Мама для его сына - Лила Каттен

людей.

Даша притихла, да и эту неделю мы все дома почти не появлялись.

Но стоит вспомнить ее аппетитное тело той ночью и утром, так у меня штаны рвутся.

«Как я мог вырубиться?»

Хоть это и сыграло для меня положительную роль, но блин, неужели я так напился? Вот еще одно доказательство того, что я старею, и на кой черт ей будет нужен, рассыпающийся мужик.

«Черт, о чем я думаю?»

Я периодически слежу за красивой по мониторам и все больше остаюсь доволен тем, что выбор пал на нее.

Нисколько не пожалел, что она попалась мне на глаза в ту ночь.

Утром после общего завтрака стартовали в участок, и я не мог не заметить, какой странной становится красивая.

Гена, Мурад и Орхан уже вышли, а я подошел к ней.

Рамиль был на ее руках уже, так как встал раньше.

– Привет, боец, – мелкий потянулся ко мне, и я взял его из ее рук.

Даша тут же заулыбалась, смотря на то, как он хватает меня за бороду и нос.

– Все в порядке? – спросил, пока она немного расслабилась.

– Да, – щеки зарумянились. – Кстати, хотела сказать, он начал вставать, держась за поверхности и делать пару шагов.

Знала бы она, что я видел это сам через монитор мобильного телефона.

– Серьезно? А не рано? Ему только семь месяцев будет

– Нет. Самое время, ползает то уже уверенно, – снова улыбается, а я зависаю на ее улыбке.

«Что же ты творишь со мной, девочка?»

Слышу гудок машины и отмираю.

Отдаю сына в ее руки, касаясь кожи, проводя по кистям своими, накрываю их.

– Пока, – говорю и ухожу быстрым шагом, фактически бегу.

Зная, что далеко не сбежать, она уже неотделима от меня, как бы я ее не отталкивал.

В участок приехали к десяти.

Крылов кровожадно смотрел на меня и Орхана, словно он победитель.

Их баталии законами и сносками длились недолго, потому что Хан знает гребаный закон как русский алфавит. Он затыкал его по полной.

– Ну и где же вы были три вечера подряд с девятого по двенадцатое июня?

– В разное время, в разных местах.

– Конкретней можно? Желательно по часам.

– До десяти или одиннадцати в клубах своих, после – дома.

– Есть те, кто может подтвердить эту информацию?

– Конечно. Мои люди, охрана, камеры.

– С камер из клуба я запросил записи. А дома вы были до самого утра или быть может отлучались?

– Нет, я был дома, – качает головой.

– Ну и главный вопрос на сегодня. Что вас связывает с убитой?

Хочет найти то, от чего оттолкнется, от чего почувствует триумф, и я ему это даю.

– Она мать моего сына, – смотрю в его глаза, которые словно блестят азартом. Ощущением победы.

– Вот как? Это кардинально меняет дело, Далер Ризванович.

– Правда? Каким образом? Будете строить предположения и домыслы?

– Мне это ни к чему, вы автоматически становитесь подозреваемым номер один.

– И?

– Если ваш адвокат, не подтвердит алиби, мы разместим вас с комфортом.

– Не сомневаюсь. А записи с камер из дома подойдут?

– Если они выходят не только на въезд.

– Тогда вы получите и те, что внутри него. А они у меня везде есть.

Затихает и что-то чиркает в блокноте.

– Буду ждать, – поубавилось радости.

В нашем мире не каждый отдал бы записи с камер. Точнее никто этого не сделал бы, так как там всегда есть то, за что тебя могут закрыть.

Встает и уходит.

– Так, пошли, в машине поговорим.

Выруливаем на трассу.

– Думаю он уже понял, что это не ты, но уверен, что по твоему приказу ее убрали.

– Плевать. Пусть ищет.

– Завтра отвезу записи.

Киваю ему и тут меня осеняет:

– Из комнаты Даши и Рамиля не бери.

– И не думал, – отвечает со смешком.

– И чтобы не смотрел их даже, – вдруг добавляю, хоть и не думал, что он станет это делать.

Орхан окончательно смеется и качает головой.

Приехал в клуб и сразу начал разговор с Мурадом и Геной.

– Нужно прописать маршрут, по которому можно будет отправить за границу Дашу с матерью и Рамилем.

– А как они мелкого перевезут? Простым разрешением не отделаешься.

– Значит мы сделаем документ, который им это позволит. Объяснить какой?

– Понял. Куда?

– Плевать. Главное подальше отсюда. Но сначала переждем эти выходные.

В субботу день начался как обычно, но после обеда, когда я был в дороге между офисами мне позвонили с поста охраны.

– Босс, тут какой-то внедорожник подъехал на секунд тридцать и уехал сразу.

– Бляяя… – протянул я. – Гена быстро домой, – он тут же разворачивает машину посреди дороги. – Даша и сын?

– Были на лице, но быстро ушли в дом.

«Пиздец», – мысленно подытоживаю и скидываю звонок. – «Красивая там, наверное, от страха поседела».

– Сука, – чуть ли не ору.

– Че такое, Дал?

– Кто-то к дому подъезжал.

Сжимаю кулак, мечтая пройтись им по чьему-нибудь лицу и сломать пару челюстей.

«Какого хрена? Кто посмел?»

Тут замечаю нечто.

– А где Мурад?

– Так отъехал же ненадолго.

– Нашел время. Свяжись с ним как приедем, скажи, что сейчас нет ни у кого личных дел, блядь. Ни у кого, сука. Пусть тащится сюда.

Гена кивает, но продолжает молчать.

«Возможно, это светляки. Мелкая сошка из разведки главарей. Прознали о сыне и решили убедиться? Все равно рискованно. Если бы я был дома в тот момент, мы бы их нахуй расстреляли. Слишком просто».

Не успевает машина затормозить, как я тут же выпрыгиваю из нее. Подлетаю к охране.

– Есть что добавить?

– Нет. Они остановились, и тут же уехали. Я бы подумал, что они разворачивались просто, если бы не машина и скрученные номера. Плюс полная тонировка.

– Молодцы, – жму руку и бегу в дом.

Поднимаюсь наверх и сразу стучу в дверь к малому, потому что знаю, что она там. Они оба там.

Тишина. Но я уверен, что она не спит.

– Красивая, это я, – добавляю.

Слышу быстрый топот, девичий всхлип, а после дверь резко открывается и на меня прыгает Даша.

– Я так рада… так рада, что ты приехал… – сжимает меня своими руками и повисает буквально.

Обнимаю ее немного придерживая, а она как обезьянка, задирает ноги и обвивает ими меня.

«Только не это!»

Но отпустить ее не могу. Во-первых, ей успокоиться надо. Во-вторых… мне нравится, что она так на меня залезла.

– Ну все, перестань.

Прохожу вглубь комнаты. Сын играется. Сажусь на диван, и она тут же подбирается ближе, плотнее.

«Охренеть, сейчас и у меня начнет адреналин скакать».

– Даш… – вкладываю чуть больше