Право любить тебя - Ники Анро

прекрасно жилище. Это же сколько он стоил? Его брат настолько богат? Я посмотрела вверх и увидела, что потолок был изогнут аркой по всей длине второго этажа. Позади меня был открытый верхний этаж. Мне не дали рассмотреть весь дом, как я уже поднималась на второй этаж позади Виктора. Он остановился в конце коридора возле двери.

— Я должен быть тебя раньше привезти, но не решался. Не спрашивай, я не знаю причину моего поступка. — сказал он, и тень пробежала по его лицу. Он протянул мне ключи от этой комнаты. — Это комната твоей сестры.

24

Виктория

Следующие несколько часов я провела в комнате покойной сёстры. Я перебирала ее вещи, вспоминала прошлое, и тихо спрашивала, как такое могло случиться? Раньше я не задумывалась, как моя жизнь протекала без нее. Она мне всегда помогала, поддерживала.

Жизнь продолжалась, шла своим чередом, а мне казалось, что я, вопреки всем законам физики застыла, замерла в той точке бытия. Я наверное до конца и не поняла что ее больше нет.

В Марии была силы воли ее отца, и его же характер. На одной из стен висело зеркало и в полутьме комнаты, которая не могла рассеяться утренним светом из-за задернутых штор — виднелся мой силуэт. Только я не хотела бы подходить и рассматривать себя пристальней. Не было ничего красивого или торжественного в боли и горе. Слезы, настоящие, искренние — не красили, а обезображивали женщин. Я видела тому достаточно примеров в своей жизни, и не хотела сейчас смотреть на себя. Однако меня привлёк один момент, за спиной на полке была знакомая мне книга. Я ей дарила на первое ее день рождения, которое помнила. Как я помню, несколько месяцев откладывала деньги и на свои собственные средства купила ей ее. Зачем она хранила эту книгу, да ещё привезла в этот дом?

Сидя дома, Мария увлеченно читала мою книжку. Когда-то давно и я ее читала и до сих пор помнила сюжет, и то, что эта книжка ей очень понравилась. И сейчас я снова решила прочесть ее. Ведь если книга хорошая, то ее охота читать снова и снова.

Если захочешь что нибудь узнать, просто открой ее — это ее последние слова, когда несколько месяцев до своей смерти она со мной созванивалась. Возможно именно в ней я найду свои ответы?

Открыв ее я натыкаюсь на свой детский почерк, неровный и кривой. Я невольно улыбнулась обводя пальцем край. Я до сих пор помню её радость от моего подарка.

С каждой минутой становилось все сложнее заставлять себя пролистывать знакомые картинки, на каждой странице сестра записывала много своих мыслей. Мне сейчас захотелось стать такой — маленькой, и забраться в ее объятия, чтобы она погладила меня по голове и сказала, что все пройдет. Все будет хорошо.

Перелистывая новую страницу я заметила тетрадный лист завёрнутый в конверт. Отложив книгу в сторону, я развернула бумагу. Это было письмо адресовано мне.

Письмо Марии.

Здравствуй моя дорогая. Если ты нашла это письмо, значит у тебя появились вопросы, я написала его тебе зная что умру. Ты только не кого не вини в моей смерти, я знала на что иду, знала чем это закончится. Я скажу тебе только две вещи, которые ты должна запомнить. Первое никогда не вздумай работать на этих людей, если начнёшь обратно вернуться в свою прежнюю жизнь не сможешь, так же как и я. Ты должна жить дальше. Это был мой выбор, идти по такому пути. Моя вина останется со мной, никто, кроме меня самой не ответственен за подобные поступки! И не виновата ты ни в чем, лютик.

По моим щекам катятся слезы, когда я выдыхаю от облегчения и счастья. Я могла точно знать что это письмо от неё, ведь только она меня так называла, когда мне было грустно.

Второе, я не знаю знаешь ли ты, но мы родные, у нас один отец. Я очень надеюсь, что для тебя это не секрет. Если ты хочешь узнать про свою мать, я сохранила твою фотографию, ты привезла ее с собой, отец приказал выбросить, но я решила ее сохранить. На ней твоя мама. Ты должна найти женщину рядом с ней. Пусть все тайны будут раскрыты. Я тебя очень люблю, Прости меня что я так поступила, у меня небыло выбора.

Я должна была жить дальше, а не лелеять чувство жалости к самой себе. В горле стал формироваться ком, и чтобы избавиться от него, мне пришлось с трудом сглотнуть, но слезы все-таки хлынули из моих глаз. Это были слезы не боли или страха, это были слезы отчаяния. Сестра беспокоится обо мне даже после смерти.

Взяв в руки памятную вещь, я уставилась на фотографию пытаясь вспомнить хоть что нибудь из прошлой жизни, но к сожалению без изменений, как бы мне не хотелось признаваться, но две женщины мне были совершенно не знакомы. Каждую слезинку, катившуюся из моих глаз, я быстро смахивала тыльной стороной ладони.

Собравшись с мыслью, я встала. Есть только один способ узнать о них, и он стоит за дверью. Я попыталась подавить плохое предчувствие. Двери открылись, и меня ждало нечто, что будет либо началом, либо концом. Я стояла неподвижно, ноги будто приросли к полу, а взгляд блуждал по знакомым чертам Виктора. Мой мозг бесконтрольно рисовал всевозможные сценарии ближайшего будущего.

Сердце моё сжалось и ухнуло в желудок, едва я услышала его голос. Я понимала что он не в чем не виноват, но мой разум не хотел мириться. Несколько болезненных секунд я молчала. И потом меня затопило горе. По щекам лились слезы. Мой плач был слышен в холле. Я чувствовала, как внутри тугим узлом скрутилась жгучая боль, а сердце замерло, признавая поражение.

— Иди сюда — Виктор обнял меня за талию и крепко прижал к своей груди.

Близость его тела заставляла все эмоции словно сорваться с обрыва.

— Она сама решила, что же вы такое делаете, что люди умирают? Кто вы такие?

Выражение веселой беззаботности исчезло, его лицо теперь не выражало никаких эмоций.

— Я не хочу чтобы ты знала, это моя тайна. — сказал он, и по голосу было заметно, что он напряжен.

— Да конечно. — я протягиваю ему фотографию которую держала в руках — Ты поможешь найти мне одну женщину, кто то из них моя мама, я только незнаю кто из них.

— Для тебя я найду кого угодно.