Просто соседи (ЛП) - Феррелл Чарити

— Хорошо! — сказала Глория с волнением. — Можно мне надеть пижаму принцессы?

— Конечно. — Хлоя смотрит на меня. — Давай я уложу ее спать. Я скоро вернусь.

Я киваю.

— Не торопись.

Я никогда не видел Хлою с такой стороны. Я видел ее состязательную, злобную сторону. В школе ее волновали только оценки, поэтому ее называли ледяной королевой. Она ходила на одни школьные танцы — со мной. Она не посещала экскурсии, вечеринки, игры — ничего. Судя по всему, у нее не было никакой социальной жизни. И, судя по всему, сейчас у нее ее нет.

Трей возвращается с напитками и большой миской попкорна.

— Вот, чувак. — Он бросает мне банку колы. — Это здорово?

Я открываю вкладку.

— Конечно.

Он садится на освободившееся место Глории.

— Бывший тети Хлои тоже пил колу, и мне это нравилось.

Я поднимаю бровь. Не уверен, почему парень вспоминает отморозка-Кента.

— Чувак, ты намного круче его, — быстро добавляет он, как будто читая мое раздражение. — Я имел в виду, что мне нравится общаться с кем-то, с кем можно хорошо провести время, не напиваясь пивом и не напиваясь в стельку, как это делают все мамины бойфренды. Я пил пиво несколько раз. На вкус оно как коровья моча. — Он оглядывает коридор, убеждаясь, что Хлои нет в пределах слышимости. — А вот водка, с другой стороны…

Черт. Как мне сказать этому ребенку, чтобы он не пил водку, когда я сам пил это дерьмо в старших классах? Черт, я еще не готов стать отцом. Но, как коп, я произносил ту же речь множество раз. Когда я был моложе, несколько бутылок пива не повлияли на меня, но я не могу сказать того же о других.

— Это гораздо приятнее, чем алкоголь, обещаю. Не говоря уже о том, что это безопаснее.

Он усмехается, качая головой.

— Ты должен говорить это как взрослый и полицейский.

Я откинулся на стуле.

— Я не пытаюсь быть придурком, но посмотри на парней твоей матери. На них ты хочешь быть похожим?

Он направляет свою колу на меня и ухмыляется.

— Хорошая мысль.

Я поднимаю свою банку в жесте поддержки.

Он ставит ноги на журнальный столик.

— Спасибо, что пришел сегодня на мою игру.

— Без проблем. Мне было весело. Спасибо, что пригласил меня и позволил мне вломиться на твою вечеринку с пиццей.

— Приходи на наши вечеринки в любое время, чувак.

Он достает телефон из кармана, когда тот звонит.

— Черт, — шепчет он себе под нос, глядя на экран.

— Что? — Я имею в виду, следи за языком.

Вся игривость пропала.

— Это моя мама.

Он нажимает кнопку «Игнорировать» и засовывает телефон обратно в карман. Не могу сказать, что я виню парня.

Проходит, кажется, минута, и Хлоя возвращается в гостиную со звонящим телефоном в руке.

— Дай угадаю, — прохрипел Трей. — Это она.

Улыбка Хлои исчезла.

— Мне жаль, приятель, — отвечает она напряженным голосом.

— Не обращай внимания, как я, — отвечает он.

Ее лицо бледнеет.

— Мы оба знаем, что происходит, когда я так делаю. — Она несколько раз качает головой, выходя из комнаты и направляясь обратно по коридору.

— Что происходит? — спрашиваю я Трея, когда она уходит.

Он потирает рукой подбородок, раздумывая, стоит ли мне говорить.

— Мама появляется здесь со своим парнем недели, и в итоге это превращается в большое драматическое шоу.

— А. Никто не любит драматическое шоу.

Он беспокойно оглядывается по сторонам.

— Я ее ненавижу.

Я вздрогнул. Черт.

— Вот это жестко.

Он пожимает плечами.

— Может, и так, но я ненавижу.

— Я понимаю, но родители совершают ошибки, и в конце концов, может быть, она на них научится.

— Нет, не научится. — Его голос напряжен.

Маленький парень ненавидит свою мать. Несмотря на то, что мои отношения с отцом натянутые, я люблю своих родителей. У меня хорошая мать, которая готова на все ради своих детей, чей мир крутится вокруг ее детей. Меня огорчает, что у него ее нет.

— Извините, ребята, но ваша мама хочет, чтобы вы вернулись домой, — говорит Хлоя, возвращаясь в комнату.

— Серьезно? — простонал Трей. — Мы только что приехали, и это не школьный вечер.

— Я пыталась объяснить, но она сказала, что у нее есть планы на тебя утром, — отвечает Хлоя.

Трей закатывает глаза.

— Да, точно. Планы на то, чтобы мы приготовили ей и ее парню завтрак. — Его дыхание дрожит. — Нет. Она решила не идти на ужин. Скажи ей, что мы остаемся здесь на ночь.

Хлоя смотрит на него опустошенно.

— Мне жаль, дружище. Я пыталась. А теперь бери свою сумку. Может быть, я заберу тебя завтра, и мы сможем что-нибудь сделать, хорошо?

Она поворачивается, идет по коридору и возвращается с Глорией на руках.

— Я отвезу тебя, — говорю я, вскакивая с дивана.

Она качает головой.

— Тебе не нужно этого делать.

Я начинаю следовать за ними на улицу.

— Я хочу.

Она вздыхает.

— Будет очень тяжело передвигать сиденье в машине.

— Тогда мы возьмем твою машину. — Я подмигиваю. — Это будет не первый раз, когда я на ней езжу.

Она закрывает глаза и вздыхает, как будто потеряла всю энергию для продолжения нашего разговора.

— Хорошо, но я поведу машину, так как знаю, где она находится. Ты можешь ехать пассажиром.

То, что она так легко сдается, удивляет меня.

— Мне подходит.

Мы вчетвером загружаемся в машину, и все молчат, пока она едет из города. Я много раз отвечал на вызовы полиции в этом районе. К сожалению, именно здесь происходит большинство преступлений — на окраине Блу Бич.

Хлоя паркуется перед захудалым коричневым трейлером, отстегивает ремень безопасности, а затем смотрит на меня.

— Мне нужно зайти и убедиться, что все в порядке.

— Что значит «убедиться, что все в порядке»? — спрашиваю я, пока она не вышла.

— Ей нужно зайти и убедиться, что мама не пьяна, или что это не опасная ситуация для нас, — отвечает за нее Трей.

Она оглядывается и бросает на него взгляд, говоря, что ему не следовало этого говорить.

Я хватаюсь за ручку двери.

— Позволь мне пойти с тобой.

Она хватает меня за плечо, чтобы остановить.

— Определенно, это плохая идея. Это только усугубит ситуацию. Оставайся здесь. Я вернусь.

Я не сажусь на свое место.

— Тот факт, что вы трое можете попасть в опасную ситуацию, заставляет меня чувствовать себя неловко, и я никак не могу сидеть здесь. Я буду стоять на крыльце, в стороне от дороги. Никто даже не узнает, что я там.

Она открывает рот, чтобы возразить, но тут звонит ее телефон. Я вижу имя Клаудии на экране.

— Хорошо, — говорит она со стоном.

Она помогает Глории выбраться из автокресла, а я беру ее сумку, и мы поднимаемся по скрипучим ступенькам крыльца. Я передаю Трею сумку Глории, и когда они открывают дверь, меня обдает запахом сигаретного дыма и плесени. Я стою в стороне и смотрю сквозь порванные жалюзи. Клаудия сидит на диване с сигаретой в руке и говорит с Хлоей о том, что ей нужны деньги на еду. Роджер расположился рядом с ней с пивом в одной руке и куском пиццы в другой. Клаудия, должно быть, слишком глупа, чтобы понять, что просьба дать денег на еду, когда перед ним лежит открытая коробка с пиццей, не поможет ее делу.

— В этом месяце ты исчерпала мои возможности, — говорит Хлоя с напряженным вздохом.

— Не веди себя так, будто ты забыла, кто заботился о тебе, когда мама не заботилась, — огрызается Клаудия.

— Я сама о себе позаботилась, но спасибо за напоминание, — отвечает Хлоя.

Клаудия тушит сигарету, пока Трей помогает Глории снять пальто.

— Когда же ты собираешься это сделать?

— Я пойду куплю тебе продукты утром, — говорит Хлоя.

— Мне нравится делать это самой. Ты покупаешь слишком много здоровых продуктов, на наш вкус.

— Я завезу продукты завтра, Клаудия. Сегодня я с тобой не спорю. — Хлоя целует Глорию, а затем Трея в голову. — Спокойной ночи, ребята. Позвоните, если вам что-нибудь понадобится.