(не) случайная ночь с боссом (СИ) - Наварская Тая

Подгоняемая каким-то странным иррациональным порывом я подхожу к компьютеру и, открыв браузер, вбиваю в поисковой строке фразу «Александр Вавилов и Юлия Доберштейн». Не знаю, зачем я это делаю. Неверное, мною движет банальное болезненное любопытство.

Поисковая выдача пестрит заголовками: «Сын миллиардера Анатолия Вавилова захватывает запад», «Александр Вавилов и Виктор Доберштейн: как российские инвестиции двигают американскую промышленность», «Помолвка олигарха Александра Вавилова и Юлии Доберштейн».

Кликаю на последнюю ссылку и с поистине мазохистским интересом принимаюсь бегать глазами по строкам. Незамысловатая статья гласит о том, что первая встреча Юлии и Александра произошла еще десять лет назад, когда семья Вавиловым только-только пробовала на вкус западный рынок. Молодые люди сразу понравились друг другу и стали поддерживать контакт. Автор статьи утверждает, что все это время Юлию и Александра связывали романтические отношения, которые они, впрочем, успешно скрывали. Дескать, счастье любит тишину. Правда из статьи совсем непонятно, что мешало влюбленным сблизится раньше и почему они целых десять лет не предпринимали попыток пожениться.

После короткого текста следует вереница фотографий. В основном случайных, сделанных на улице, когда Вавилов и его шикарная невеста покидают автомобиль или здание какого-нибудь ресторана. На большинстве снимков они просто идут рядом. И лишь пара-тройка кадров отражает момент, когда мужчина придерживает свою избранницу за талию.

Листая фотографии, я обращаю внимание, что на Юлии неизменно красуются туфли на высоченных шпильках, придающие ее ногам прямо-таки бесконечную длину. Длинные волосы девушки либо распущены, либо собраны в высокий хвост на затылке. Если честно, она чем-то напоминает чистокровную верховую лошадь — такая же гибкая, грациозная и невыносимо ухоженная.

С тяжелым вздохом запускаю двухминутный видеоролик, где Вавилов отвечает на вопросы корреспондента в формате короткого интервью. Я не знаю, когда был записан этот материал, но, судя по внешнему виду Александра, недавно. На экране он все такой же, каким я его помню. Обезоруживающе красивый, статный. Обладающей могущественной, пробирающей до мурашек энергетикой, которая передается даже через монитор компьютера.

Он отвечает на вопросы неторопливо, но четко и обстоятельно. Грамотно подбирает слова и изредка улыбается. Вавилова нельзя обвинить в излишней чопорности, но все какая-то завораживающая манерность в нем есть. То ли дело в слегка насмешливом изгибе губ, то ли во взгляде, который задевает за живое своей бездонной синевой.

Я смотрю на Александра, и сердце сжимается в тугом болезненном спазме. Тут и тоска, и сожаление, и, вероятно, любовь… Стыдно признаться, но я успела влюбиться в этого сильного, обаятельного и властного мужчину. Даже несмотря на то, что наши отношения оборвались, толком и не начавшись.

С Димой мы провели вместе целых полтора года, но по нему я даже близко так не скучала. Возможно, причина в том, что бывший обманул меня, предал, растоптал мои чувства. А Вавилов лишь загадочно исчез, оставив за собой шлейф надежды. Он не обещал мне безоблачного будущего, но и об обратном тоже не говорил.

Да, я до последнего верила в чудо. До последнего надеялась, что наша с ним история закончится счастливо.

Но теперь настал момент истины: розовые мечты разбились вдребезги, и их многочисленные осколки больно царапают нутро. Александр скоро женится, и в его жизни ни мне, ни нашему будущему ребенку абсолютно точно нет места. Я должна принять этот факт. Смириться с ним. И, несмотря на раздирающую сердце грусть, жить дальше.

Даже не ради себя — ради малыша, который вскоре появится на свет.

Приложив усилие, отрываю глаза от компьютера и отхожу к окну. Из динамика телевизора по-прежнему доносится какая-то трескотня, но я больше не вслушиваюсь в слова. Незачем. Самое главное я уже услышала.

Теперь я просто обязана вычеркнуть Вавилова. Если не из сердца, то хотя бы из мыслей. 

Глава 39

(четыре месяца спустя)

— Линка, ты чего так медленно? Догоняй! — тяжело переводя дыхание, пыхтит Наташка.

С недавних пор подруга задалась целью похудеть и теперь практикует регулярные утренние пробежки в парке. У меня подобных амбиций нет, поэтому я просто составляю ей компанию. Ну, чтобы она не заскучала и не потеряла мотивацию.

— Я вообще-то в положении, — отмахиваюсь со смехом. — Для меня это предельная скорость.

На самом деле беременным бег не противопоказан, но я все же не рискую. Передвигаюсь исключительно в темпе спортивной ходьбы. Поэтому бедной Наташке не остается ничего другого, кроме как нарезать вокруг меня многочисленные круги. Ведь ей во время пробежки и поболтать хочется.

Под нашими ногами приветливо шуршит золотая листва, а молодое солнце робко выглядывает из-за горизонта. Осень медленно, но верно вступает в свои права: воздух холодеет, а деревья стремительно оголяются, сбрасывая наземь пожелтевшие наряды.

— Как думаешь, мне согласиться на предложение Олега? — продолжает недавно начатый разговор Наташка. — Или еще слишком рано для совместных поездок?

Тот вечер в клубе, когда я встретила Диму в объятиях Вики, оказался для подруги судьбоносным. Парень по имени Олег, с которым она познакомилась, сидя у барной стойки, проявил недюжинную инициативу, и их общение продолжилось.

Сначала он позвал ее в кафе. Потом в кино. Затем в боулинг. Ну а после их встречи приобрели регулярный характер: то он ее с работы заберет, то ни с того ни с сего с букетом цветов нагрянет, то на романтическую прогулку по набережной уломает. Ухаживать стал, в общем.

А вот буквально на днях от него поступило более серьезное предложение: вместе провести отпуск, слетать в Таиланд. Наташке было хорошо с Олегом, он ей нравился, но она не хотела спешить. Боялась форсировать события и ненароком спугнуть его интерес.

— Мне кажется, все границы только в твоей голове, — подумав, отвечаю я. — Если ты хочешь и готова провести с ним две недели на райском острове, то надо соглашаться. Если по твоим внутренним ощущениям вам еще рано так сближаться — откажись от поездки. Олег поймет.

— Да я даже не сомневаюсь, что он поймет, — отзывается подруга. — Олежка вообще очень понимающий. Даже подозрительно для мужика, — она хихикает. — Обычно они все деревянные по пояс, а мой не такой: чуткий очень.

Тихонько посмеиваюсь. Сама того не замечая, Наташка все чаще называет Олега «своим».

— Вот только в собственных, как ты говоришь, ощущениях мне не так-то легко разобраться, — продолжает она мысль. — С одной стороны, я очень хочу с ним поехать. Ведь это же мечта! Валяться на песочке под пальмами с парнем, который тебе нравится, и потягивать Пина Коладу! Кто в своем уме от такого откажется?

— Ну а с другой стороны?

— А с другой… Блин, боязно как-то, — Наташка переходит на марш на месте. — Вдруг мы с ним там перессоримся и поймем, что мы друг другу вообще не подходим?

— Ну так это же хорошо! Если вы действительно несовместимы, то лучше узнать об этом как можно раньше.

— А если он услышит, как я храплю? — она задумчиво покусывает ноготь на большом пальце. — Испугается и сбежит?

— Ой, — смеюсь в голос. — Больно нужен мужик, которого можно испугать одним лишь храпом!

— Тоже верно.

— Брось, Наташ, ты же понимаешь, если вы на самом деле созданы друг для друга, то никакие бытовые мелочи вас не отпугнут. Лучше попробовать и узнать, чем сидеть в неведении и гадать.

Подруга несколько раз кивает, а затем с улыбкой выдает:

— Вот откуда ты такая умная? А, Линка?

— Скажешь тоже, — отмахиваюсь. — Это я только на словах умная, а на деле, как видишь, — указываю пальцем на свой живот, — не прочь нырнуть в омут с головой.

— Ну и фиг с этим омутом. Зато скоро у тебя будет обалденная лялька! — улыбается она. — Говорят, младенцы восхитительно пахнут!

— Да, я тоже о таком слышала.