Любви больше нет - Маргарита Дюжева

— Примерный семьянин накосячил и теперь не может разгрести?

Он настолько легко меня считывает, что я краснею. От гребаного, простреливающего до самых пяток стыда.

— Да.

В трубке раздается смех:

— Без проблем. Говори, что за цаца, где найти. Можем, на месте поговорить, можем вывезти.

Вспоминаю Алексу… И почему-то мне кажется, что появление ребят в номере ее не испугает. Тут что-то посерьезнее надо.

— Вывози. На базу.

— Сейчас? — Ромка не из тех, кто долго раскачивается.

— Завтра к вечеру. Как сделаешь – звони, я приеду.

Я отключаю телефон и смотрю на уже светлеющее небо. Все, шутки закончены. Я и так слишком долго был джентльменом и позволял Алексе играть по ее правилам. Пора…

— Макс…

Голос за спиной, заставляет вздрогнуть. Я оборачиваюсь и вижу Тасю на пороге.

— С кем ты говорил? — испуганно спрашивает она, — и куда собрался ехать?

Черт!

— Не переживай, — ласково улыбаюсь, радуясь тому, что полумрак в комнате скрывает мелкие детали, и она не видит, как нервно у меня дергается щека, — просто завтра вечером надо будет пересечься кое с кем. Это ненадолго.

— С этой девкой? — тут же вскидывается Таисия.

— С Ромкой Седьмовым. Помнишь, я как-то рассказывал тебе о нем. Приятель мой старинный, еще с армии. Просто дружеская встреча и никаких девок.

Я снова ее обманываю.

Глава 12.2

Утром Таська убегает раньше обычного. Ей звонят в пять и радуют новостью о том, что в офисе на третьем этаже прорвало стояк и теперь там потоп.

Она вскакивает, как ошпаренная и начинает носиться по квартире, пытаясь собраться в максимально короткий срок. Пока умывается, я делаю кофе и несколько бутербродов, на большее все равно не хватит времени, а отпустить ее голодной я не могу.

— Шпасибо, — шепелявит с набитым ртом, на ходу прихлебывая кофе. Волнуется, хоть и пытается сделать вид, что все в порядке. Я вижу, как мелко подрагивают тонкие бледные пальцы, а и как отчаянно она кусает уже покрасневшую нижнюю губу.

— Иди сюда, — притягиваю к себе, на мгновение останавливая ее бег.

— Макс, мне пора.

— На минуту, — глажу по волосам, с удовольствием вдыхая легкий цветочный аромат, — все будет хорошо.

Она замирает, а потом как-то обреченно обмякает у меня в руках:

— Думаешь?

— Конечно. Ты умница.

Она не просто умница, она самое большое сокровище в моей жизни, которое я почти просрал. Думаю, об этом и сердце екает.

— Хочешь, я с тобой поеду?

— Что? Нет! — отчаянно мотает головой, — у тебя своей работы хватает, еще ты тут с моим болотом возиться будешь.

— Мне не сложно.

— Я знаю, — Тася, наконец, обнимает меня в ответ, — но я должна сделать все сама. Хозяин здания и так считает, что женщины ни на что сами не способны. И что все они, включая меня, на свой бизнес одним местом заработали.

— Мне с ним встретиться? Объяснить, что к чему?

— Не вздумай. Я сама все решу. Это моя война!

Ох уж этот маленький боевой хомяк. Целую ее в нос, она смеется. Но смех длится недолго, потому что я захватываю в плен сладкие губы.

Хочется ухать с ней на необитаемый остров, спрятаться ото всех и просто жить, наслаждаясь каждым моментом.

Таська первая приходит в себя. Мычит, изо всех сил упираясь мне в плечи и отпихивает от себя.

— Макс! Я опоздаю!

Не хочу ее отпускать, без нее душа не на месте, но я знаю, как важен для Таси салон. Это ее детище, которое она с нуля поднимала, ее маленькое царство.

— Ладно, беги. Долго не задерживайся. Если возникнут проблемы – не геройствую, звони.

— Хорошо, — она торопливо натягивает кроссовки, рюкзачок на плечи, и уже тянется к двери, но тормозит и оборачивается, исподлобья глядя на меня, — А что насчёт тебя, Максим? Ты задержишься?

Смотрит так пытливо, что у меня в животе все поджимается.

— Ненадолго, Тась.

Только со стервой вопрос решу, чтобы больше не смела к нам соваться.

— С Седьмовым будешь встречаться?

— Да.

— Точно?

Уже не доверяет. Вроде улыбается, но трещина между нами уже образовалась. И это жена еще не знает всей правды.

— Точно, — я стараюсь говорит как можно увереннее, но в животе все сжимается и дрожит.

Тася кивает и предельно серьезно добавляет:

— Если обманешь…то…

Кишки скручиваются от ее взгляда. Жена криво усмехается, но заканчивает начатую фразу:

— То я буду считать это началом конца.

У меня нет ни единой мысли, что это была шутка. Не шутит. И не простит.

Мы и в самом деле балансируем на линии, за которой начинается наклонная плоскость, ведущая на самое дно. Один неосторожный шаг и все.

Вместо ответа снова целую ее, пытаясь через прикосновение передать то, что чувствую.

— Я тебя люблю, — шепчу ей в губы.

Таська прикрывает глаза и слабо улыбается

— И я.

Потом я стою у окна и наблюдаю за тем, как она аккуратно выезжает со двора. За ребрами щемит. Как бы не повернулась ситуация в дальнейшем – не отпущу. Потому что сдохну без нее.

Перед работой я делаю то, что давно должен был сделать. Звоню в больницу, чтобы узнать, как дела у Веры Андреевны. И чтобы исключить всякую ересь, набираю не ее саму, а главврача, с которым мне уже доводилось пересекаться на одном из благотворительных вечеров.

Я хочу