Продана в жены - Мария Устинова

горячей. Первый шаг был страшным. Но когда я приняла решение, а он его понял, все стало проще. Я уже взрослая. И много раз представляла, каким будет мой первый раз. Учитывая мою жизнь и то, что меня окружало, я не ждала ничего хорошего. Избегала парней и их внимания, даже не целовалась толком… С таким жаром — только с ним.

Я поцеловала еще раз — уже на весу.

Зверь упал на кровать, увлекая меня за собой. И теперь лежал на спине, а я развратно сидела сверху, ощущая его грудь под ладонями и то, как подо мной напряглось мужское естество. Он перевернулся, оказавшись сверху и вжал меня в постель всем телом — под его весом я проваливалась в матрас. Поцелуи в шею вскружили голову.

Кирилл завис надо мной, словно не замечая, как тяжело я дышу, и что он возбужден сам. Он в обычной жизни секс излучает — каждое движение, каждый взгляд пропитаны сексуальностью, словно Зверь больше ни о чем не думает. А оказался на мне — в глазах пустыня, только легкая улыбка на губах.

Я ему нравлюсь — чувствую. Только он не обо мне сейчас думает.

— Ты на горький мед похожа, — каждое его слово горело в сердце. — На горький мед, принцесса…

— Горький мед?

— Целую тебя, сначала сладко, затем горько… Мне придется отвезти тебя обратно, принцесса.

— Знаю…

Я рада, что он не торопился. Зверь мог расстегнуть штаны и трахнуть меня, я бы не сопротивлялась, но была благодарна за шепот и слова, от которых сладко ныло сердце. Будет о чем вспомнить. Лайт-версия «первой любви», если все сложится не в мою пользу, и я навсегда останусь женой нелюбимого… Я наслаждалась возможностью без страха гладить ему лицо, как подарком. Даже Алайне это было недоступно.

— Ты уверена, что готова? — прошептал он, вновь целуя шею.

— Готова…

Я сказала, хотя меня трясло. Но в «Авалоне» волшебство исчезнет. Сейчас здесь только он и только я, а там у нас не будет возможности остаться наедине в полной мере. Здесь мы мужчина и женщина, а там все будет иначе… Обязательства, охрана, зоркий взгляд Руслана за тем, что делает его добыча. Мне хотелось сделать все здесь. Сейчас.

Я позволила Зверю стянуть с себя майку и обхватить тонкий, девичий стан. Он сел и прижал меня к себе, как медведь. Торопливо сбросил футболку и прижал к себе голой кожей. Дала прикоснуться к груди, сначала сухими теплыми ладонями, затем губами… Зверь нежно поцеловал сосок и взял его в рот. Щекотные, но очень волнующие ощущения, от которых внизу живота возник еще слабый, но быстро разгорающийся огонь. Сильные руки уверенно сжались на моих бедрах.

Я гладила ему затылок, наслаждаясь ощущением волос, скользящих между пальцев.

— Иди ко мне, принцесса, — он плотно обнял меня за поясницу и поцеловал в губы.

Я ответила ему уже смелее, улыбнулась во время поцелуя, ощущая себя почти опытной женщиной — это был наш третий поцелуй, и я больше не боялась, а наслаждалась им, когда вдалеке хлопнула дверь.

Я дернулась, когда поняла, что в квартиру вошли, а Зверь тоже прижал меня крепче. Он мужчина, привык, что боятся ему нечего… Пусть сами его боятся.

— Кирилл, — горячо зашептала я на ухо, и с неохотой он меня отпустил.

Внял, что я не расслаблюсь, пока он не проверит, и встал с кровати. Он двигался легко и свободно, даже нож не подобрал, а повернулась к двери спиной и быстро натянула майку.

Вовремя, как раз тогда, когда дверь распахнулась. На пороге стоял мужчина в костюме, тот самый: пиарщик и правая рука Руслана… Значит, и его за мной послали тоже.

— Ты ее нашел?

Зверь дышал полной грудью, полуголый, с влажными губами, которые я самозабвенно обсасывала, пока нам не помешали. Но тот не задал вопросов, заметив меня в полутьме на кровати. Хорошо, хоть одетую. Я остро ощущала все тело, измятое сильными руками… Своими горячими объятиями он выгнал из меня страх близости.

Он понял — все понял. Чем мы занимались и почему не торопились назад, и доложит Руслану.

— Выйди, — выдохнул Зверь.

Хотел закончить начатое… вряд ли. Обсудить дальнейшую стратегию?

— Нет, — отрезал мужчина. — Руслан ждет ее. Едем в «Авалон» сейчас.

Кирилл не стал спорить. Когда он обернулся, лицо было неподвижным, как у каменного идола. Ни одной эмоции. Ни одной подсказки.

— Одевайся, Лили, — велел он, и я потянулась за курткой.

Надеялась, что поможет. Заступится за меня после наших поцелуев.

Глава 15

Не знаю, на чем приехал помощник Руслана, но возвращались мы на пикапе. В машине они не проронили ни слова. Мужчины спереди, я на заднем сиденье. Держала мамину коробку на коленях, и расширенными глазами смотрела на потоки дождя на боковом стекле и думала о словах: «Руслан ждет ее». Сердце колотилось от страха быстро и горячо. Мне то вспоминалось наказание Скорпиона, то страх перед хозяином всех обитателей клуба. Возможно, им даже сыграет на руку мое наказание. Они и из этого сделают пиар-ход: жениха и невесту наказали, какая непокорная пара! И какая возможность унизить отца! Не удивлюсь, если на истязание пригласят фотографа и на утро фото моей рассеченной спины украсит первую полосу.

Перед главным входом я заметила Леонарда: опознала даже в неоновой полутьме по дурацкой шляпе. Полиция покидала клуб: на парковке осталась последняя машина с мигалками. Скорые исчезли — тела убрали.

Пикап остановился на ВИП-парковке.

Я вышла из машины с холодным сердцем. Было так страшно, что оно биться почти перестало. Леонард узнал меня и шутливо отдал честь. Я мокла под холодным осенним дождем и без выражения пялилась на него. На меня смотрели: Леонард, охрана, кое-кто из обслуги, вышедшие на крыльцо. Все слышали, что я сбежала. И все видят, что меня привезли назад.

Затем я догадалась взглянуть вверх.

На втором этаже в главных апартаментах светились окна. Перед ними застыл высокий темный силуэт. Руслан тоже смотрит.

— Идем, принцесса, — Зверь положил ладонь мне на поясницу и повел к дверям.

Его я послушалась. Наверное, если бы это был кто-то другой, меня пришлось бы тащить волоком. Коробку несла, обняв и прижав к груди, как ребенка.

В клубе нас проводили молчаливыми взглядами. Боковым зрением я заметила, что вышла и Алайна, закутанная в красный халат. Я не подняла головы, вместе с Кириллом прошла к лестнице и начала подниматься, провожаемая любопытными взглядами. Наверное, им было интересно, ничего ли Зверь мне не