Осознанное нежелание - Нина Юрьевна Князькова

же охрана должна быть, - он обернулся и задумчиво посмотрел на меня. – Алис, садись за руль. И волосы распусти.

- Зачем? – Теперь я совсем ничего не понимала.

- Затем, что нам нужна блондинка в розовой тачке. Ты сделаешь вид, что заблудилась. А когда охрана потеряет бдительность, мы ее уложим, - пояснил он мне и вышел из машины. – Стереотипность мышления должна сработать.

Я послушно перебралась за руль, а парни устроились сзади и постарались стать незаметными. Это у них получилось откровенно плохо, но спасала тонировка задних стекол и то, что человеческий глаз видит куда хуже, чем глаз оборотня или подлеченного нами мутанта.

- Сейчас езжай по этой дороге, перед гаражами сверни налево и дальше все прямо, пока не упрешься в ворота, - было велено мне.

Я послушно сделала так, как сказали, потому что сама совершенно не ориентировалась в происходящем. Я могла сделать операцию, могла колоть человека инъекционными иглами и назначать лекарства, могла подключать аппараты и способствовать созданию нужных препаратов. Но я совершенно не разбиралась в той деятельности, в которой сейчас участвовала. Мне говорили, я делала. Оказалось, что иногда лучше не думать, а делать то, что сказали.

У ворот дежурили два рослых мужика в черных футболках. Я изобразила на лице совершенно глупое выражение и опустила стекло.

- Добрый вечер, - улыбнулась подошедшему. – А где здесь маникюр делают?

Мужик сначала коротко хохотнул, облокотился на крышу машинки и заявил.

- Красавица, какой маникюр? Не видишь, здесь завод стоит.

Я надула губы, открыла дверь, пихнув ей охранника и выбралась из машины.

- Но мне подруга посоветовала. Сказала, что здесь делают. Даже карту мне дала, - я притопнула ногой, надеясь, что охрана не заметит, что я одета не как безмозглая блондинка.

- Слышь, Серега. Бывает же, - к нам двинулся второй охранник. Постарше. – Кинула тебя твоя подруга. Нет, если ты не против, то через три часа у меня смена заканчивается и я свободен….

- Но мне подруга сказала, что именно здесь….

В это время задняя дверь машины открылась и через секунду оба охранника валялись в пыли и без сознания.

- В кусты их, - приказал Антон. Пока Градов оттаскивал, он повернулся ко мне. – Маникюр? Ты ногти свои видела? Радуйся, что тебе тупые мужланы попались.

- Сказал бы раньше, что говорить, - я спрятала руки за спину, чтобы не светить отсутствием этого самого маникюра.

- Все, заходим, - оборотень выбрался из канавы, куда спрятал поверженных охранников и зашел в будку с камерами. – Не очень-то они тут и заморочились охраной. Человек двадцать всего.

- Может и больше. Идем.

Парни, лишь раз взглянув на камеры, определили, куда нужно двигаться. Меня же взяли в своеобразную «коробочку». То есть я просто шла между ними.

Антон остановился.

- Там никого нет? – Спросил он, указав на угол.

То ли ситуация была стрессовая, то ли я просто хорошо натренировалась, но стена перед нами спокойно растворилась и показала скрытое.

- Никого, - шепнула. Градов только хмыкнул.

А вот за первой же дверью, стояли три человека. Пришлось остановиться и рассказать об этом своим сопровождающим.

- Постой здесь, - велели мне, и парни скрылись за дверью. Полминуты и ко мне вывалился Аким. – Ты чего не сказала, что у одного из них катана есть?

- Ты не спрашивал? – Огрызнулась.

- Если бы ты сказала, то не пришлось бы ее ломать. Всегда о такой мечтал, - протянул он и поманил меня за собой.

Я аккуратно переступила через уложенные на пол тела и прошла дальше. Остановилась и повернулась к еще одной двери сбоку.

- Два человека, - прошептала. – У одного пистолет и… цирроз печени, а у второго нож и плоскостопие, - съязвила.

Антон укоризненно взглянул на меня и неслышно открыл дверь. Через минуту закрыл и мы пошли дальше по коридору. Так добрались до тяжелой и железной двери. Парни вопросительно посмотрели на меня.

- Там человек из папки, - шепнула я, расплывчато увидев человека в костюме.

- Идем.

На этот раз парни разрешили мне войти сразу. Охранник здесь находился всего один и был быстро отключен с помощью давно известного допотопного приема «кулаком в ухо». Я скромно стояла у двери и не отсвечивала.

При виде нас Саданов вскочил на ноги.

- Вы кто? – У него голос едва не превратился в ультразвук.

- Мы за своим, - Антон шагнул к нему.

- А, нелюди! За дружком своим…, - неприятный хозяин кабинета шагнул к своему столу и протянул руку к ящику.

- Там шприц, - быстро сказала я.

Рука была молниеносно перехвачена и привязана. К телу. Точнее, Градов спеленал эту ошибку генной инженерии так, что тот двигаться больше вообще не мог. Антон же открыл верхний ящик стола и вытащил устройство с иглой на конце.

- Нужно будет обследовать, - покачал он головой и посмотрел на Саданова. – С кем работал? Где документы по анализам? Где Георгий? – Принялся задавать он вопросы.

Связанный мужик же, не отрываясь, смотрел на меня.

- Так вот в чем дело, - прошипел он. – У вас еще какие-то способности есть. Как вы это с ней сделали? – Его глаза алчно сверкнули, и он подался в мою сторону, забыв, что двигаться может весьма ограниченно. – Черт! Девочка, иди сюда.

- Тамбовский волк тебе девочка, - рыкнул Градов и оглядел пространство кабинета. – Алис, где могут быть документы? Не хранил же он их в компьютере…. Или нужен носитель? – Задумался он.

Я тоже оглядела кабинет. Прищурилась. Расфокусировала зрение. Почему-то мне показалось, что в ящиках стола мы ничего не найдем. Да и Саданов ехидно засмеялся. Но смеялся он не долго, потому что мой взгляд зацепился за картину, что висела рядом со шкафом.

- Там сейф, - ткнула пальцем.

Хозяин кабинета помрачнел.

-Я когда до тебя доберусь, девочка, от тебя мокрого места не останется, - пообещал он. – Но сначала я изучу работу твоего мозга. Уверен, я найду там много интересного….

Он замолчал, потому что Антон встряхнул его за шкирку и подтащил к стене, с которой Градов уже снял картину.

- Говори код, - потребовал он.

- Четыре-два-один-семь, - как-то слишком быстро проговорил он. Обычно же должно быть не так.

- Неправда, - помотала я головой.

На меня недобро зыркнули. Видимо мысленно даже расстреляли, но мне сейчас было не до этого. Аким прищурился.

- Один, два, три, четыре, пять, шесть…, - начал перечислять он.

- Шесть, - тут же среагировала я. Именно на этой цифре сердце Саданова пропустило удар. Вернусь, нужно будет Алке, тиранившей меня все эти дни развитием моих способностей, в ножки поклониться.

- Один, два,