Бывшие. Я тебя не прощу (СИ) - Юлия Ильская

велось новогоднее представление. Даже была ледяная крепость, из маленьких окон которой дети и взрослые с удовольствием обстреливались снежками.

Это был полномасштабный, хорошо подготовленный праздник. Я с гордостью взглянула на Светку.

— Видала?! Мой сделал, а ты говоришь…

— Да уж! Это ж сколько бабла ухнул?!

— Ой, не говори!

— Хочу на голку! — заявил Егор. — И к Луслану.

— Егорушка, ты иди с тетей Светой на горку, а я пока поищу Руслана.

— Холошо, — они весело побежали к горке. Я не боялась за Егора, так как знала, что Светка скорее сама себе голову отгрызет, чем даст поранится Егору.

Я подошла к ближайшему столу. За ним подпрыгивала и хлопала ладошками замершая Снегурочка. Мне стало жаль девушку.

— Здравствуйте, давно стоите?

— Здравствуйте, Алиса Александровна. Да уже час почти, сменщица должна была подойти, но что-то не идет.

— Вы меня знаете? — удивилась я.

— Конечно! Кто же вас не знает! Вы же жена Тураева! Звезда интернета! Даже в Москве вам подражать начали. Богатенькие леди костюмы Снегурочек скупают.

— Эммм, а зачем? — не поняла я.

— Так замуж выходить! — воскликнула румяная девица, удивляясь моей непонятливости

— Новый тренд! Вы в соцсетях могли бы кучу денег получать на этом хайпе. Хотя… Зачем вам. Повезло вам с мужем! Добрый, заботливый, богатый! Эх! — она мечтательно закатила глаза.

— С чего вы решили, что он добрый?

— Так такой праздник забацать! Да подарки детишкам, конечно добрый!

— Как вас зовут? — я немножко устала от восхищения моим супругом.

— Настя — весело отозвалась девчонка. Все время, что мы болтали, она выдавала подарки, не забывая улыбаться каждому малышу и родителям.

— Ты Настя иди погрейся, я здесь за тебя побуду.

— Ой, правда? Не удобно как-то…

— Иди, иди видишь я в костюме. Все нормально.

— Ага, хорошо, спасибочки! — довольная девушка убежала в теплый вагончик, который специально поставили для работников.

Я принялась раздавать ребятишками коробки с конфетами. Горожане радостно благодарили и глядя в счастливые глазенки ребят, я готова была простить Руслану его надменность, холодность и отвратительное ко мне отношение.

Вдруг я увидела знакомую прическу, напоминающую сладкую вату. Да ладно?! Инесса Григорьевна — тетка моя, змеища, плывет как человек теплоход расталкивая всех мощной грудью. В руках объёмная сумка и она направляется прямо к моему столу.

— Здраааасьте, Инесса Григорьевна! — пропела я. — Вы никак доченьке подарочек берете? Так я напомню, ей уже двадцать шесть годков стукнуло, поздновато для подарочков.

— Да что ты, Алисонька, я ж с тобой поздороваться хотела. Ты прости меня старую за платье. Очень уж ты со мной неласково разговаривала, я и решила отомстить. — Инесса быстро оправилась от неожиданности и сделала вид, что ожидала меня здесь увидеть и такая мучимая совестью пришла извиниться.

— Ну что вы Инесса Григорьевна! Наоборот! Я поблагодарить вас хотела! Я ж благодаря вам этот костюмчик на свадьбу надела. Так все в восторге! Даже в Москве с меня пример берут. Я теперь икона стиля. И мэру нашему понравилось. Руслан теперь точно депутатом станет!

Инесса даже позеленела от злости.

— Да тебя, Алисонька, наряжай, не наряжай, все одно дворняжка. Тут уж ничего не поделаешь! Вся в папеньку.

— Что я слышу! Вы смеете оскорблять мою жену? И испортили дорогой свадебный наряд который я подарил своей невесте? — послышался спокойный голос. Руслан подошел сзади и обнял меня за талию и мне сразу стало так спокойно и хорошо, что слова тетки почти меня не задели.

— Что ты, Руслан, я нет, я просто поздороваться, простите… — тетка засуетилась и начала отступать, в маленьких поросячьих глазках плескался страх.

— Я запрещаю вам приближаться к моей жене и к ее брату Егору. Надеюсь Вы меня услышали? — не знаю, как Инесса не свалилась замертво, если бы он так со мной разговаривал, у меня бы точно разрыв сердца был бы.

— Да-да, конечно, — тетка попятилась назад. Затем развернулась на шустро заменила к выходу. Споткнувшись о собственную ногу, Инесса опасно накренилась, секунду она балансировала, а затем шлёпнулась на толстую задницу, сумка перевернулась и из нее вывалились подарки, которые она, по-видимому, обманом набрала у других столов.

— Ах ты ж зараза! — возмутилась прибежавшая Настя. — Это же для детей, как тебе не стыдно!

Люди останавливались и ругали Инессу, она сидела на грязном снегу, красная от злости, жалкая и мерзкая, хватала рукой воздух и силилась подняться, но никто не подал ей руки.

Защелкали камеры телефонов, каждый спешил заснять хапугу, которая пришла у детей подарки забирать, чтобы потом вдоволь постебаться в интернете. В толпе я увидела журналиста, он радостно снимал происходящее на видео. Через толпу пробрались парочка охранников.

— Ну здравствуй, тетя! Мы за тобой давно, по камерам, наблюдаем, все ждем остановишься ты или нет. Совсем без совести или сладенького захотелось?

— Бог шельму метит! — хохотнул второй охранник они помогли Инессе подняться и увели.

— И что теперь с ней будет? — спросила я Руслана.

— Посадят — равнодушно ответил муж.

— За несколько кульков подарков?! — поразилась я.

— Ну конечно, кража есть кража.

— Так ведь она же не крала, ей сами давали. Она просто врала.

— Ну значит за мошенничество. Хватит о ней, скажи, что ты тут делаешь? — Руслан начал терять терпение.

— Подожди, подожди, это неправильно, сажать за конфеты!

— Почему нет. Ты же ее ненавидишь. — он удивленно вздернул бровь.

— Да причем здесь я! Все должно быть честно! По закону.

— Честно и по закону разные вещи! Разве она с тобой честно обошлась? Хоть и по закону.

— Руслан, я не согласна!

— Ты защищаешь ее? — от его тона и ад бы замерз. Но я не намерена отступать.

— Нет, но я хочу справедливости!

— У тебя есть сейчас идеальная возможность отомстить! Так пользуйся, чего ты? — Руслан смотрел на меня как на неведомую зверушку, с интересом, изучающе.

— Это другое! За свое я еще буду бороться! А за конфеты сажать, это… это… — я никак не могла подобрать слова — стремная такая месть! Как будто я такая же как они!

Руслан, я буду чувствовать себя мерзко, как будто в дерьме извалялась. Такая месть в духе Инессы, но не в моем. Да она и так уже наказана, весь город теперь будет на нее пальцем показывать!

— Ишь ты, справедливая какая стала. Не будет с ней ничего. Посмеются да отпустят. Хватит спорить со мной и больше не произноси слово «дерьмо», тебе не идет! — недовольно сказал Руслан недовольно, но в глазах скакали веселые чертики и во взгляде появилось что-то похожее на…на… уважение? Невероятно! Я заставила грозного Тураева себя уважать! Да не, показалось, наверное.

— Спасибо тебе! — я сложила