. И Андрей не посмел бы возразить, а наоборот, волноваться за неё стал. По крайней мере, в это хотелось верить. И всё было бы именно так, если бы не совет директоров. Его пропустить Катя права не имела. Малиновский и Жданов без неё не справятся, а если не справятся, то они все зависнут над пропастью, и пострадает очень много невинных людей. Взять на себя такую ответственность, Катя никогда бы не решилась. Столько смелости у неё нет. В чём бы ни были виноваты Жданов и Малиновский, подвести "Зималетто" она не имеет право, слишком много сил вложено, правильно родители говорят: она практически растворилась в этой работе. А так, наверное, нельзя. В следующий раз она подобной ошибки постарается не совершать.

   Роман Дмитрич ещё что-то о мести говорил, предупреждал её, просил глупостей не делать. Боялся, что она Андрею решит досадить, отыграться попытается, и Катя знала, что переубеждать Малиновского бесполезно. Он никогда не поверит, что все её планы мести, которые если и возникали в её голове, в разгар раздумий, разбивались о воспоминания об Андрее, о таком, каким он был с ней наедине, а от этого удушающая тоска и горечь, и никакой злости. Разве что обида на судьбу, за то, что для неё всё закончилось, слишком быстро, слишком некрасиво.

   Катя шла от автобусной остановки к зданию "Зималетто", когда её догнала машина. Мягко сбавила скорость, а затем и посигналила коротко. Пушкарёва в первую секунду подумала, что это Андрей, её даже жаром окатило изнутри, словно это не она всю ночь проплакала, перебирая в уме промахи Жданова. Но обернулась, увидела машину Малиновского и почувствовала разочарование. И с настороженностью наблюдала, как опускается стекло со стороны водителя.

   - Здравствуйте, Катя.

   Она лишь коротко кивнула, на Малиновского ей даже смотреть не хотелось. Пошла дальше, а Роман Дмитрич вдруг предложил:

   - Садитесь в машину, я вас подвезу.

   Пушкарёва усмехнулась, и шаг не сбавила.

   - Оставшиеся пятьдесят метров я сама дойду. Как-нибудь.

   Машина Малиновского медленно двигалась за ней.

   - Я хотел бы с вами поговорить.

   - Да? Что-то забыли?

   Рома от её тона явственно поморщился.

   - Извиниться хотел. Кажется, я вчера переборщил.

   - С правдой? Ну что вы, с правдой переборщить нельзя, Роман Дмитрич. Она такая, какая есть. Вы ведь мне правду сказали?

   Как хотелось, чтобы он сейчас сознался в обмане, но нет, Малиновский кивнул.

   - Правду.

   - Вот видите.

   - Но боюсь, что прозвучало всё... несколько грубо. Катя, лично против вас мы ничего не имели. Просто обстоятельства так сложились. Нужно было что-то предпринять. Да ещё Зорькин ваш...

   Катя бросила на него обеспокоенный взгляд.

   - При чём тут Коля?

   Малиновский даже по рулю ударил, не сдержался.

   - Но вы же ему всё рассказали! Всё, Катя, и сразу!

   Пушкарёва остановилась и на Рому посмотрела.

   - Я советовалась с ним. Он прекрасный специалист!

   - Но нам-то вы этого не объяснили! - Рома остановил машину. - А он постоянно рядом с вами крутится, визитки свои с улыбочкой всем рассовывает по карманам! А потом "НикаМода" появилась!..

   Катя усмехнулась, удивлённая.

   - У вас мания преследования.

   - Нет. Просто "Зималетто" слишком много значит, для нас всех.

   У Кати вырвался несчастный вздох.

   - А сейчас вы чего хотите, Роман Дмитрич?

   - Я хочу быть уверен, что сегодня на совете вы не наделаете ошибок. - Рома смотрел на неё в упор, чуть на руль навалился, обняв его двумя руками, и выглядел в этот момент до неприличия самоуверенным. Катя под его взглядом переступила с ноги на ногу.

   - По-моему, вы вчера очень доходчиво мне объяснили, Роман Дмитрич, что если я посмею сделать что-то не то, то ударит это в первую очередь по мне. И по Зорькину.

   - Наши со Ждановым имена там тоже фигурировали, Катя.

   - Да, но вас-то мне не жалко. - Сделала паузу, после чего добавила: - По вашим же словам.

   Рома смотрел на неё снизу вверх, взгляд очень серьёзный и сосредоточенный, и поэтому Катя совсем не ожидала, что он улыбнётся.

   - А вы умеете удивлять, Катя. Может, на это Жданов и попался?

   Катя тут же почувствовала жгучую обиду, и посоветовала ему:

   - Не лезьте не в своё дело.

   Она пошла дальше, не оборачиваясь, а когда машина Малиновского свернула на стоянку, шаг ускорила. Не хотелось с ним в лифте оказаться, никак не хотелось.

   А вот с Андреем Катя встретилась значительно позже, причём по собственной инициативе тянула с этим. Пришла раньше него, папку с отчётом схватила и убежала, до ужаса боясь встречи со Ждановым. Совершенно не представляла, что почувствует и как отреагирует на простое приветствие с его стороны. Устроилась в приёмной у Светы и Тани Пончевой, перед большим ксероксом, и принялась копии отчёта делать для всех членов совета директоров. И только чутко прислушивалась к происходящему в служебных коридорах, почти не обращая внимания на болтовню подруг. Один раз мимо прошёл Малиновский, с женсоветчицами поздоровался, а встретившись взглядом с Катей, тут же улыбаться перестал, развернулся и ушёл.