Омела для Амели - Елизавета Рождественская

хорошего. Девушка мгновенно убрала руки парня со своей талии и шагнула к Кристиану.

— Мы танцевали, — зачем-то оправдалась она.

— Я видел, — мрачно ответил Кристиан и направил её туда, где на импровизированной сцене был установлен большой экран и стоял проектор. — Потом обсудим этот момент.

Они встали рядом с остальными участниками, ожидая, пока главные члены комиссии закончат вступительные речи. Когда до выхода на сцену оставались считанные минуты, к ним подлетела Адель.

— Крис сказал, у тебя есть флешка с материалом, — обратилась она к Амели. — Она далеко?

— В моей сумочке, на стуле… — растерялась девушка.

— Нет… — Кристиан с недоверием взглядом уставился на Адель. — Неужели…

— Крис, нет времени, — блондинка покачала головой и метнулась к нужному столу.

Амели смотрела, как девушка хватает сумочку и на глазах у шокированных Валери и Иветт вылетает с ней из зала. В голове вихрем поднялись вопросы, и она повернулась к Кристиану, надеясь, что он сможет объяснить ей, что происходит, но не успела даже пикнуть, как мужчина сгрёб её в объятия и прошептал:

— Всё будет хорошо, карамелька, я с тобой… Просто верь мне.

Всего секунда. Горячее дыхание растопило ледяную корку, что сковывала её душу эти дни, а мысли мгновенно стихли, уступая место оглушающему стуку двух сердец. Амели подняла руку и провела пальцем по линии его плеча к шее. Мужчина рвано выдохнул и отстранился.

— Веришь? — он прямо смотрел в её глаза.

— Да, — ответила девушка.

— Тогда идём.

Крепко сжав её ладонь, Кристиан шагнул на сцену, и Амели ничего не оставалось, кроме как смело идти за ним.

Глава 22

— Крис, я прошу… — Адель взяла мужчину за руку и серьёзно посмотрела в глаза.

— Ты сама себя слышишь? — процедил он. — Этот ублюдок работает на два фронта, собрался подставить меня и Амели, а я должен проявить милосердие?!

— Он обещал не трогать проект, если мы выполним его условия. А мы пока выполняем, — девушка закусила губу. — Осталось немного.

— Как же это всё бесит, Адель… — мужчина зло стиснул зубы.

— Я понимаю, Крис, но и ты меня пойми… — она опустила голову. — Он всё-таки мой отец. Это меньшее, о чём я могу просить.

Мужчина уставился в пустоту. Внутри насмерть сцепились желание публично растоптать Жана Гроссо и чувство долга перед дочерью этого чудовища. Адель не была светлым ангелом, нуждающимся в защите, однако она всё же осталась верна своим принципам и сделала максимум, чтобы помочь Кристиану и не допустить этой провальной шахматной партии. Уважать её чувства он был просто обязан, а чувствовала девушка боль и стыд. Подлец или нет, но Жан был её родителем. Хотел бы Кристиан, чтобы его отца подвергли публичной порке? Вряд ли… Поэтому он только кивнул, соглашаясь подождать окончания вечера, и сильнее сжал тонкую девичью ладонь.

У лестницы послышался шорох. Повинуясь шестому чувству, мужчина резко повернулся. Сердце споткнулось и больно ударилось о грудную клетку, а земля чуть было не ушла из-под ног. Амели стояла на подступе к лестнице и смотрела на него своими невероятными янтарными глазами, по которым он так сильно скучал эти дни. Тонкая фигурка, утянутая в кружевное чёрное платье, слегка качнулась в его сторону, мягкие губы, вишнёвый вкус которых Кристиан так жаждал ощутить всё это время, растерянно приоткрылись. Он инстинктивно сделал шаг навстречу. Тело, словно магнитом, тянуло к ней. Пальцы зудели от желания прикоснуться к фарфоровой коже, губы жгло в предвкушении поцелуя. Звук нежного голоса, такой родной и знакомый, заполнил каждый миллиметр его личной вселенной, а в груди снова стал расти переливающийся воздушный шар. Как же он скучал… только сейчас невыносимо остро осознал, что до одури скучал по возможности смотреть на Амели Дюваль, говорить с ней, касаться…

— Крис…

Настойчивый голос Адель вернул в реальность и заставил мысленно выругаться. Сейчас нужно было включить голову и не размахивать красной тряпкой перед носом у разъярённого быка. Оставалось попрощаться и надеяться, что, когда этот ненавистный фарс закончится, Амели сможет его понять.

— Увидимся! — улыбнулся он девушке.

Разочарование в её взгляде отдалось тупой болью между лопаток, но мужчина уверенно двинулся в зал и занял место за столом руководства.

Увидев его под руку с Адель, Жан Гроссо сально улыбнулся.

— Рад, что всё вернулось на круги своя, дети, — мудрствовал он. — Вы так подходите друг другу. Расстояние укрепляет любовь, не так ли, моя девочка?

Он посмотрел на Адель, а она улыбнулась, ничем не выдав своих истинных чувств, только острые коготки больно впились в руку Кристиана.

Вечер начался с приветственных речей и тостов. Официанты сновали между столами, меняя блюда и напитки, сотрудники Парфюмерного дома общались между собой, проявляя изрядную сплочённость. Кристиан медленно цедил терпкое вино и безотрывно следил за столиком, за которым сидела Амели в окружении подруг и болтливых парней из отдела IT. Девушка смеялась их шуткам, освещая мир обаятельной улыбкой, а он мрачно думал о том, что, прежде чем окончательно покинет стены «Аромата твоей души», подпишет приказ об увольнении всех айтишников без отработки и выходного пособия. Кстати, об уходе. Кристиан нервно дёрнул рукой, обнажая запястье, и посмотрел на часы. Сестрица не спешила появляться на празднике, и это нервировало.

— Ты не мог бы так откровенно не пялиться на свою принцессу? — тихо, изображая воркующую с женихом голубку, прошептала Адель. — От таких взглядов она и забеременеть может.

— Глупышка моя, — Кристиан повернулся к девушке и одарил её нежной улыбкой. — Мне казалось, ты не настолько наивна и знаешь, откуда берутся дети.

— И откуда берутся дети, и откуда берутся проблемы, я, мой слоник, знаю получше тебя, — парировала Адель, нежно проведя пальчиком по белоснежной рубашке мужчины. — Слюни пускать будешь потом, а сейчас смотри… ну, хотя бы в тарелку, пока тебя изучает мой дражайший папаша.

Кристиан посмотрел на другой конец стола. Гроссо следил за ними, не отрываясь от светской беседы. Рука, лежащая на белоснежной скатерти, непроизвольно сжалась в кулак.

— Очень надеюсь, радость моя, — процедил он, — что, когда это всё закончится, я тебя больше не увижу и не услышу.