Девочка, я тебя присвою. Книга 1 (СИ) - Безрукова Елена

Архип обернулся на меня и окинул взглядом сверху до низу. Как бы оценивая, был ли смысл Тверскому вообще ко мне подходить. Что он имел в виду этим взглядом, я не поняла, но спрашивать не стала. На моем запястье продолжали лежать его пальцы. Архип не торопился меня отпускать…

— Спасибо, — сказала я.

— Спасибо в карман не положишь, — нагло заявил он и слегка улыбнулся.

Это уже словно превращается в какую-то игру: он мне в чем-то помогает, или делает что-то иное, а потом требует платы за помощь или молчание…

— Принести тебе за это конфетку?

Я вздрогнула, потому что он внезапно, не отрываясь от моего лица взглядом, ласково погладил мои вены на запястье. Я даже прогнулась в спине невольно, настолько остро меня пронзило это легкое и довольно безобидное, но очень острое на эмоции, касание.

— А у тебя всегда с собой та конфетка, которую я бы попробовал, — ответил Архип.

— Какая? — глупо спросила я, не понимая, куда он клонит, и почему гладит мою руку, заставляя меня нервничать от этого. Сейчас же Динка увидит и оторвет нам обоим головы. И тогда все поедят конфеток… на наших похоронах.

— А я тебе потом покажу, — улыбнулся Архип, притягивая мне немного ближе к себе и скользя взглядом по моим губам.

Теперь меня словно ошпарило.

Он про мои губы говорил, что ли? Конфетка — мои губы?

Да затрещину ему вместо губ!

Хам!

— Отпусти, нас увидят, — потянула я руку на себя, и Архип разжал пальцы. — Просто спасибо за помощь. Он действительно мне был противен. Но и для тебя конфет у меня нет. Ясно?

Я сделала шаг назад от него. Еще… Еще…

И с успехом влепилась в кого-то спиной…

— А, вот и ты! — зашипела мне в ухо Динка, которая вцепилась в меня крабом и куда-то поволокла. В сторону какой-то кладовой…

— Эй, куда ты меня тянешь?!

— Поговорить хочу с тобой, сестренка!

И я испугалась. Судя по ее тону ничего хорошего меня не ждало, а Архип отсюда нас видеть через толпу танцующих уже не мог.

Я дерзкая на язык, но драться не умею. Если сейчас Динка накинется на меня, то растерзает, а я… просто расплачусь и максимум буду пытаться закрываться.

Появилась мысль, что я хочу, чтобы и сейчас Ветров был обеспокоен где я и следил за мной, чтобы он заметил если я пропаду.

Разговор с Диной, которая меня просто запихала в какой-то чулан с банками, вряд ли обернется для меня чем-то хорошим…

40

— Да отпусти меня! — еле вырвалась я из ее лап.

Мне удалось это сделать лишь когда мы обе оказались внутри небольшого помещения.

Я — спиной к стене, а Динка перегородила собой выход.

— Что ты хочешь от меня?

Я тяжело дышала и очень испугалась, не на шутку. Что я буду делать, если эта повернутая на своем Архипе начнет меня реально бить? Я просто уверена, что она нас видела сейчас, и предметом разборок будет именно Ветров. Обиднее всего, что сейчас, кажется, получу за зря — ведь мне на него плевать! Я понятия не имею, чего он весь праздник за мной таскается! С ним бы и разбиралась…

— Я что хочу? — переспросила Дина, глядя на меня так, что мне захотелось пройти сквозь стену и бежать куда глаза глядят. — Хочу, чтобы ты, нещебродка безродная, свалила из нашей жизни.

Да уж, так грубо со мной никогда не говорили… Только из сородичей «мажоров». Именно поэтому я их так ненавидела всей душой…

— Ты же знаешь, что от меня не зависит ничего, я несовершеннолетняя, — попыталась я призвать к ее разуму, хотя не уверена, что он имелся, и Дина способна думать о чем-то еще кроме ноготочков. И Архипа! — Это не моя блажь и желание… Я бы с удовольствием ушла, но мне некуда.

— А меня что — это волновать должно? — нагло заявила «сестра». — Откуда пришла — туда и вали. Жила же ты до этого где-то?

— Я несовершеннолетняя еще, — снова напомнила я, стараясь держать себя в руках и не поддаваться гневу. Не понимаю, почему я обязана стоять с ней в пыльной кладовке и оправдываться за то, в чем я не виновата! — При всем желании моем пламенном желании ни мама, ни твой отец не допустят того, чтобы я куда-то ушла.

— Да ты и не хочешь уходить! — сузила Дина глаза. — Понравилось, да? Жрать за чужой счет? Небось ты и твоя мамаша ели одни макароны до переезда в наш дом?

— А мне некуда идти, — ответила я, проглотив все то, что она сказала выше. Отвечать агрессией на агрессию не умно и опасно — она тогда просто набросится на меня и выцарапает мне глаза. — К твоему сведению, моя мама продала нашу с ней квартиру, потому что твоему отцу нужны были деньги.

— Что? — осела Дина. — Мой отец взял деньги…у вас?

— Да-да, — кивнула я. — Не знала? У Владимира явно какие-то проблемы. И он взял деньги у нищебродок. А ты уверена, что мы все скоро не начнем есть одни макароны, а?

— Ты все врешь! — выплюнула она мне в лицо.

— У тебя стадия отрицания, — ответила я. — Но когда ты переваришь эту информацию, то поймешь насколько она серьезная. Можешь у папочки спросить — мне он лгать не стал и честно подтвердил, что взял эти деньги. Так что прости — но ночевать под мостов ни я, ни моя мать не станем.

— Ладно, это мы разберемся сами. Без тебя!

— Да ради бога, — пожала я плечами. — Только я правду сказала. И ничего иного ты не услышишь.

Внезапно она налетела коршуном на меня так, что я от испуга отшатнулась от нее и больно врезалась в стеллажи с продуктами.

— Эй, ты чего?!

— Отстань от Архипа, ты слышишь? — говорила она мне в лицо, приперев к стенке.

— Я? — воскликнула я. — Да я не трогаю его. С чего ты взяла? Он мне вообще не нравится даже. Да и мы какие-никакие сестры, я бы не стала отбивать у тебя парня!

— Не нравится? — изогнула она одну бровь. — Ты меня за дуру держишь?

— Почему это? Нет…

— Я видела, как ты смотришь на него.

— Да никак я не смотрю на него! Если хочешь знать — он сам меня ходит достает! Выскажи ему, устрой сцену ревности, как ты умеешь, с фанфарами и фейерверками, и он больше не подойдет.

— Да насчет его я поняла.

— Что поняла?

— Не строй из себя идиотку. Ты все прекрасно тоже видишь.

— Да что я должна видеть?!

— Что Архип на тебя запал, — ответила она, поймав прядь моих волос в свои пальцы. Я так и застыла с открытым ртом и не могла дышать. Динка говорит мне о том, что я нравлюсь Архипу? Так открыто? Какой-то сюрреализм… — Ты мне не нравишься. Но ты красивая. И необычная. Он…увлекся. Но не обольщайся. Такое уже бывало. Он поиграет с тобой и вернется ко мне. Но только имей в виду: если ты ему ответишь — тебе будет очень плохо.

Она потянула меня за волосы так, что я взвыла от боли и вцепилась в ее руку, чтобы попытаться ослабить хватку.

— Ай!

— Ты меня поняла? Сестренка

— Поняла! Он мне не нужен! Не нужен!!

Она отпустила меня и наконец отступила. Шла спиной к двери.

— Ты верно сказала — мы с тобой сестры никакие. И если ты исчезнешь — ну вдруг, мало ли? — никто жалеть о тебе не станет. Матери твоей все равно уже, а нам с отцом и подавно плевать.

Эти ужасные слова меня словно обезмолвили. Я не знала что на это говорить, и насколько серьезны угрозы шестнадцатилетней девушки… Это я в свои семнадцать ничего не могу, а у Динки есть деньги. А с деньгами можно все…

— Посиди тут, подумай о жизни, — заявила Динка и вышла из каморки.

Я кинулась к двери, но не успела — щелкнул замок.

— Ну какой идиот тут сделал такой замок! — Изнутри он не открывался, сколько бы я не дергала. Я ударила кулаками по двери от бессилия. — Черт…

41

Но долго сидеть мне не пришлось. Я даже не успела толком упиться своим горем, как за дверью послышалась возня и она открылась.

— Архип… — скорее прошептала я, а потом как дала деру, прямо на шпильках.

Пронеслась мимо него так, что и среагировать не успел и просто выбежала из ресторана. Хотелось бежать отсюда как можно дальше. Никому я тут не нужна! Мать даже не заметила, что меня заперли в чулане…