Хейли Норт - Ложь и любовь

– Гас… – начал Паркер.

– Скажи-ка, в школе запрещалось ругаться, я угадала? – перебила Мэг.

Гас кивнул.

– А когда ты ругался, на тебя все обращали внимание, правда?

Гас снова кивнул, уголки его все еще дрожащих губ чуть приподнялись в улыбке.

– Ну так мы будем действовать по-другому, – отрывисто проговорила она. – Твой дядя и я будем отвечать только на вежливую, интеллигентную речь, только когда ты будешь говорить тем языком, который подобает Понтье из Понтье-Плейс.

Паркер сдержал усмешку. Он искренне восхищался тем, как Мэг не погнушалась воспользоваться в своих интересах ребяческим снобизмом Гаса. Гасу действительно не помешало бы вымыть рот с мылом. Обращаясь к племяннику, Паркер серьезно сказал:

– Мэг права.

Мальчик посмотрел поочередно на обоих взрослых, затем уставился на свои руки и упрямо пробормотал:

– Хрен я вам поверил.

Мэг собрала остатки оберток от сандвичей и пустые пакетики от кетчупа и бросила на поднос.

– Когда мы проезжали по автостраде, я видела, что «Уолмарт» не так далеко отсюда. Я как раз просыпалась, когда мы проезжали мимо него.

– Я уже сказал, – Гас повысил голос, – что не собираюсь ничего надевать из этого вонючего «Уолмарта»!

Парочка, сидящая за соседним столиком, повернулась и уставилась на них с явным любопытством. Паркер уже искренне пожелал никогда не иметь дела ни с «Макдоналдсами», ни с «Уолмартами», ни с избалованными племянниками.

– Вы готовы? – спросила Мэг.

Паркер встал, спрашивая себя, что им делать, если Гас не пожелает подняться. Мальчишка уже барабанил каблуком ботинка по ножке стула с яростью, не предвещавшей ничего хорошего. Не глядя на Гаса и обращаясь исключительно к Паркеру, Мэг сказала:

– У них там в «Уолмарте» бывают отличные перочинные ножички.

«Значит, она заметила тогда ножик Гаса», – подумал Паркер, отдавая должное наблюдательности Мэг.

Паркер бросил поднос в контейнер. Двигаясь со скоростью разомлевшего на солнышке аллигатора, Гас вытащил, вернее, выволок из-под стола сначала одну ногу, потом другую, затем поднял свое худенькое тело с пластикового стула.

– Я иду, – заявил он с бунтарским видом, – но не рассчитывайте, что мне понравится та дрянь, которой они торгуют.

Мэг улыбнулась. Паркер пошел вперед и придержал дверь для Мэг и племянника. Странно, но у него ненадолго возникло ощущение, что он неожиданно приобрел семью. И ощущение не было неприятным.

Три часа спустя уже Мэг придержала дверь в дом, а Паркер вошел, ведя под руку сонного Гаса. Гас был в широких шортах по колено и необъятных размеров футболке, почти такой же длины, как шорты. И то и другое он сам выбрал в «Уолмарте». Гас также выбрал туристические ботинки на толстой подошве, серые носки и перочинный ножик.

Мэг взяла на себя покупку нижнего белья, пижам и зубной щетки – предметов, которые по вполне понятным причинам не интересовали Гаса, увлеченно играющего с новым ножичком. Все это вместе обошлось Паркеру в сто пятьдесят долларов – довольно выгодная сделка, если учесть, что за весь обратный путь до Нового Орлеана Гас больше ни разу не заикнулся о том, что не желает ничего покупать в дешевом магазине.

В особняке горели все окна, вдоль подъездной аллеи выстроилась вереница машин. Сейчас Мэг меньше всего на свете хотелось бы знакомиться с еще одной порцией друзей и родственников Понтье.

– Давайте сразу уложим его в постель, – прошептала она Паркеру.

Из бокового коридора появился Хортон.

– Добрый вечер, миссис Мэг, мистер Паркер, мистер Гас.

– Кто у нас в гостях? – спросил Паркер.

Хортон поднял руку и стал загибать пальцы. Мэг с удивлением отметила, что он по-прежнему в белых перчатках, на которых за весь день не появилось ни единого пятнышка.

– Гравье, Миллисенты, Беннингзы, Дюфуры. Ах да, звонила мисс Лежен. Она отдельно спрашивала о вас.

Интересно, кто такая эта мисс Лежен? Мэг быстро покосилась на Паркера, пытаясь понять его реакцию, но тот просто сказал:

– Я вернусь чуть позже. Сейчас нам нужно уложить Гаса в постель, кстати, перед этим ему не мешает помыться.

– Эй, я не ложусь спать в такую рань! – Сонливость Гаса мгновенно прошла, он стряхнул с себя руку Паркера, занял бойцовскую стойку и с вызовом бросил: – Только попробуйте заставить меня!

– Хортон, на ту телеграмму был какой-нибудь ответ?

– Нет, сэр. – Хортон протянул руку Гасу. – Может, начнем с ванны?

– О, не утруждайте себя, – ответила Мэг. Паркер удивился.

– Хортон нас вырастил, знаете ли.

Мэг смутилась. Интересно, какую должность занимает этот Хортон? Дворецкого, горничной, няньки? По важному виду Хортона не скажешь, что в его обязанности входит присматривать за купанием десятилетнего мальчика.

– Вы предпочитаете заняться этим сами? – вежливо поинтересовался Хортон.

Мэг подумала о перспективе предстать перед гостями, которых он только что перечислил. Стоит ли говорить, что все они умирают от любопытства и им не терпится взглянуть на новоиспеченную вдову Жюля.

– Да, пожалуй.

Гас уставился на нее с открытым ртом.

– Я вас даже не знаю толком и не собираюсь перед вами раздеваться!

Мэг округлила глаза.

– Ради Бога, Гас, я вовсе не рвусь увидеть тебя голым. Только чистым.

– Спасибо, Хортон, – сказал Паркер, – я провожу Мэг и Гаса в комнату мальчика. – Он указал на широкую элегантную лестницу, расположенную в дальней части вестибюля, и скомандовал Гасу: – Вперед! Мы идем сразу за тобой.

– Мне нравится ходить грязным, – пробурчал Гас, однако подчинился приказу и даже побежал вверх по лестнице, перескакивая через ступеньку.

– Хортон, вещи Мэг уже доставлены? – спросил Паркер.

Хортон кивнул:

– Я велел поместить их в бургундские покои.

Мэг заметила, что у Паркера усталый вид. Он еще некоторое время обсуждал какие-то вопросы с Хортоном, но она, уже не прислушиваясь к их разговору, огляделась. С тех пор как они несколько часов назад уехали в Миссисипи, в вестибюле прибавилось еще несколько букетов.

– Вы вернулись как раз вовремя! – раздался голос Понтье-старшего. Он проехал на инвалидной коляске по коридору и остановился перед Мэг и Паркером. – Им надо подать еще еды, – обратился старик к Хортону.

Слуга кивнул и удалился.

– Где вы пропадали столько времени? Застряли в казино?

– Добрый вечер, дедушка, – сказал Паркер.

– Добрый вечер, мистер Понтье, – проговорила Мэг. Старик метнул на нее недовольный взгляд.

– Вы можете тоже звать меня дедушкой, меня все так зовут.

– Вероятно, ты хочешь узнать, как Гас воспринял новость? – спросил Паркер.

– Ты всегда умел переходить прямо к делу. – Старик кивнул, и Мэг поняла, что скрывается за его резкостью. Дед Паркера искренне переживал за Гаса.